Ладонь, расписанная хной - Аниша Бхатиа

И какой умник посоветовал ей присоединиться ко мне здесь? В моем своде правил нахождение рядом с худыми людьми стоит под ОГРОМНЫМ запретом, потому что я тогда кажусь гораздо толще. Не могу же я уйти и бросить своего жениха рядом с ней, как будто она, а не я его невеста? Конечно не могу, несмотря на все страхи. К тому же Таня явно напрашивается на то, чтобы быть ему представленной.

С большой неохотой я поворачиваюсь так, чтобы она встала лицом к Лалиту, мягко трогаю его за рукав, чтобы отвлечь от фотографа, и говорю:

— Лалит, познакомься с моей кузиной Таней. Она дочь Ронни Чачи.

Он натянуто улыбается и придвигается ко мне поближе, словно пытаясь отстраниться от чего-то явно неаппетитного.

— Да… эээ… Здравствуйте.

— Добрый вечер. — Сегодня Таня как-то непривычно скромна.

Надо же, она даже не попыталась влезть в нашу фотосессию, как обычно делает на каждой свадьбе или помолвке. Так мы и стоим в напряженном молчании. Лалит смотрит на нее, потом на меня и отводит глаза куда-то в сторону. Таня же не отрывает от него выжидательного взгляда.

— Как к тебе попало колье тетушки Бу? — спрашиваю я ее, чтобы прервать паузу.

— Ах это. Ну да… я хотела взять ее золотую цепочку. Ну ту, с птичкой, которую она все время носит. Но…

Как же, продолжай хотеть дальше.

— Вот она и предложила мне вместо нее этот двадцатичетырехкаратный чокер, — смеется Таня с таким видом, словно каждый день носит бриллиантовые колье.

Ну да, как же. С тем же успехом она могла бы похвастаться, что тетушка Шейла любит ее больше, чем меня.

А потом она поворачивается к Лалиту и спрашивает:

— Как вам оно?

Что?! Крутить своей несуществующей грудью перед носом моего жениха под предлогом демонстрации драгоценностей, причем чужих?

Конечно, я не произнесла этого вслух. Такая реплика была бы слишком грубой для нежной и скромной невесты, а в этом статусе я должна вести себя прилично. Хотя бы делать вид.

— Ну… эээ… оно… эээ… симпатичное. — Кажется, Лалит растерян. Это даже мило. — Ах да, кажется, отец Зои и мой отец что-то хотят мне сказать. Наверное, мне стоит к ним подойти. Прошу прощения.

Он бросается прочь в направлении бара в другом конце террасы. Мне кажется или, когда он равняется со мной, я слышу вздох облегчения? Я его не виню, с радостью последовала бы его примеру.

Таня смотрит Лалиту вслед, пока его спина не сливается с морем других темных костюмов, мерцающего шелка и шифона в неверном свете фонарей. И лишь после этого она поворачивается ко мне. В ее глазах столько злости, что я отшатываюсь и почти падаю на стоящий позади диван.

— Что? — Я так нервничаю, что начинаю злиться не меньше ее. — Он не соответствует твоим высоким стандартам?

— Нет. Он как раз соответствует. А вот ты — нет.

Она разворачивается так резко, что ее зеленая дуппата соскакивает с плеча и вышитым краем хлещет меня по груди. Таня устремляется к буфету.

Ненавижу эту стерву. Жаль, что она моя родственница, иначе сегодня я могла бы обойтись без нее. Но увы.

Справка по родне из Пенджаба-101: как бы вы ни недолюбливали своих родственников, вам нельзя нарушать единство семьи. Особенно на мероприятиях, где у посторонних может сложиться о ней плохое впечатление.

— Повернитесь немного в сторону, мадам! Чудесно! Продолжайте так же обворожительно улыбаться! — Щелк, щелк, щелк.

— Зоя, ты такая красивая! — Бригада Теток-из-Засады вышла на дело. — Поздравляем! Ой, Зоя, надо же! Ты выглядишь стройной! Очень хорошо!

Я уже сбилась со счету, сколько раз мне говорили: «Как же тебе повезло!» Хотя после Таниной грязной выходки эта фраза звучит настоящим бальзамом.

Вот, значит, что чувствуют знаменитости на своем дебютном выходе, первой кинопремьере. В твоих жилах столько адреналина, что тебе кажется, будто ты можешь бросить вызов кому угодно и победить. Надо же, как быстро меняется мнение о тебе, когда рядом с тобой появляется мужчина.

Тебе здесь не место.

Я ловлю себя на этой мысли. Очень странной мысли.

Хватит, Зоя! Думай о празднике, кольце с бриллиантом и счастливых родителях!

Бригада Теток-из-Засады в разноцветных сари, возглавляемая мамой, принялась готовиться к церемонии.

— Нет, не эта, Шейла-диди. Возьми другую дию,[30] у нее дольше горит фитиль.

— Где этот красный чанри?[31] Нам же нужно покрыть им головы молодоженов!

— Что случилось с этим кокосом, будь он неладен! Мы же должны его разбить еще до этого важного события!

Священник в широком шафрановом дхоти[32] не проявляет к происходящему ни малейшего интереса. Он устроился за стеклянным столиком в трех футах от нашего с Лалитом дивана, где мы должны будем сидеть во время церемонии. Столик накрыт оранжевой скатертью, на которой тетушки размещают то, что велит священник. Там уже стоят серебряная чаша с белым рисовым зерном, медная статуэтка божества с головой слона Ганеши, Устранителя Препятствий, и рассыпаны розовые лепестки. Раздается звонок, и священник достает золотой айфон:

— Да, на этой неделе у меня шесть свадеб! И этот дедушка Авроры уже целый месяц лежит в больнице, может уйти в любую минуту. Как же это ожидание утомительно, люди не предупреждают о скорой смерти. Наверное, я смогу сделать это по скайпу.

Я чувствую, как по бедру бежит капелька пота. Небо навалилось тяжелым, безвоздушным пространством. Сейчас конец февраля, но зима в наших краях — словно городской призрак, невидимый и неощутимый, свидетельства о котором передаются из поколения в поколение вместе с битыми молью семейными преданиями в старых чемоданах. На открытой террасе не работают кондиционеры. Все решилось так быстро, всего за пять дней, и свободным оказался только этот банкетный зал.

В отчаянном желании хоть немного проветрить ноги я приподнимаю густо вышитую юбку.

— У тебя все в порядке? — спрашивает Лалит.

— Да, все нормально. Просто поправляю эту ленга.

— Ах вот что, — он неловко смеется и отворачивается.

Мы не столь близки, чтобы говорить о поте и юбках. Со дня встречи возле храма мы больше не встречались.

Внезапно я чувствую, что мне необходимо поговорить с Пиху. Боже, как бы мне хотелось, чтобы она сейчас была здесь! Она бы шутила и громко смеялась, и, возможно, я бы так сильно не нервничала.

Тем временем за первой каплей пота по бедру потекли и другие. И почему люди еще не научились использовать тепло для сжигания жира? Казалось бы, посиди немного в такой парилке, и готово! Ты волшебным образом избавился от двух-трех