Подменыш - Кит Донохью

Мы договорились встретиться в одном из ресторанов Хеба, но я не собирался оставаться до вечера.

Я вернулся под нашу лестницу и сказал Тесс, что полиция вышла на наш след, так что пора сматываться. Мы быстро собрались и пошли по направлению к границе.

Нам опять не встретилось ни одного пограничника, но на тропинке стоял мальчик лет примерно семи. Казалось, он кого-то ждал. Глянув на нас с подозрением, он приложил палец к губам. Мы подошли поближе, и Тесс шепотом спросила его:

— Ты говоришь по-английски?

— Да. Только тише. Они где-то здесь!

Неужели подменыши?! Но они же не крадут взрослых людей, блин! На пограничников мне было плевать.

— Кто? Кто они? Что ты тут делаешь? — взволновалась Тесс.

— Versteckspiel[53].

Тут из-за кустов выскочила девочка и хлопнула его по плечу. Появились еще какие-то дети. Теперь я не сомневался: это не дети. Тесс захотела поиграть с ними, но я схватил ее за руку и потащил к реке:

— Куда мы так бежим?!

— Скорее! Ты что, не видишь?! Они же здесь повсюду!

— Кто?

— Они! — крикнул я.

Медовый месяц закончился, и началась обычная жизнь. Чем ближе мы были к окончанию учебы, тем больше места в наших разговорах занимала тема трудоустройства.

Тесс нежилась в горячей ванне, и я присел на край, делая вид, что изучаю новую партитуру, а на самом деле любуясь ее телом.

— Генри, у меня хорошие новости. Похоже, меня возьмут на работу в администрацию.

— Отлично. И чем ты будешь там заниматься?

— Неблагополучными семьями. Люди приходят со своими проблемами, я беседую с ними, а потом даю рекомендации, как эти проблемы решить.

— А я сходил на собеседование в школу, — я отложил в сторону партитуру и стал открыто наслаждаться ее формами. — Им нужен учитель музыки для седьмого и восьмого классов. Платят неплохо, к тому же останется куча времени для себя.

— Видишь, у нас все получается, детка.

Жизнь налаживалась. Перспективы были отличные. В моей ванной лежала самая прекрасная женщина на свете.

— Генри, чему ты улыбаешься?

Я начал расстегивать рубашку.

— Подвинься. Мне нужно кое-что сказать тебе на ушко.

Глава 28

Самая жестокая вещь на свете — любовь. Когда она исчезает, оставляя лишь воспоминания, это невыносимо. Наши друзья ушли, но в нашей памяти они оставались живыми. Утрата Киви, Блом-мы, Раньо и Дандзаро оказалась слишком тяжела для нас. Крапинка отдалилась от всех, словно ей было легче находиться в обществе мертвых, чем живых.

После трагедии на шахте мы сместили Беку, и нашим новым вожаком стал Смолах. Конечно же, назад, в холм-убийцу мы не вернулись. Вместо этого мы решили возродить к жизни нашу поляну. Смолах снял все запреты на передвижения. Последний раз когда мы пробегали мимо, заметили, что природа берет свое — на выжженной земле появились новые ростки. Люди, похоже, совсем забыли про это место, как они забыли про тело мальчика, найденное в реке, и про двух девочек-маугли, пойманных однажды ночью в магазине. Людям свойственно забывать. Впрочем, как и эльфам.

И вот мы втроем — Смолах, Лусхог и я — решили снова наведаться туда, чтобы понять, можно ли там жить. Несмотря на прохладный день, мысль о возвращении в родные места нас радовала. Мы мчались по лесу, перегоняя один другого, и хохотали от избытка чувств. Да, мы вернемся, и все у нас станет как раньше…

…Сначала мы услышали смех. А раздвинув ветви, не поверили своим глазам. На нашей поляне стояли совсем новые человеческие дома, между которыми тянулись асфальтовые дорожки. Домов было пять, и они стояли по кругу, повторяя контуры нашей поляны. Еще шесть людских жилищ высились в лесу, вдоль дороги, которая вела от города к поселку.

— Нехорошо, — промолвил Смолах.

На нашей поляне бурлила жизнь. Какая-то женщина развешивала белье, дети играли в футбол, толстый дядька рылся в моторе… По дороге ехал желтый автомобиль, похожий на жука… Верещало радио… Когда стемнело, в окнах зажглись огни.

— Ну что, посмотрим, кто там живет? — предложил Лусхог.

Мы спустились вниз. Два дома пока пустовали. В трех других были люди. Картинки за окнами почти не отличались друг от друга: женщина стояла у плиты, а мужчина сидел перед ящиком с движущимися изображениями, дети играли в какую-то ерунду, как им и полагается.

— Отдыхают, — сказал я.

В одном из окон я увидел ребенка, сидевшего в веревочной клетке. Рядом в кресле спал мужчина, напомнивший мне моего отца. Кроме них там была светловолосая женщина, но на мою мать она совсем не была похожа. Она подошла к мужчине и что-то прошептала ему на ухо. Он проснулся, испугался спросонья, но она его поцеловала, и он успокоился. Она вытащила ребенка из клетки и принялась ворковать над ним, а мужчина подошел к окну и стал нервно тереть стекло, видимо намереваясь посмотреть, что там, снаружи, в темноте. Меня он, конечно, не заметил. Но я не сомневался, что видел его раньше.

Мы вернулись в лес и стали ждать, когда люди лягут спать. А потом пошли. Забрались в дом, от которого только что отъехала машина, — наверно, хозяева поехали в город, — и опустошили холодильник и кухонные шкафы. Консервированные фрукты и овощи, мука, сахар, соль… Лусхог набил карманы пакетиками с чаем, взял пачку сигарет и спички. Все это заняло у нас пару минут.

Потом мы влезли в тот дом, где сидел ребенок в веревочной клетке. Пока Смолах и Лусхог опустошали кладовку, я прошел на цыпочках по комнатам. На стенах висело множество фотографий. Мой взгляд сам собой упал на одну из них — она была освещена лунным светом. Молодая женщина держала на руках ребенка. Я подошел ближе и окаменел. Я знал их. Или мне просто показалось? Чтобы рассмотреть фотографию внимательнее, я сделал непростительную глупость — зажег свет. Другие фотографии поразили меня еще сильнее. На одной из них был я. На другой, свадебной, — мой отец с какой-то женщиной!

— Энидэй, ты спятил?!

В гостиной появился Лусхог.

— Туши свет!

Я выключил лампу, но наверху уже проснулись. Послышался сонный женский голос. Мужчина ответил: «Ладно, ладно, пойду, посмотрю», — и затопал вниз. Мы подбежали к задней двери, но она оказалось закрытой на ключ.

— Энидэй, ты дебил, — прошептал Смолах.

Человек вошел в комнату, где я стоял еще минуту назад, и зажег свет. Лусхог ковырялся в замке. Наверное, слишком шумно.

— Эй, кто там? — прокричал человек и направился в нашу сторону. Еще несколько мгновений, и он увидит нас.