Политическое животное - Александр Евгеньевич Христофоров

Минут через двадцать перед нами притормозил представительский седан со столичными номерами. Из него вышел бизнесмен, до этого я видел его лишь однажды, рядом с клубом у моря.

– Ну здравствуй! Сегодня без драки? – громко поздоровался он.

– Посмотрим, как пойдет! – отшутился я.

Мы поздоровались, я перехватил руку на свой манер, чтоб не пожимать ладонь в мотоперчатке, сжав ему предплечье чуть выше кисти. Он понял, улыбнулся и с Бегемотом и племянником поздоровался уже именно так.

– Ну, поедем! Мы не вырываемся вперед, идем как машина, – заявил я, и мы тронулись.

Автомобиль исправно следовал за нами, и со стороны было понятно, что мы его сопровождаем.

В офисе все было как обычно: слегка смущенный приятель-юрист, немного напуганные и обрадованные девочки, конференц-зал со спасительным кондиционером. Бизнесмена сопровождал охранник.

– Что ж, на днях были соблюдены последние формальности, деньги перечислены, тендерная документация будет подписана сегодня. Как и договаривались, выдаю процент с учетом затрат на обналичку.

Из бесформенной кожаной сумки он начал доставать пачки, стянутые резинками по две сразу – почти девятьсот тысяч были весьма объемной ношей. Упаковка пачек была не банковская, мы раскрывали каждую и пересчитывали. Бегемот это делал совсем профессионально – разламывал ее пополам и быстро перебирал всеми пальцами, сгибая купюры дугой.

– Все верно! – Спустя двадцать минут я закончил перекладывать пачки в большой черный пакет для мусора. Все это время кофе и чай стояли нетронутыми, теперь же все потянулись к чашкам и сделали по большому глотку.

– Хорошо, что наше сотрудничество оказалось успешным. Мы его продолжим, – заявил бизнесмен. В этот момент мне отчего-то стало неприятно. Бизнесмен не казался мне таким приятным человеком, как раньше, и перемены в жизни, которых я хотел, обязательно привели бы к нежеланию видеть подобных людей.

Мы встали из-за стола.

– Пообедаем, здесь рядом прекрасный ресторан! – Я предложил это просто из вежливости. На самом деле я хотел поскорее отдать деньги помощнику мэра и ехать в роддом к жене и дочери, поэтому я обрадовался их отказу.

– Мы должны передать документацию и подписать договор на поставку, а после мы сразу выезжаем домой, – с улыбкой сказал он.

Мы вышли на улицу, пожали руки и попрощались. Они внесли маршрут в навигатор, и мы разъехались в разные стороны. Мусорный пакет с деньгами я просто приторочил к пассажирскому месту эластичным шнуром.

– Мы едем с грузом, – я набрал номер помощника первого зама. – Он уверен, что надо ехать в совет?

– Да-да, у нас мало времени – мы встретимся и сразу дальше по делу!

«Ага, по делу: в ресторан обмывать взятку», – подумал я.

– Езжайте сзади и ловите, когда упадет! – весело заявил я, и мы тронулись. Парни и в самом деле ехали позади, присматривая за самым дорогим в этом городе мусорным пакетом. К деньгам, даже чужим, я всегда относился как-то безалаберно, например, несколько десятков тысяч мог запросто положить перед собой на барную стойку и весь вечер выпивать в пабе.

Оставив мотоциклы напротив совета, мы поднялись по лестнице. Охрана, замешкавшись, пропустила нас – к моим постоянным визитам они уже привыкли, а вот ребят пропустили неохотно. Я поражался наглости вице-мэра, который договорился о получении взятки прямо на рабочем месте, в здании центрального органа городской власти. Да еще такую взятку, которую приходится нести в здоровенном пакете – я даже не побеспокоился о том, чтоб оставить свою долю где-то в другом месте. Мы поднялись на второй этаж, и я открыл дверь приемной.

– Добрый день. – Я широко улыбнулся знакомой девушке за столом.

– Здравствуйте, сейчас скажу, что вы пришли. – Ее улыбка сменилась озабоченным выражением, едва парни зашли в приемную, она сняла трубку. – Говорят, чтоб вы зашли один. – Я понимал, что в кабинете есть камера наблюдения и ей дана соответствующая инструкция.

Я толкнул массивную дверь, вдохнул кондиционированный воздух и утопил ногу в тяжелом ковре. Все в этом кабинете было в коричневых, мрачных тонах, обстановка – дорогой и очень неуклюжей. Высокий и статный помощник старался казаться незначительным в присутствии начальника, потому тихо кивнул из своего кресла, а пухленький вице-мэр, встав из-за большого стола, с широкой и ненатуральной улыбкой подошел и протянул руку.

– Добрый день. Приятно вас видеть. С чем пожаловали? – спросил он, будто не знал, с чем я пожаловал.

– А хотя бы вот с этим. – Я поставил пакет на стол. Мне было неприятно видеть его кругловатую низкорослую фигуру, облаченную в дорогой костюм. Впрочем, как мне казалось, и ему было не слишком радостно видеть меня в пыльных брюках, наколенниках и мотокуртке с защитой.

– Пересчитывайте, но здесь больше. Сдачу заберу.

Вице-мэр коротко кивнул помощнику, и тот подвинул стул поближе к пакету. Развязать его оказалось уже невозможным, поэтому он надорвал черный полиэтилен, и несколько пачек гулко стукнули по столу. Помощник начал ту же длительную процедуру, которую недавно закончили мы с парнями. Вице-мэр поднялся из-за стола, открыл небольшую дверцу, достал из бара графин и стаканы. Что происходило дальше, я понять не успел. Когда в окне появился первый, со звоном разбитого стекла, я машинально обернулся к двери и успел заметить каску и автомат. Сильная подсечка сбила меня с ног, я сразу же вскочил, но тут же получил пластиковой защитой локтя в нос и провалился куда-то. Я почувствовал, как меня переворачивают на живот и, наступая на руки, заводят их за голову. Я приподнялся на локте, чтобы осмотреться, но тут же получил ботинком в правый глаз. На этот раз я не потерял сознание; веко было рассечено, кровь заливала лицо, и я ничего не видел. Один зафиксировал мою голову, поставив ногу на затылок, руки второго спешно ощупали мои бока и выдернули из кармана складной нож, телефон, документы и другие мелочи. Сколько их было всего, я не знал, но интересоваться этим уже не планировал. Я услышал щелчки наручников и мягкую толкотню по ковру – судя по всему, из кабинета вывели вице-мэра и его помощника. Потом на ковер уложили Бегемота и племянника…

Следующие несколько часов мы провели в том же положении. За нами следили двое спецназовцев, они запрещали говорить и поднимать голову, но напряжение постепенно спадало. Мне дали пачку салфеток, и