Горе от ума - Александр Грибоедов

Рославлев, Блёстов.

Блёстов

Вы здесь, Росла́влев? – Ну, опять сердит? Скажите:

За что? – Вы влюблены, любимы.

Рославлев

Извините!

Вы шутите, а я… я вовсе не шучу.

Да кстати, я давно просить у вас хочу;

Прошу покорно мне сказать чистосердечно,

Как честный человек.

Блёстов

Вы спросите, конечно,

Что не намерен ли у вас я перебить?

Рославлев

Однажды навсегда прошу мне объявить,

С какими видами так часто, постоянно

Сюда вы ездите?

Блёстов

С какими? – Очень странно!

Я видов не имел ни на кого отнюдь;

А если…

Рославлев

Их на вас имеет кто-нибудь…

Ну, кто ж?

Блёстов

Когда б от вас хотели допытаться,

Вы не сказали бы, конечно?

Рославлев

Может статься.

Но вы? вы скажете? – не правда ли?

Блёстов

Бог мой!

Как этак приставать? Вот человек какой!

И даже помолчать он не дает свободы!

Пусть так; вы смущены, я – жалостлив с природы.

Рославлев

Без предисловия.

Блёстов

Прошу же скромным быть.

(Забавляется вниманием его.)

Однако этого не должно б говорить.

Рославлев (с бешенством)

Теперь всё говорят, – ну, говорите ж.

Блёстов

Милый!

Вы слишком горячи! А если б что и было,

И если даже есть, так вам нет ну́жды в том;

Ну, понимаете, что вы тут ни при чем.

Рославлев

Ужли Эледина? – Вот это будет ново!

Блёстов

А что ж?

Рославлев

Вы шутите.

Блёстов

Да нет.

Рославлев

Честно́е слово?

Блёстов

Честно́е слово. – Вот: всегда бедам чужим

Смеялся Ленский ваш! Ну, смейтесь же над ним.

Я от Элединой давно терплю нападки;

Да, да!

Рославлев

Но, может быть, все это лишь догадки,

Без основания.

Блёстов

Одни догадки? Вот!

А если дело-то серьезнее пойдет,

На доказательства… Что? это вас тревожит?

Рославлев

Нет! потому что их и быть у вас не может.

Блёстов

Не может, точно так. Да как у нас и быть?

(Вынимает бумажник и ищет в нем.)

А если, например, здесь можем мы найтить,

Между такими же другими письмецами…

Оно? – Нет, не оно. – А, вот! – прочтите сами.

(Показывает Рославлеву письмо. Тот хочет схватить его, но Блёстов не дает, и Рославлев читает с жадностию.)

Заметьте, что Амур лукавое дитя:

Всё это писано как будто бы шутя;

Всегда ведь женщины с насмешек начинают,

А там привяжутся, а там и обожают,

А там…

(Хохочет.)

Ну, мочи нет, как Ленский мне смешон!

Я рад до крайности, что так обманут он!

Нет, вы – вы смотрите за Лизой осторожно,

Вы очень знаете, что женщине всё можно.

(Хохочет.)

А он без милости уверен был в себе.

Рославлев

Что ж? Все мы этой же подвержены судьбе.

Вот, Ленский! наконец слова мои сбылися!

Я говорил тебе…

Блёстов

Когда? – как завелися

У нас свидания почаще с нею?

Рославлев (сердито)

Нет!

Гораздо прежде. – Ах! и мне таких же бед

От Лизы можно ждать.

Блёстов

Да, да, – я уверяю.

Рославлев

Прошу не уверять…

Блёстов (с значущей гримасой)

Нельзя; когда я знаю…

И в том, что к грусти вам причину подает,

Никто участия такого не берет,

Как я… Прощай же.

(Уходя, поет из «Жоконда».)

«В печали, в огорченьи,

Всегда любовники грустят в уединеньи».