Свидетели самоизоляции - Юрий Беккер

– Ты не Буратино, ты хлебом не обходишься.

Оставшийся «холостым» Андрюха столовался у нас, что было неиссякаемой темой для шуток.

– А вам что приготовить?

– Я все умею, – улыбнулась жена.

– У нас все отлично… – Я хотел с гордостью добавить, что Катерина изумительно готовит, но внезапно мне в голову пришла куда более интересная мысль: – Покемон, раз вы с Лизой любите ролевые игры, то сыграйте с нами завтра в ресторан.

– Можно я с вами? – навострил уши Потапов.

– Приглашены только пары, – отрезал я.

– В смысле ресторан? – испугался Покемон. – В смысле – пары?

– Не в том смысле, о котором ты подумал, развратник, – захохотал я. – Мы с Катей давно нигде не были, а хочется.

– Да! – поддержала меня Катерина. – Справитесь?

– Я буду официантом, а ты – поварихой! – у Покемона вспыхнули глаза.

Лиза слегка зарделась, после чего спросила:

– Часов в пять, нормально?

– Отлично!

– Но раз мы делаем ресторан, Андрей остается без борща.

– Ну ни фига себе, – прокомментировал Потапов. – И без ресторана, и без борща?

– Такова печальная участь одинокого мужчины.

Задремавшая Баффи на всякий случай гавкнула, и Лиза предупредила:

– Только ресторан будет настоящим, с собаками нельзя.

– Я погуляю с Баффи, – пообещала Саша, и все оказались довольны.

Потом Лизе позвонил муж, наконец-то сообразивший, что жены слишком долго нет дома, Андрюха вспомнил, что завтра ему на службу, Покемон с Сашей тоже откланялись, и мы с Катериной остались одни.

Ну, в смысле, просто остались.

Катя зачем-то включила телевизор и уселась в кресле, я плюхнулся на диван, и Баффи немедленно улеглась в ногах. Нас можно было фотографировать на рекламный постер «Идеальная самоизоляционная семья», но фотограф, как назло, убрел домой.

А Катерина, к моему большому удивлению, завела разговор именно о нем:

– Я думала, Покемон живет с Сашей, – произнесла она, глядя в телевизор, но явно не понимая, что видит.

– Возможно, у них свободные отношения.

– Как у нас?

– Свечку я не держал, так что могу только догадываться. – Я помолчал, после чего уточнил: – Разве у нас отношения свободные?

– А какие?

– Мне казалось, что в наших отношениях существуют ограничения.

Некоторое время Катерина обдумывала мои слова, после чего сменила тему:

– Хочешь с ней переспать?

Скажу честно: я был готов к тому, что она об этом спросит. И еще скажу: я сильно расстроился, услышав этот вопрос. Но я был к нему готов и ответил в соответствии с планом:

– С Сашей? – уточнил, чтобы мы оба понимали, о ком идет речь.

– Да, – подтвердила Катя.

– А ты?

– Разве это важно?

Да, все было настолько плохо, как я ожидал. Очень плохо, потому что Катерина пытается дать мне больше, чем мы договаривались. То ли для того, чтобы извиниться, то ли убеждая себя, что не одна она катит бочку наших отношений в пропасть.

– Мы договаривались, что инициатором выступаешь ты, и только ты, – мягко напомнил я жене. – Мы пускаем к себе только тех женщин, которых ты выбрала.

– Давай я сделаю тебе подарок?

– До моего дня рождения еще несколько месяцев.

– Давай притворимся, что он случится завтра?

Чтобы вы понимали: никогда раньше! Никогда раньше у нас не было подобного диалога. И то, что творила сейчас Катя, выходило за все существующие в наших отношениях рамки, договоренности и прочие ограничения, даже не высказанные. Мы много позволяли себе, но именно обоим, а не каждому по отдельности.

Или я в чем-то неправ? И, позволяя больше себе – нам обоим, мы стали позволять больше себе – каждому по отдельности? И мой роман с Ольгой тому подтверждение?

– Почему ты настаиваешь? – тихо спросил я.

– Почему ты уходишь от ответа?

Даже Баффи поняла, что с разговором что-то не то, подняла голову и стала по очереди на нас смотреть. Но я уже сообразил, что пора выпустить пар, не вставать в позу, требуя объяснить проявленную настойчивость, а продолжить диалог.

– Я бы не отказался переспать с Сашей, но не мечтаю о ней, – ответил я, глядя жене в глаза. – Ты понимаешь, что я имею в виду.

Общаясь с женщинами, нужно или быть честным, или ограничиваться полуправдой – чистую ложь они вскрывают на раз. Во всяком случае – Катя.

– Она тебе нравится, – сказала жена.

– Саша очень сексуальна, – спокойно произнес я. – И, думаю, ты сама не прочь с ней переспать.

– Не знаю, – ответила Катя. Нервозность, с которой она навязывала мне девушку, исчезла, и сейчас жена говорила привычным мне тоном: – Иногда Саша мне очень нравится, настолько нравится, что я готова начать ее целовать. Иногда мне хочется ее послать. Я не знаю…

– Мы говорим так, будто она уже приняла наше предложение.

– Уверена, отказа не будет.

Катерина произнесла фразу таким тоном, что я понял: она ревнует. И почему-то злится, хотя повода я не давал. Более того: Катерина красива, умна, обаятельна и чертовски хороша в постели. Она это знает. Еще она знает, что я это знаю и ценю. У Саши только одно преимущество – возраст. Но старухой Катерина себя точно не чувствует.

Так почему она злится?

Я знал, почему она злится, но снова не завел откровенный разговор. Потому что придумал кое-что получше. Намного лучше! Я придумал идеальный выход из тупика, в котором мы оказались, и не собирался его портить. Все решится завтра.

– У нас давно не было гостий, – сказал я. – Может, все дело в этом? Тебе нужна встряска, а мы сели в самоизоляцию.

– Трудно отыскать хорошую гостью, когда все сидят по домам и не высовываются.

– Позвони какой-нибудь старой подруге. Сейчас всем скучно.

– Тебе тоже нужна встряска?

– Мне нужна ты, – ответил я. – Мне нужна ты: улыбающаяся, веселая, а главное – знающая себе цену и не ревнующая меня ко всем подряд малолеткам. Я вижу, что ты не в порядке, ты маешься, и хочу это изменить: давай уедем за город, давай пригласим кого-нибудь в гости, давай совершим какое-нибудь безумство. Скажи, что я должен сделать, чтобы увидеть тебя прежнюю, – и я это сделаю.

– Меня просто достала эта самоизоляция, – глухо сказала Катя, отводя взгляд. – Я не знаю, что мне нужно, чтобы понять настроение, но обещаю подумать.

– Обещаешь?

– Да. – Жена поднялась с кресла. – Если ты не против, я пойду спать.

– А я немного потуплю перед теликом.

– Хорошо.

Она наклонилась и поцеловала меня.

– Спокойной ночи.

– Я тебя люблю, – сказал я, заставив Катерину задержаться.

– Я тоже, – улыбнулась она и отправилась в спальню.

Я покосился на Баффи, Баффи сказала, что тоже ничего не понимает, но поспать – это хорошо. Я сказал, что попробую поискать в телевизоре что-нибудь интересное, взялся за пульт и вдруг подумал, что девушка, которую