Обломки нерушимого - Стейс Крамер

– А если бы кто-то разглядел твое лицо?!

– Хорошо, что никто не разглядел.

Никакой гениальной изобретательности, ни малейших задатков к слаганию хитроумных инсинуаций… Ничем подобным Искра не обладала. Вот, что в столь сильный шок повергло Никки. План Искры был дичайше смехотворный, примитивный. И он сработал!

– Ты все это время специально прикидывалась дурочкой, что ли?

– Я не прикидывалась. И я не дурочка. Почему ты так говоришь?

– Искра… я пожалела тебя. – Никки расплакалась, как всегда при этом болезненно-нервически смеясь. – Мне даже нравилось, что ты такая странная и…

Гремучая смесь из разочарования и ярости затопила сознание Никки. Дрожащие ноги с трудом доковыляли до выхода из беседки.

– Никки, ты все еще моя подруга?

* * *

Диана после перепалки с Элеттрой больше часа бродила по парку. Ее будоражили прелестные воспоминания о том, как несколько недель назад она вот так же гуляла по лесу близ лагеря «Фолкон Скотт» и целебное снадобье из тишины, свежести и отрешенности могучей дикой природы убаюкивало ее растревоженную душу.

Вернулась Диана в школу умиротворенная, даже немного счастливая. У резиденции учениц она встретила обеспокоенную Рэмисенту. Одна рука ее была прижата к груди, а вторая ко рту, зубы агрессивно погрызывали ее ноготки.

– Рэми, ты чего такая… дерганая?

– Я не знаю, как помочь ей! Я… я не верю в то, что она могла такое сделать. Хотя… она почти то же самое сделала с тобой. Ох… Боже, Эл, ну зачем, зачем?..

– Что Элеттра сделала? – недоумевала Диана.

– Как?.. Ты ничего не знаешь?! Тоже мне, Главная леди! Элеттра чуть не убила… то есть все подозревают, что она чуть не убила Индию!

– Это вздор какой-то, – не своим голосом проговорила Эл. Иоланда все же нашла ее и притащила в свой кабинет, где уже почти полчаса допрашивала. – Миссис Барклай, почему меня постоянно в чем-то обвиняют?

– У тебя еще хватает наглости изображать из себя невинную! Я собственными глазами видела, как ты напала на Индию!

– Да быть такого не может! Я ничего не сделала. Ничего!

Иоланда с отвращением посмотрела в глаза Элеттры – две карие бездны, доверху наполненные слезами.

– Тогда, получается, в нашем клубе есть еще одна Элеттра Кинг. С такой же формой и идентичным конем! – прокричала взбешенная миссис Барклай. – Я же зарекалась не принимать тебя обратно в клуб. Я ведь чувствовала, что произойдет беда! Что вы не поделили с Колетти, а?! За что ты ее чуть не погубила?!

– Я… – больше Элестра не смогла ни словечка вымолвить. В голове главенствовала мысль: «ЧТО ПРОИСХОДИТ? Они видели меня там, где меня не было. Обвиняют в том, чего я не совершала! За что? Почему я?! Кто из нас сошел с ума?»

– Элеттра, расскажи мне все как есть. Я попытаюсь помочь тебе. Это последние минуты, когда ты можешь положительно повлиять на сложившуюся ситуацию.

Элеттра продолжала молчать. Давление со стороны тренера было колоссальным. Эл понимала, что еще немного и она сознается в том, в чем не было ее вины. Так сильно повлиял на нее страх, так невыносимо было все это. «Никто мне не поверит, никто не поддержит…»

В кабинет влетела Диана.

– Миссис Барклай, Элеттра ни в чем не виновата. В тот момент, когда с Индией произошла трагедия, она была со мной.

– Но я же видела, как она примчалась…

Диана не дала договорить обескураженному тренеру:

– Вы видели ее лицо?

– Нет. Все произошло так быстро…

– На это и рассчитывал тот, кто решил подставить Элеттру. Миссис Барклай, я понимаю, в каком состоянии вы сейчас пребываете, но давайте попробуем рассуждать трезво: зачем Элеттре совершать такое у всех на виду, а потом отрицать свою вину? Это бессмысленно и нелогично!

Появление Дианы повергло в шок Элеттру даже больше, чем несправедливое обвинение в ее адрес. Она сидела, безучастная, затаив дыхание, и отупело глядела на свою защитницу.

– Но кто тогда это сделал? Кто?! – спросила побуревшая от волнения Иоланда.

– Мы все выясним. Мы обязательно разберемся! Миссис Барклай, я позабочусь о том, чтобы виновный нашелся и понес наказание!

– Понесу наказание я, Диана… На мне ведь лежит вся ответственность за вас. – По смягчившемуся тону Иоланды стало понятно, что она поверила Диане. – Элеттра… свободна. Оставьте меня все в покое.

Диана и Элеттра молча вышли из кабинета тренера.

– Эл, ну что? – набросилась Рэми, ожидавшая все это время подругу. Рядом с ней стояла Никки

– Диана… можно тебя?

Диана и Эл так и не сказали друг другу ни слова. Рэми увела Эл в сторону, требуя подробностей беседы с тренером. Диана ушла с Никки.

– Что сказала Иоланда? – спросила Дилэйн.

– Ничего утешительного. В лучшем случае ее уволят за это. Но я допускаю мысль, что родители Колетти привлекут к этому делу полицию. И они будут правы отчасти, но… Элеттра здесь ни при чем, – тихо сказала Диана. – Я была с ней, когда Индия упала. Значит, виновный до сих пор разгуливает на свободе, и Иоланда Барклай, заслуженный тренер, сгниет в тюрьме из-за чужой безнаказанной подлости! Ума не приложу, кто мог пойти на такое?!

– Мне очень страшно, Диана. Кажется, я… я виновата во всем.

Никки каждую минуту после ужасающего инцидента на ипподроме всё прокручивала в голове разговор с Искрой в «Джиттс». Она ведь выболтала Героевой все интриги «Греджерс», всю их заковыристую подоплеку. Искра воспользовалась ее простосердечной откровенностью и соорудила кровожадный план.

– Никки, опять?! – взбеленилась Брандт. – Чем тебе не угодила Индия?!

– Не мне! Это…

– Так, ладно. Успокойся и расскажи мне все, что тебе известно. – Диана аккуратно положила руки на плечи бывшей подруги, посмотрела в ее отуманенные отчаянием глаза и заметила, как уголок ее рта приподнялся, и вот Никки уже почти улыбалась.

– Как я скучала по этому… Ты снова рядом, такая сильная, надежная. Все как раньше.

– Нет. – Диана отстранилась, с искренним непониманием глазея на Никки.

– Диана, как думаешь, у нас получится начать все сначала? Тяжело нам порознь.

– Так, стоп. Мы ведь о другом сейчас говорим! – совсем растерялась Брандт, но ее слова не дошли до Никки. Та продолжала с лихорадочной настойчивостью:

– Ты же знаешь, я могу быть хорошей подругой. Я неплохой человек. Просто я оступилась… Никто от этого не застрахован. Дай мне шанс, прошу тебя!

Жалость – вот, что поначалу испытывала Диана к Никки. Она знала всю историю Дилэйн. Никки была нелюбимым, отвергнутым матерью ребенком, отчаянно пытавшимся любить, но не понимавшим, как это нужно