Бунтарка - С. Массери

Кора подходит к Бену ближе, и их молчаливые переглядывания заставляют остальных напрячься. Бен здесь нежеланный гость, и все же он нашел нас.

Кажется, при помощи многозначительных взглядов друг на друга Кора и Бен пришли к какому-то негласному консенсусу, потому что самоуверенность, с которой Бен вошел сюда, начинает таять. Кора кивает и подходит к Аполлону, а мне становится очень интересно наблюдать за ее взаимодействием со всеми ними. Я пытаюсь представить, как делю Никс с кем-то еще, и у меня закипает кровь. Не важно, были бы это лучшие друзья или нет, я бы убил всех, кто к ней посмел бы прикоснуться.

– Кронос больше не в Норт-Фолсе, – говорит Бен. Он подходит к карте Стерлинг Фолса и смотрит на нее сверху вниз. – Не хочу тебя огорчать, но он в бегах.

– Потому что ты украл наш шанс на внезапную атаку.

– Да, – признает Бен, опуская голову.

Никс наклоняется ко мне, и ее голос звучит так тихо, что я едва его слышу:

– Он знал, где тебя прячут, и, как я поняла, он вырос среди Титанов.

– Ты знаешь, где он сейчас? – в конце концов спрашивает Джейс, на что Бен качает головой.

– Что ж, тогда… – вздыхает Кора.

– Но у меня есть идея, как его найти, – перебивает Бен, бросая на Кору извиняющийся взгляд. – Кронос подозревает, что я в городе, поэтому вы просто отдадите меня ему, – заканчивает Бен, когда все продолжают сохранять молчание.

Следующая затянувшаяся пауза уже не такая неловкая, а больше пугающая.

– Почему? – Кора озвучивает вопрос, который волнует нас всех, а Бен вздыхает и, засунув руки в карманы, подходит к стене и прислоняется к ней плечом.

– Я прятался от него слишком долго, и если это положит конец…

Все мы смотрим на Кору, ожидая ее решения. И она его принимает.

Она делает глубокий вдох и кивает.

– Хорошо, давайте сделаем это.

Глава 32. Кора

– Ты готов? – спрашиваю я, оглядываясь через плечо на Джейса, перед тем как опустить смычок виолончели на ее струны.

Виолончель лежала в футляре рядом с моей сумкой в комнате. Она всегда дразнила меня, стоило пройти мимо, поэтому я не удержалась и решила сыграть на ней.

Только во время музицирования на виолончели мне впервые за долгое время удалось расслабиться. Закончив, я кладу ее обратно в жесткий футляр и поднимаюсь со стула, смахивая со штанов невидимые ворсинки.

Готова ли я к тому, на что мы решились?

Если подумать, то может произойти миллион непредвиденных вещей и все пойдет не по плану. Именно этого я боюсь больше всего – невозможности предсказать результат. Но мы просто обязаны добиться успеха на выбранном пути, потому что, если мы этого не сделаем, люди продолжат страдать.

– Кора? – обращается ко мне Джейс после минутного молчания.

– Со мной все хорошо, а как ты? – качая головой, отвечаю я Джейсу.

– Со мной тоже, – фыркает он.

Оставив нас в доме, остальные отправились с Беном, чтобы попытаться выманить главу Титанов, ведь Бен утверждал, что Кроносу нужны только он, я и Джейс. Нам троим опасно находиться в одном месте, а все должно произойти на наших условиях. Остальные согласились с этим планом и теперь ждут, когда Бена заберут Титаны и мы последуем за ними туда, где сейчас прячется Кронос. После того как мы найдем его, мы уже решим, стоит ли нам следовать моему плану или придется отказаться от него и начать все сначала.

В комнате снова стало тихо. Скрестив руки на груди, я барабаню пальцами по предплечьям. Во мне так много энергии, что я не могу усидеть на месте. Сейчас я чувствую себя слишком бесполезной.

– Что мы делаем? – спрашиваю я.

Джейс похож на типичного плохого парня. На нем обтягивающая черная футболка, надевать которую ему должен запретить закон, а поверх нее надеты кожаные ремешки наплечной кобуры, в которой сейчас нет пистолетов. Завершают образ черные брюки и ботинки. Его темные волосы влажные и растрепанные, как будто он взъерошил их пальцами прямо перед тем, как пришел сюда. Щетина, пробивающаяся на его щеках, придает ему плутоватый вид, а его голубые глаза пронзают меня насквозь.

Джейс рассматривает меня, оценивая так же, как и я его.

– Теперь на интуитивном уровне каждый из нас знает, когда ты чувствуешь себя не в своей тарелке.

Прищуривая глаза, я опускаю руки и подхожу ближе.

– Чувствую себя не в своей тарелке вообще или с кем-то из вас?

– Последнее.

Я продолжаю приближаться к Джейсу, и он напрягается, выпрямляя спину, но не пытается помешать мне заглянуть в его глаза. Почему мне так нравится дразнить его? Нажимать на все его красные кнопки? Но он же делает то же самое со мной.

– С кем мне не по себе, Джейс? С тобой?

– Со мной, Вульфом и Аполлоном. – Он отводит взгляд. – Все как-то неправильно, и даже целая гребаная вселенная это чувствует.

Я тянусь к нему, касаясь пальцами его груди, и вычерчиваю на ней круги, пока не останавливаюсь на месте, прямо у сердца. Мне кажется, я чувствую его учащенное сердцебиение, которое говорит мне о том, что он что-то чувствует ко мне. Должно быть, так и есть.

– Ты хочешь все исправить? – спрашиваю я, и с горящими глазами он наклоняет голову.

Я не знаю, что делаю, но точно не хочу останавливаться. Я больше не хочу контролировать себя рядом с ним, потому что иногда мне кажется, что он нравится мне вопреки любым доводам рассудка.

Так что пошло оно все к черту.

Я сжимаю пальцами ткань его футболки, чтобы он не мог уйти.

– Тогда расскажи мне, как тебе было плохо. Расскажи мне, как чертовски ужасно тебе было находиться здесь одному, в то время как я… – Мой голос срывается на писк и, сжав губы, я продолжаю уже тише: – Пока я была совершенно одна и не знала, жив ты или мертв, а также что происходит с Вульфом и Аполлоном в тюрьме. Целых шесть долбаных месяцев я проторчала на том дурацком гребаном острове! – К концу мои слова все же превратились в крик, а в горле образовался комок.

Я резко отпускаю его футболку и отступаю назад.

– Я так отчаянно хотела вернуться сюда, а теперь я вас просто не узнаю. – Он смотрит в мою сторону так, будто не знает