Повороты судьбы - Эми Сью Натан

– Тебе стоило бы сказать им, что ты не любишь зеленое желе, – сказала Буп.

– А кто-нибудь вообще его любит?

Много лет назад Буп проглотила бы его без ложки, просто потому, что это было запрещено. Как только они с Марвом согласились, что не будут соблюдать традиции кошерной еды дома, Буп научилась тонкому искусству приготовления желейных салатов из фруктов, зефира и разноцветного слоеного желе различных форм.

– Что говорит доктор? – спросила она Джорджию.

– Что я проведу здесь от двух до четырех недель, в зависимости от состояния.

Джорджия выздоровеет. Может, ее выпустят раньше за хорошее поведение, как делают в тюрьме. Буп села прямее.

– И что потом?

– Я не знаю.

– Что значит, ты не знаешь? Они просто выставят тебя в вестибюль и посоветуют быть осторожнее на выходе, чтобы не получить дверью по заднице? Должен быть какой-то план.

У Джорджии всегда был план… и запасной план.

– Мой единственный план – это еще раз попросить прощения. И загладить свою вину перед тобой, если получится. Ты сможешь простить меня?

– Меня бы здесь не было, если бы не смогла.

Джорджия всхлипнула и сделала такой глубокий вдох, что все ее тело напряглось.

А затем заплакала.

И хотя предательство упорно прилипало к Буп как колючий репей, она продолжала отрывать его каждый раз, когда замечала.

– Перестань плакать, – велела Буп, протянув Джорджии салфетку.

– Я просто очень рада, что получила второй шанс.

– Тебе понадобится больше, чем это – тебе понадобится место, где ты сможешь идти на поправку и отдыхать, когда они закончат с тобой.

– Я вернусь домой. Уверена, что смогу попросить кого-нибудь из друзей помочь мне. Могу нанять кого-нибудь.

– Ничего подобного ты не сделаешь. Ты поедешь домой со мной.

Джорджия не могла вернуться в Бока, где у нее не было семьи. Буп была ее семьей. Ей придется отложить свои планы на переезд, пока Джорджия в буквальном смысле не встанет на ноги.

– Мы переделаем телевизионную комнату в спальню для тебя, и ты останешься там столько, сколько тебе понадобится.

Джорджия положила руку на сердце.

– Ты уверена?

Буп кивнула, к горлу подступил комок, а сердце сжалось от воспоминаний, как они были маленькими девочками и думали, что вырастут и будут жить в соседних домах. Теперь они будут жить в одном доме.

Джорджия закрыла глаза, и ее грудь начала подниматься и опускаться с медленными, глубокими вдохами. Буп наблюдала за своей подругой так же, как она наблюдала за спящим новорожденным Стюартом в пятьдесят втором и за их пятнадцатилетней собакой Лиззи в семидесятые годы.

Как только Буп убедилась, что дыхание не остановится, она поставила свою сумку на колени и заглянула в ее бездонные недра. Кошелек, расческа, колода карт, салфетки, освежающие драже «Тик-Так», леденцы в виде спасательных кругов «Лайф Сейвер», компактная пудра, расческа. Она положила сумку на прикроватную тумбочку, затем засунула внутрь руку, порылась на дне и вытащила два забытых тюбика помады. Она вертела их в руках, ожидая, когда Джорджия проснется.

Несколько минут спустя Джорджия открыла глаза.

– Ты все еще здесь.

– Ясное дело, я здесь. – Буп протянула помады Джорджии. – Выбери одну.

Она положила тюбики на кровать, и Джорджия отрыла каждый, внимательно изучая цвета. Одна – нейтрально розовато-лиловая. Вторая – сверкающий персик. Буп было все равно, какую выберет Джорджия. Суть заключалась не в этом.

– Если ты хорошо выглядишь, то будешь чувствовать себя хорошо, или, по крайней мере, лучше. – Буп верила в это. – Кстати, когда ты в последний раз делала маникюр?

* * *

Поначалу ежедневные визиты в реабилитационный центр «Лайтхаус» были посвящены исключительно Джорджии. Буп присутствовала на консультациях с терапевтами и врачами. Они прогуливались по коридорам, и Буп приносила черничные кексы, чтобы угостить персонал. В другой раз она заказала еду из «Великолепного Будды», чтобы дать Джорджии отдохнуть от больничной пищи.

– Ты уже столько всего сделала для меня. Но не могла бы оказать мне одну услугу? – спросила Джорджия после того, как выиграла очередную раздачу в Джин Рамми.

В серьезные моменты Буп была склонна к сарказму, «Да я только что сделала это», пронеслось у нее в голове. Но из уважения к обстоятельствам она сдержалась.

– Конечно.

– Я абсолютно уверена, что Шарлотте из палаты № 209 не помешало бы немного «Лилового сияния». И, возможно, дружеского общения.

Джорджия всегда умела общаться с людьми и хорошо запоминала имена, но сейчас она ещё и название помады вспомнила. Просто бальзам на душу Бетти.

– Это и есть услуга?

– Да. Она находилась тут ещё до того, как меня положили, и ее почти никто не навещает. Я повстречалась с ней в физиотерапевтическом кабинете. Милая дама. Возможно, немного бледная. Я не сомневаюсь, что ты точно знаешь, что нужно сделать, чтобы поднять ей настроение.

* * *

– Тук-тук, – сказала Буп через открытую дверь палаты № 209. Она заглянула внутрь.

На кровати сидела женщина, накинув на ноги бежевое вязаное английской резинкой покрывало. Ханна принесла лёгкое стёганое одеяло с цветочным рисунком и такие же наволочки для кровати Джорджии, чтобы немного украсить ее комнату. Никаких бежевых вязаных покрывал для Джорджии.

– Входите, входите, – сказала женщина. – Я – Шарлотта Леви, у меня разрыв мениска.

– Я – Бук Пек…

– Та, что с помадой, да, я знаю. У меня есть шанс прилично выглядеть? – Шарлотта указала на свое лицо, как будто была Кэрол Меррилл из телевизионной игры «Давайте заключим сделку».

– Я всего лишь принесла помады, чтобы Джорджия почувствовала себя лучше, – сказала Буп.

– Нужно попросить свою племянницу принести мне что-нибудь поприличнее.

– От этого вам станет веселее.

Буп поняла, что именно об этом и просила Шарлотта, о средстве «почувствовать себя лучше» по мере того, как она выздоравливала. Никто здесь не относился к этому человеку из 209-й палаты как к женщине, а только как к пациентке. Буп вытащила из своей сумки футляр на молнии.

– Я протёрла их спиртом перед своим приходом. Пробуйте то, что вам нравится. – Буп поставила маленькое увеличительное зеркальце на поднос у кровати.

– Серьезно? – Шарлотта сняла крышку с каждого тюбика помады и внимательно рассмотрела их. Затем просмотрела помады по второму кругу, прежде чем нанести на губы, как и предсказала Джорджия, «Лиловое сияние».

– Благодаря цвету этой помады ваши щеки кажутся розовыми, – сказала Буп.

– Тут это просто необходимо.

– Если для вас имеет значение собственное самочувствие и вам нравится, как вы выглядите с этой помадой, тогда вы