Люди с платформы №5 - Клэр Пули

Они ужинали на кухне, при свечах.

— Я просто хотел выразить тебе горячую признательность за все, что ты сделала. Честное слово, даже не представляю, как бы я сумел выкарабкаться без тебя.

— Не надо меня за это благодарить, — ответила Кандида. — Разве я могла бросить тебя на платформе, когда от тебя оставалась одна оболочка? Ты же сейчас чувствуешь себя лучше, правда? Тебе помогают сеансы у психотерапевта?

— Да. Я чувствую себя совершенно другим человеком, — сказал Пирс. — Даже не верится, что я был таким. Новая профессия кардинально изменит мою жизнь. Нашу жизнь и жизнь наших детей. Конечно, придется урезать свои запросы. Меньше поездок на отдых, государственные школы вместо частных и так да-лее. Но я всерьез думаю, что более скромный и честный образ жизни пойдет на пользу всем нам, включая детей. Они будут расти менее избалованными и требовательными. Их детство станет чем-то средним между твоим элитным и моим нищенским. В общем, золотая середина.

Пирс улыбнулся Кандиде и вспомнил день их свадьбы. Какой неотразимо красивой была она, идя к алтарю, где стоял он, замирая от счастья. А теперь в их жизни начиналась новая глава. Совершенно иная, но во многом куда более счастливая, чем прежде. Эти перемены их сблизят.

— Пирс, — произнесла жена, и ее гладкий от ботокса лоб едва заметно нахмурился. — Прости, если ввела тебя в заблуждение, но ты совершенно неправильно понял нашу ситуацию.

— Что?! — пробормотал он.

— Я очень рада благотворным переменам в твоей жизни. — Кандида аккуратно положила нож и вилку на тарелку, рядом с куском говядины, явно недотягивавшим до ее утонченных гастрономических стандартов. — Я хотела убедиться, что ты снова твердо стоишь на ногах. Ты отец моих детей. Через них мы связаны друг с другом до конца жизни, нравится нам это или нет. В некотором смысле я по-прежнему тебя люблю. — Кандида сделала паузу.

«В некотором смысле»?

Пирсу вдруг показалось, что он снова сидит в салоне своего «порше» и машину несет прямо на бетонную стену. Сколько ни дави на тормоз, столкновения уже не избежать.

— По-моему, я достаточно ясно высказалась, объяснив, что такая жизнь не по мне, — продолжала Кандида. Она говорила спокойно, словно речь шла о том, на какой греческий остров они поедут отдыхать будущим летом. — Меня на такое не купишь. Я тебе не «миссис Сандерс, жена преподавателя математики». Я не желаю жить скромной учительской жизнью и на скромную учительскую зарплату. И то, про что ты сейчас толковал, вовсе не считаю золотой серединой. Ну вот скажи: я хоть когда-нибудь вообще стремилась к чему-то среднему? Я хочу, чтобы наши дети получили образование, которое гораздо выше среднего. Буду с тобой откровенна: я не собираюсь быть супругой какого-то Кевина. Мужчине, за которого я выходила замуж, когда-то хватило ума оставить все свое прошлое позади.

— Я знал, что ты это скажешь. Но даже если бы мне удалось найти в Сити другую работу, я бы на нее не пошел. Я всерьез считаю, что возвращение в тот мир свело бы меня с ума.

— Дорогой, а я и не прошу тебя об этом, — сказала Кандида. — Я просто сообщаю тебе, что дальше наши пути расходятся. Потому я и стала тщательно разбираться с состоянием наших финансов. Мы купим тебе квартиру где-нибудь неподалеку отсюда, чтобы совместно воспитывать детей. Мы же можем подойти ко всему цивилизованно, как взрослые люди? Последовать примеру Гвиннет Пэлтроу и Криса Мартина. Незачем тратить твое выходное пособие на дорогих адвокатов и судебные баталии, а уж тем более использовать детей как пешек во взрослой игре.

Пирсу вспомнился мертвый голубь. Знак судьбы, брошенный разлагаться в контейнер для компоста. Он почувствовал себя этим голубем, счастливо летевшим навстречу будущему, которое виделось ему в розовых тонах. Он летел, не подозревая о стене из толстого, непроницаемого стекла. И теперь, врезавшись в стену, он падал вниз, недоумевая и истекая кровью. Но почему Кандида так спокойно говорила обо всем этом? Сомнительно, чтобы в ее дальнейшие планы входило стать матерью-одиночкой, живущей исключительно на скромные алименты.

Туманный образ, мелькнувший в мозгу Пирса, постепенно сложился в четкую, цельную картину.

— Значит, ты уже подготовила себе пути отхода? — спросил он, ощущая почему-то не злость, а усталость, хотя позже наверняка появится и злость. — И кто же он?

— Ты его не знаешь, — ответила Кандида, разглядывая свои ногти с безупречным маникюром.

Это были ногти жены преуспевающего банковского служащего. И теперь они впивались в спину тому, кто пришел на смену преуспевающему банковскому служащему. Вернее, человеку, некогда бывшему таковым.

— Этот мужчина появился еще до того, как все произошло? Я почти уверен.

— Да будет тебе, — отмахнулась Кандида. — Девушка всегда должна иметь «план Б». Это была всего лишь глупая интрижка, которая такой бы и осталась, если бы твой эгоизм не разметал в клочья нашу прежнюю жизнь.

— Кандида, ты не можешь так со мной поступить. А как же клятвы, которые мы приносили? «В горе и в радости, в богатстве и в бедности»?

— Если ты собрался переместиться в плоскость высоких моральных принципов, что само по себе невыносимо скучно, не забывай, как ты месяцами врал мне, каждый день надевая костюм и «отправляясь на работу». Мало того, ты, словно азартный игрок, просадил деньги за школу и детский сад наших детей. Да если бы не я, мы бы лишились всего.

— А как же дети? — спросил Пирс. — Они ведь нуждаются во мне. И я тоже нуждаюсь в них.

— Знаю, — спокойно кивнула Кандида. — Но теперь ты будешь видеть их даже чаще, чем раньше. Сам помнишь, как ты прежде был загружен. Добавь к этому продолжительные учительские отпуска! И потом, помогай им с домашними заданиями сколько душе угодно. Ты же знаешь, я терпеть не могу этим заниматься. Раз уж ты подался в учителя, нам теперь не придется тратиться на репетиторов. А если ты получишь работу в достойной школе, тебе даже могут сделать скидку на оплате за обучение там Минти и Тео. Как видишь, во всем есть и позитивная сторона!.. Ладно, пойду-ка я спать. Утром обсудим дальнейшие шаги.

Кандида отодвинула стул и встала, оставив его в окружении грязных тарелок и остатков разрушенной жизни. В раковине вяли белые розы, которые Пирс забыл вынуть из целлофановой упаковки. Подойдя к двери, Кандида обернулась и со смехом проговорила:

— А знаешь, что сказал мой папа, когда я собралась за тебя замуж? «Ладно, для начала сойдет, а потом можно поискать себе вариант получше».

Оказывается, за