Свидетели самоизоляции - Юрий Беккер

Когда мы встречаемся, я не думаю ни о чем, хватаю эту женщину и трахаю до исступления. Помутнение? Может быть. Страсть? Может быть. Нам редко удавалось заняться сексом неспешно, вдумчиво, каждый раз – на адреналине, быстро, энергично, жадно. Может, в этой жадности и прячется секрет моего безумия? Или в том, что мы не имели права на эту связь? Ведь нет ничего слаще запретного плода…

– Где ты хочешь?

– Я только что приехала.

– Понятно.

Я завел Ольгу в душевую кабину, включил воду, и некоторое время мы просто стояли под теплыми струями, гладя и целуя друг друга. Затем я взял гель для душа и нежно смысл с Ольги дорожную пыль. Ей нравилось, когда я ее мыл, лаская ее груди, бедра, живот, шею – добирался до всех ее прелестей руками и поцелуями.

– Так хорошо?

– Замечательно.

Смыв с Ольги пену, я взял другой гель и принялся неспешно ласкать женщину пальцами. Заниматься в душевой кабинке любовью неудобно, поэтому я ограничился тем, что довел Ольгу до оргазма одним только массажем, а когда она отдышалась, распахнул дверцы, поставил перед зеркалом, оперевшись руками о тумбу, немного подразнил и вошел сзади. Я знал, что на «второй круг» Ольга заходит медленнее, чем на третий, поэтому не торопился, двигался плавно, с паузами. А когда почувствовал, что она готова начать движение ко второй вершине, сменил позу: усадил Ольгу на стиральную машинку, запустил «отжим» и кончил в хорошем темпе – сдерживаться дольше я попросту не мог.

Сходил на кухню, открыл бутылку белого, достал два бокала, принес в спальню, но увидев, что обнаженная Ольга раскинулась на нашем семейном ложе, вновь почувствовал желание. Она сбросила покрывало, одеяло и прикрылась только простыней, оставив на виду ногу и левую грудь. Знала, что мне не устоять, и рассмеялась, увидев, что я ставлю бутылку на пол.

– Мы отдыхать сегодня будем?

– Я вспомнила, что у нас мало времени.

– Сколько бы времени у нас ни было, я не отпущу тебя, пока как следует не…

Она ответила на поцелуй и прошептала:

– В таком случае я могу уходить.

– Мне решать.

– Хорошо, тебе, – согласилась Ольга, оставаясь на боку и рукой направляя член в себя. – Тебе…

Сначала я брал ее в этой позе, наслаждаясь неспешными движениями и лаская руками ее грудь и задницу. Потом, не вынимая, перевернул Ольгу на живот и плотно навалился сверху: эта поза доставляла ей огромное удовольствие, и Ольга почти сразу принялась громко стонать. Обычно я заканчивал так, но не сегодня. Сегодня я соскучился, а поскольку совсем недавно кончил, решил растянуть удовольствие. Поработав сверху, я вышел из Ольги – несмотря на ее протесты, перевернул на спину, подложил под нее подушку и вернулся к неспешному темпу, одновременно лаская ей ступни. В какой-то момент Ольга принялась стимулировать себя рукой, и я позволил ей кончить, извиваясь на моем члене. Мы немного отдохнули, после чего я улегся на спину и посадил Ольгу сверху. Но через несколько секунд понял, что зря: она заторопилась, торопясь «разрядить» меня, но вместо этого сама испытала бурный оргазм, а когда перестала стонать – рассмеялась, соскользнула с члена и взяла его в рот. Очень мило, учитывая, что Ольга недолюбливала оральные ласки. Хотя знала в них толк.

И, поскольку я был достаточно распален, много времени Ольге не понадобилось: минуты через три она вытерла губы и с улыбкой посмотрела на меня:

– Уверена, тебе понравилось.

– Более чем, – не стал скрывать я. – Пойдем в душ или отдохнем здесь?

– На сегодня хватит, – решила Ольга. – Много сладкого – вредно.

И отправилась в гостиную, где были разбросаны наши вещи. Я повалялся немного, а когда вышел из спальни, Ольга как раз натягивала трусики. Тихонько засмеялась, когда я поцеловал ее в плечо, взялась за джинсы и неожиданно спросила:

– Хочешь знать, почему ты так на меня бросаешься?

– Бросаюсь? – Я попытался изобразить полнейшее непонимание, но не преуспел. Наверное, потому что меня застали врасплох.

– Только не ври, что ты никогда об этом не задумывался, – мягко, но не глядя мне в глаза, произнесла Ольга. – Иногда ты смотришь на меня так, будто не понимаешь, как оказался со мной под одним одеялом.

– Решила поделиться мудростью?

– Тебе она не нужна?

– Нужна, – подумав, ответил я.

– То есть ты понимаешь, что в нашей связи есть нечто странное?

– Для тебя тоже?

– Для меня все замечательно: после наших встреч муж заводит меня так, что я «улетаю» от одних лишь прикосновений. – Ольга застегнула джинсы и огляделась в поисках бюстгальтера. Я подал его, помог надеть, но задержал, приласкав ее груди руками и поцеловав женщину в шею. – Я знаю, что не в твоем вкусе, – прошептала она. – И ты это знаешь, но тебя тянет ко мне. И ты не понимаешь почему. Пытаешься понять, но не можешь, и на время секса становишься моим. Ты даже не представляешь, насколько ты мой, когда мы вместе.

– Хочешь признаться в том, что ведьма?

Она коротко рассмеялась и поцеловала меня в губы. Но продолжила прежним, серьезным тоном:

– Я вдруг поняла, что беззастенчиво пользуюсь тобой, а это некрасиво. Раньше я об этом не задумывалась, но, посидев две недели в доме, запертая в четырех стенах, я много о чем подумала и решила внести в наши отношения ясность.

– Главное, чтобы они на этом не прекратились.

А вот сейчас мне удалось ее удивить. Ольга замерла, а затем тихо спросила:

– Ты этого не хочешь?

– Нет.

Я продолжал обнимать ее и почувствовал, что Ольга задрожала. На мгновение решил, что мы вот-вот вновь окажемся в постели, но она сдержалась. Неловко улыбнулась, провела рукой по моему плечу и грустно сказала:

– Однажды мы расстанемся и в лучшем случае превратимся в хороших знакомых.

– Ты в это веришь?

– Это не вопрос веры: если отношения не вырастают в нечто серьезное – они рано или поздно заканчиваются. Лопаются под собственным грузом. – Она помолчала. – Так ты хочешь услышать ответ на вопрос, почему тебя ко мне тянет?

– Да, – ответил я, хотя понимал, что это будет ее ответ на вопрос. Не обязательно точный. Но как минимум – интересный.

– Юра, тебе нужна баба, – сказала Ольга, глядя мне в глаза. Кажется, впервые с того мгновения, как я появился в гостиной. – Тебе нужна хорошая, верная, добрая баба, которая будет с тобой до самого конца. Баба не внешне, а внутренне. Баба, глядя на которую ты будешь видеть дом и детей, а не глянец и расслабон. Тебе давно нужна настоящая семья…

– Она у меня была, – напомнил я Ольге.

– Галя была дурой, – твердо сказала она. – А «дура»