Лучник - Пауло Коэльо

Достигнув такой стадии, стрелок уже не нуждается в орудиях, которые помогли ему овладеть этой наукой. Ему не нужны больше ни лук, ни стрелы, ни мишень – ибо путь сам по себе важнее того, что заставило пуститься в него.

Нечто подобное происходит с ребенком, который учится читать и вдруг в какую-то минуту замечает, что буквы, прежде существовавшие отдельно, начинают складываться в слова.

Однако если все слова сольются воедино, они либо утратят смысл, либо безмерно затуманят его, а потому так необходимы пробелы между ними.

И нужно, чтобы стрелок в промежутке между двумя действиями вспоминал все, что совершил, беседовал с союзниками, отдыхал и испытывал простую радость бытия.

Путь стрелка – это путь радости и воодушевления, совершенствования и заблуждений, техники и наития.

Но всему этому ты научишься, только если будешь неустанно посылать стрелы.

Эпилог

Когда Тецуя замолчал, они были уже у двери мастерской.

– Спасибо, что проводил, – сказал он мальчику.

Но тот не тронулся с места.

– А как узнать, правильно ли я поступаю? Как убедиться, что взгляд мой – сосредоточен, а стойка – изящна, и что лук я держу правильно?

– Представь, что рядом с тобой – твой наставник, достигший совершенства, и делай все, чтобы почтить и уважить преподанную им науку. Этот наставник, которого одни называют Богом, другие «чем-то таким», третьи – талантом, всегда смотрит на нас. И заслуживает самого лучшего.

Вспомни еще и о своих союзниках: ты должен помочь им, потому что и они в трудную минуту поддержат тебя. Старайся развить в себе дар доброты – он позволит тебе всегда быть в ладу со своим сердцем.

И помни главное: слова, которые я произнес, были, возможно, вдохновлены свыше, но они обретут смысл лишь в том случае, если ты начнешь претворять их в деяния.

Тецуя протянул руку, прощаясь, но мальчик попросил:

– Хочу спросить тебя еще вот о чем: как ты научился стрелять?

Тецуя на миг задумался – стоит ли отвечать? Но решил, что сегодня выдался такой особенный день, и открыл дверь в мастерскую:

– Я приготовлю чай. И расскажу тебе эту историю, но ты должен пообещать мне то же, о чем я попросил чужестранца, – никому никогда не рассказывать о моем даре.

Он вошел, зажег свет, снова обернул свой лук длинным лоскутом кожи и положил так, чтобы он не бросался в глаза, а тому, кто случайно обнаружил бы его, показался бы просто изогнутой бамбуковой палкой. Потом прошел на кухню, приготовил чай, уселся рядом с гостем и начал свою историю:

– Некогда я работал на одного крупного здешнего землевладельца – чистил его хлева и конюшни. Он часто бывал в отъезде, свободного времени у меня было в избытке, и потому я решил целиком посвятить себя тому, что считал истинным смыслом жизни, а именно – вину и женщинам.

В один прекрасный день, после нескольких бессонных ночей, я вдруг почувствовал, что у меня кружится голова, и упал посреди поля. Подумал, что умираю, и был готов уж покорно принять смерть. Но тут какой-то незнакомец, проходя мимо, помог мне подняться, привел к себе – а путь был неблизкий – и несколько месяцев ухаживал за мной. И каждое утро я видел, как он с луком и стрелами уходит в поля.

Оправившись, я попросил его научить меня этому искусству: это было гораздо интересней, чем чистить конюшни и лошадей. А он ответил, что близок мой смертный час, и отдалить его он не в силах – смерть уже в двух шагах от меня, ибо моей физической оболочке причинен сильный ущерб.

Я ответил, что и хочу научиться ради того, чтобы смерть не тронула меня.

Человек, живущий в далекой заокеанской стране, внушил мне, что можно на какое-то время сойти с пути, ведущего в бездну смерти. Но в моем случае до конца дней моих придется помнить, что я хожу по краю пропасти, куда в любую минуту могу упасть.

И тогда с его помощью я вступил на стезю стрелка. Он познакомил меня с моими союзниками, заставил участвовать в состязаниях, и вскоре моя слава прогремела по всей стране. Увидев, что я в достаточной мере овладел мастерством, он забрал у меня стрелы и мишень и оставил только лук – как память. И посоветовал применить теперь мое новообретенное умение к такому занятию, которое могло бы по-настоящему увлечь меня.

Я ответил, что сильней всего привлекает меня плотницкое ремесло. И он благословил меня, сказал, что я могу идти и посвятить себя любимому делу, пока моя слава несравненного стрелка не погубила меня или не вернула к прежней жизни.

С той минуты я веду борьбу со своими пороками и с жалостью к самому себе. Я должен всегда быть сосредоточен и с неизменным спокойствием и любовью заниматься выбранным мною делом, но при этом никогда не привязываться к настоящему. Ибо смерть по-прежнему стоит совсем близко, бездна – у самых ног, и я хожу по самому ее краю.

Тецуя не сказал, что таков удел всех людей на земле, – не сказал, сочтя, что собеседник его еще очень юн, и рано еще ему думать о таком.

Не сказал и о том, что каждый этап пути, которым идет стрелок, присущ любому человеку, чем бы он ни занимался в жизни.

Он лишь благословил мальчика – так же, как его самого благословили много лет назад – и отправил домой, потому что день выдался долгий, и ему хотелось спать.

Автор выражает свою признательность

Ойгену Херригелю – за его книгу «Дзен в благородном искусстве стрельбы из лука».

Памеле Хертиган, управляющему директору Фонда социального предпринимательства Шваба за описание свойств союзников.

Дэну и Джеки ДеПросперо – за их совместную с Онума-сан книгу «Куйдо».

Карлосу Кастанеде – за его описание того, как повстречались смерть и дух-хранитель Элиаса.

Об авторе

Собственная жизнь по-прежнему служит Пауло Коэльо основным источником вдохновения. Он заигрывал со смертью, избежал безумия, баловался наркотиками, перенес пытки, увлекался магией и алхимией, изучал философию и религию, был и остается неуемным книгочеем, терял и вновь обретал веру, испытал боль и наслаждение, даруемые любовью. Отыскивая свое место в мире, он нашел ответы на вызовы, которые жизнь бросает каждому из нас. Он верит, что мы в самих себе обретаем силы для того, чтобы определить собственную судьбу.

Книги Пауло Коэльо, вышедшие на 83 языках суммарным тиражом в 320 млн экземпляров, продаются более чем в 170 странах. Его повесть «Алхимик» (1989), которая разошлась в 85 млн экземпляров, послужила источником вдохновения для таких ни в чем не схожих между собой людей, как Малала Юсуфзай и Фаррелл Уильямс.

Писатель избран в Бразильскую Академию литературы, удостоен ордена Почетного легиона. В 2007 году получил звание «Посланец мира Организации Объединенных Наций».