День саранчи - Натанаэл Уэст

Когда бедный юноша пришел в себя, он понял, что лежит на какой-то койке и что его куда-то везут. У его изголовья сидел человек в белом халате и спокойно курил сигару. Лем понял, что он уже не в лимузине: задний борт машины был откинут. Было светло.

— Что случилось? — спросил Лем.

— А, очухался, — отозвался человек в белом. — Ну, теперь, наверное, ты выкарабкаешься.

— Но что произошло?

— Тебя сильно помяло.

— Помяло? А куда вы меня везете?

— Давай по порядку. Лимузин, в котором ты ехал, врезался в пожарную машину и разбился вдребезги. Водитель, похоже, удрал, потому как в машине, кроме тебя, никого не было. Ты в карете «скорой помощи», и мы везем тебя в больницу Лейк-Шор.

Лем понял, что попал в очередную передрягу. К счастью, он был жив.

— Ты, часом, не скрипач? — загадочно спросил врач.

— Нет, а что?

— Твоя левая рука была в жутком виде, и нам пришлось кое-что отрезать. Короче, у тебя ампутирован большой палец.

Лем тяжко вздохнул, но, будучи стойким юношей, заставил себя думать о другом.

— Из какой вы больницы? — переспросил он врача.

— Лейк-Шор. А в чем дело?

— Как себя чувствует ваш пациент Натан Уиппл? На ярмарке его сбил автобус с экскурсантами.

— У нас нет пациента с такой фамилией.

— Вы уверены?

— Вполне. Я знаю всех, кто попал к нам по «скорой».

Внезапно Лему стало все ясно.

— Он надул меня! — воскликнул юноша.

— Кто надул? — поинтересовался врач.

Лем не ответил. Вместо этого он спросил:

— Который час?

— Час дня.

— У меня, стало быть, еще пятнадцать минут, чтобы успеть на поезд. Остановите машину и выпустите меня. Пожалуйста!

Врач уставился на нашего героя, пытаясь понять, не сошел ли он с ума.

— Мне надо выйти! — с жаром повторил Лем.

— Конечно, вы имеете право делать все, что вам заблагорассудится, но я бы советовал поехать в больницу.

— Нет, — упорствовал Лем. — Прошу вас. Мне надо на вокзал. Я должен успеть на поезд.

— Я просто восхищен вашим мужеством. Черт возьми, может, и впрямь пойти вам навстречу?

— Будьте так добры, — взмолился герой.

Без лишних слов врач велел шоферу гнать что есть сил на вокзал, пренебрегая правилами уличного движения. В результате неистовой гонки через весь город они подкатили к вокзалу, когда «Вождь» должен был вот-вот отойти от платформы.

24

Как и предполагал Лем, мистер Уиппл и его спутники уже были в поезде. Увидев Лема с перевязанной рукой, они начали спрашивать, что случилось, и Лем рассказал про встречу с агентом Третьего Интернационала. Это вызвало у слушателей бурю негодования.

— Настанет день, — зловеще предрек мистер Уиппл, — когда покатятся головы с бородами, с усами и без оных!

В остальном путешествие прошло без происшествий. В поезде нашелся отличный доктор, и к тому времени, когда «Вождь» достиг Южной Калифорнии, рука Лема понемногу заживала.

После нескольких дней перехода на лошадях маленький отряд прибыл на берег реки Юба в горах Сьерра. На одном из притоков этой реки и находился прииск Джека Ворона.

Недалеко от прииска была бревенчатая хижина, которую мужчины быстро превратили в сносное жилище. Там разместились мистер Уиппл и Бетти; Лем и краснокожий расположились под открытым небом.

Однажды вечером после тяжелого рабочего дня четверо друзей сидели у костра и пили кофе. Вдруг, откуда ни возьмись, появился человек, как две капли воды похожий на отъявленного негодяя из вестерна.

Он был в красной фланелевой рубашке, кожаных штанах и мексиканском сомбреро. За голенищем у него торчал нож, из-за пояса выглядывали перламутровые рукоятки револьверов.

Приблизившись на расстояние двух родов[53], он приветствовал отряд.

— Как дела, ребята? — спросил он.

— Неплохо, — отвечал Кочерга Уиппл. — А у вас?

— Ты янки, верно? — спросил незнакомец, слезая с лошади.

— Да, я из Вермонта, а вы?

— Из округа Пайк, штат Миссури, — ответил тот. — Слыхали об округе Пайк?

— О Миссури я слыхал, — отвечал с улыбкой мистер Уиппл, — но не могу сказать ничего определенного об этом округе.

Человек в кожаных штанах нахмурился.

— Ты, наверное, родился в лесной глуши, если не знаешь об округе Пайк, — сказал он. — Все лучшие воины — из наших мест. Я могу сражаться с дикими кошками; один, не дрогнув, выйду против дюжины индейцев.

— Не желаете ли передохнуть у нас? — предложил мистер Уиппл.

— Может, да, а может, нет, — ответил грубиян. — У вас, случайно, не найдется бутылочки виски?

— Нет, — сказал Лем.

Пришелец был разочарован.

— Жаль, — сказал он. — Я высох, как вобла. А чем вы тут занимаетесь?

— Копаемся в земле, — сказал мистер Уиппл.

— Копаться в земле — не занятие для джентльмена, — изрек миссуриец. Эти слова были произнесены с таким высокомерием, что присутствующие невольно улыбнулись. В красной рубахе, грубых кожаных штанах, давно не мывшийся незнакомец не очень походил на джентльмена в привычном смысле слова.

— Хорошо быть джентльменом, когда у тебя есть денежки, — задумчиво произнес Лем, вовсе не собираясь задеть незнакомца.

— Это ты про меня? — нахмурился тот и привстал с земли.

— Это я про себя, — тихо сказал Лем.

— Извинение принято, — буркнул миссуриец. — Но ты лучше не серди меня, незнакомец, а то я такое устрою, что не приведи господь. Вы меня еще не знаете. Я удалец-молодец, лихой охотник. А тех, кто меня злит, просто убиваю.

После этой злобной тирады человек из Миссури на время утих, занятый кофе и пирогом, который подала Бетти, но вскоре снова завелся.

— Это что, индеец? — возопил он, тыча пальцем в Джека Ворона и нашаривая рукой ружье.

Лем поспешно встал и загородил собой краснокожего, а Кочерга схватил хулигана за руку.

— Это наш друг, — пояснила Бетти.

— А мне плевать, — отвечал лихой удалец-молодец. — Пустите меня, я сдеру с него шкуру.

Но Джек Ворон и сам мог постоять за себя. Он выхватил свой револьвер и, прицелившись в негодяя, сказал:

— Заткнись, болван, или отправишься на тот свет!

При виде направленного на него дула грубиян пошел на попятный.