Аукцион - Яна Николаевна Москаленко

– Чужая жизнь того не стоит.

влад. влад стоит всего.

– Да срал я на чужие жизни. Ты-то чё моросишь?

– Эта зараза прикончила мою сестру, – глухо, слова почти не разобрать, – не хочу, чтобы так было со мной. Не хочу, чтобы так было вообще хоть с кем-то.

– Вот она, городская. За всех решила.

Лиса морщилась, когда Адриан называл ее городской. Адриану это нравилось, и он продолжал хлестать ее по щекам обидным словом. Вернулся Данте.

– Скажи хоть ты ему, почему от пересадки душ нужно избавиться…

– Адриан, душа дана человеку одна. Так и должно быть. Все эти манипуляции разрушают нас.

– Ага, стелешь занятно. А тебе нахрен за это бороться?

– За идею, мой Король. За идею.

Адриан понимал, что Данте врет ему, но он тоже врал, поэтому ложь устраивала обоих, на лжи и держался их маленький шаткий союз.

«В МОРДУ»

получи сам или дай соседу

Напитки алкогольные

• Собачий глаз

• Нокдаун

• Пост 3984

• Крысиный двор

• Королевские слюни

• Рассказ дворцовой няньки

• Они (Городские)

• Заброшенный остров

• Колдобан

Напитки безалкогольные

• Вода (речная)

• Вода (водохранилище. Наличие уточнять у Элечки)

• «Кома-Тоза»

Еда

• Хрустящие крысиные лапки (крысохрустики по специальному Ждановому рецепту)

• Крысиные хвостики в остром маринаде

• Галетки «Воробушек» (порция на компанию. Компания оплачивает стоимость всей воробьиной стаи в блюде)

• Овощная тушенка (редька, картошка, по четным дням – помидорова подлива за дополнительную плату)

Напоминание

Бар «В морду» работает в частном порядке. Установлены штрафы за драки/перестрелки/поножовщины без предварительной договоренности с руководством заведения. Штрафные расценки можно узнать у управляющего.

Пса не кормить, не гладить, не корчить ему рожи.

* 1 8 6 г.

Дети Дворца бегали большой хищной стайкой, крушили все что вздумается. Для детей Дворца не существовало запретов, и, если двери не открывались перед ними достаточно быстро, они сносили их с петель. Адриан командовал своим войском, раздавал лещей и вручал награды в виде дефицитных в Кварталах сладостей (только не засахаренные орехи, которые носил Клык). Каждый год на выдуманную годовщину дружбы Адриан сражался против Влада – одни мальчишки против других, до крови, до синяков, до тех пор, пока кто-то не сдастся. Победитель получал звание «лучшего другалиссимуса».

мой лучший друг.

Влада и Адриана не воспринимали по отдельности – комплектом, не отдирающимися друг от друга, как жвачка под столиками во «В морду». Даже когда они спорили и возились возмущенным клубком по полу, для Адриана не было ничего естественней. В конце концов, они всё делали вместе. Вот и вляпались вместе.

Мерзотности случались не слишком часто, зато каждый раз превращались в показательную казнь, собиравшую и обычных зрителей, и фанатов расчлененки, и тех, кому от увиденного становилось дурно и страшно. Клык и Бульдог входили в состав специальной группы Свиты, и именно за счет отсутствия у них совести и жалости в Кварталах истреблялись мерзотности. Когда Адриан видел, как расправляются с теми, кому втюхивали нарушение из этой категории, он внутренне вздрагивал, но в остальном был уверен:

мы здесь ни при чем.

Привычка срастаться со стенами, заползать в надежное стройкино нутро пришла позже, но как только они начали ныкаться с тупым остервенением, Адриану стало мерещиться, что теперь не он смотрел на других – другие смотрели на него и подозревали.

Сначала этот Варлам-Хер-Вам в школьном туалете,

и вот отец.

Адриан сидел на кровати, подобрав под себя ноги. Влад лежал головой у него на коленях.

– Нет, не так. Дай сюда. – Влад выхватил у Адриана складной нож и аккуратно воткнул в ладонь. – Видишь, чем глубже встает лезвие в трещину, тем четче твои линии… эм… жизни.

– Где этой херни понабрался? – похихикивал Адриан, но смотрел на руки Влада не отрываясь. У него были красивые белые руки, ногти отдавали розовым.

– Мамины подруги научили. Так, слушай, эта линия про то, какая тебя ждет судьба.

– Меня они, блядь, такому не учили.

– Потому что ты гадкий. Ай, больно, сука! Чё щипаешься.

– Не ной, разнылся. Чё по судьбе?

Влад поднес нож к лицу Адриана и надул губы. Адриан улыбался без остановки.

– Там видно, что я буду Королем?

– Хуйлом ты будешь. Ай, да блядь!

Они сцепились, нож негромко брякнул по полу. Адриан пропихивал Влада под себя, пытался зажать, только так у него был шанс ухватить победу в их ритуальных потасовках. Если Влад выпрямится, он или придушит Адриана, или сразу проедется кулаком по торсу до гула в висках. Адриан пыхтел и пыжился, тела ворочались, прижимались. Влад вгрызался ему в плечо, и Адриан шипел от боли, почти примирительно. В этой возне Адриан не заметил, как опять оказался на лопатках, и Влад, нависнув сверху, целился харчком ему в лицо. Ниточка слюны все истончалась, шмоток соплей и слизи болтался где-то на уровне Адриановой переносицы. Он отчаянно заверещал, когда вдруг открылась входная дверь.

и вот отец.

Они не сразу перестали барахтаться. Адриана дернуло, когда он услышал, как отцовские берцы гремят по полу.

– Нет, стой, не надо, зачем ты.

Отец потянул Влада за шкирку, долбанув об изголовье кровати и сбросив вниз.

– Стой, погоди, да блядь!

Адриан не успел подняться, закрыть голову руками, Бульдог уже обрушился на него с кулаками.

– Пусти, отвали, не надо!

Адриан не боялся отца по-настоящему, легкие затычки не вызывали страха, ведь родитель – человек, который априори любит своего ребенка или хотя бы терпит. И любил, и терпел, и вот. В Кварталах сила – основа не только воспитания, еще и выживания, она учила соображать быстро. Адриан, регулярно ввязывавшийся в драки, соображал, весь исходил психозом.

– Я тебя убью, сам тебя ебну!

Адриану удалось отпихнуть Бульдога и ринуться на него следом. Голова ухала, все вокруг расплывалось, но Адриан все равно дотянулся до отцовской рожи, желание размазать его физиономию по полу перекрывало все остальное.

убью, убью, убью.

– Адриан, брось, отвали! – Голос Влада еле слышался сквозь шум.

Адриана, задыхающегося, отбросило. Владу не нужно было много времени, чтобы поставить в драке точку. Рассеченная голова кровоточила, резало глаза, Адриан потерялся, он ничего не видел. Адриан размахивал руками, пытаясь вцепиться, разодрать, отмучиться. Вместо