Прикоснись к моему сердцу - Ники Сью

– У тебя нет ни одного повода для ревности. В отличие от меня.

– Что? – в удивлении я приоткрываю губы, позабыв о своем волнении.

– Денис, с которым у вас все классно, который тебя обнимает и ласкает. Ди… – Беркутов приближается, кладет руку мне на шею, а большим пальцем нежно проводит вдоль скулы. Я замираю, сгорающая от нахлынувшей волны возбуждения. Тело осыпает табун мурашек, от которых перехватывает дыхание. Очередное новое чувство.

– И что ты хочешь услышать?

Кирилл проводит пальцем по моей нижней губе, а я перестаю дышать.

– Что ты бросила его. Разве не очевидно?

– Кирилл, – шепчу я.

Беркутов еще больше сокращает между нами расстояние, коснувшись меня лбом. Теперь его горячее дыхание щекочет мои губы, мы в сантиметре от того, чтобы сорваться в пропасть, но умело сдерживаемся. Это чувство напоминает попытку идти по канату, когда от каждого действия зависит твоя жизнь. И, черт возьми, это так захватывающе.

– Будь со мной, Ди, – томным голосом просит Кирилл. Мы тремся носами друг об дружку, и я чувствую, как вся расслабляюсь, как превращаюсь в феникса, который вот-вот воспарит. Это близость упоительна.

– Ты спрашиваешь?

– Нет, – усмехается он. – Я ставлю тебя перед фактом. Ты будешь со мной. Тебе понравится, Диана.

А ведь мне уже нравится, настолько, что я готова на все, даже если это разобьет мое сердце. Кир прав – я попала…

– Проверим? – игриво произношу, поражаясь тому, что делаю.

– Влегкую, – радостно отзывается он и наконец впивается в мои губы медовым поцелуем.

Кирилл целует меня так, словно я давно принадлежала ему, словно мы прошли тысячу шагов вместе и собирались умереть в глубокой старости в домике где-то на краю мира. Несмотря на то, с какой жадностью Кир сминает мои губы, он делает это не жестко, а нежно, с нотками заботы и желания, будто показывая, как я дорога и важна ему. Этот поцелуй ломает все внутри меня, разносит вдребезги клетку, в которую отец посадил маленькую Ди и приказал никогда не выглядывать наружу – забыть о солнце, луне и звездах. Забыть о том, каково это – когда можно просто парить над землей и сходить с ума от удовольствия.

С моих губ слетает непроизвольный стон, но я не смущаюсь его, наоборот, мне хочется, чтобы Кирилл знал, как серой мышке Ди хорошо рядом с ним. Я даже набираюсь храбрости и обнимаю Беркутова за плечи, а он, положив руки мне на талию, жадно сминает платье.

Наш поцелуй другой, не такой, как в клубе, теперь он обоих наполняет силами и чем-то похожим на электротоки. Он будто пробуждает ото сна, долгого и очень томительного. Я осторожно кладу ладонь на щеку Кирилла, и в этот миг он перестает меня целовать.

– Я так понимаю, ты готова отдаться мне в нашу первую ночь? – насмешливым тоном уточняет Беркутов. И эта его фраза жутко смущает, напоминает, что надо быть чуточку скромнее.

– Неправильно понимаешь, – отстранившись от Кирилла, я поднимаюсь с лавки и спешно поправляю платье.

– Куда ты подскочила, Ди? – он тоже поднимается и берет меня за руку, как бы намекая, что мне от него теперь никуда не деться.

– Домой. А ты? – протягиваю игриво, пытаясь уловить мысли Кирилла.

– Я могу с тобой. Нет, – качает он головой, – не могу, а хочу.

– Разве что проводить.

– Сегодня я готов принять и такой вариант. Пошли! – Беркутов тянет меня вдоль улочки, и я иду за ним, совсем не сопротивляясь. Мне нравится то, что происходит между нами, и как сладко бьется мое сердце, когда наши пальцы переплетаются.

– Только сегодня?

– Только сегодня, – он кидает на меня взгляд через плечо и улыбается.

– Тогда ты больше не провожаешь меня.

– Разве я могу не провожать свою девушку? – довольно серьезным и в то же время очень мягким тоном интересуется он. А у меня от одной фразы «моя девушка» мир стремительно меняет ориентиры.

– Ну… – загадочно произношу я, поглядывая на Кира, тогда как он крепче сжимает мою ладонь.

– Никаких «ну». Идем, а то холодает.

Глава 46 – Матвей

Ярко-красные цифры сменяют одна другую, пока я прожигаю их нетерпеливым взглядом, дергая ногой. И чем выше поднимается кабинка, тем хуже мое настроение. Никогда не любил незапланированные встречи с отцом. Я не был в его офисе уже несколько месяцев и не собирался появляться столько же, но в свете последних событий пришлось пересмотреть ориентиры.

Агата не просила помощи. Наоборот, сказала, что не стоит придавать визитам бывшего мужа слишком большого значения, мол, он просто запугивает. Но слизняк уже подсылал к ней своих прихвостней и то и дело подкарауливает ее по вечерам. Меньшее, чего я хочу, так это чтобы с Агатой что-то случилось.

Последние дни стали каким-то наваждением. На лекциях Агата для меня строгий преподаватель, готовый спустить три шкуры за невыученную тему. И одному богу известно, насколько мне тяжело сдерживаться, чтобы не расквасить одногруппникам лица за пошлые шуточки и обсуждение ее фигуры. Вечера же мы проводим вместе, заказываем еду на дом, а если хочется остаться незамеченными, то уезжаем загород, где можем не скрываться и дать волю чувствам. Последний такой порыв закончился сексом в моей машине, после того как мы бежали от дождя из сквера и промокли до нитки.

Единственным нарушителем спокойствия стала Наумова, заявившаяся к Агате с утра пораньше с коробочкой круассанов. Они сидели на кухне, обсуждая меня, пока я был в комнате. Любопытной дамочке все надо было узнать в мельчайших подробностях. Поэтому я сгреб свои вещи и улизнул как раз во время очередного похабного вопроса: «Одинцова, мне нужны все детали. На какой странице „Камасутры“ вы остановились?»

Мне нравится просыпаться рядом с Агатой. Нравится чувствовать заботу и ласковый взгляд. С тех пор как я съехал от родителей, моим вечным спутником стало чертово эхо в собственной квартире. Я возвращался домой и смотрел в пустой коридор. Слишком тихо, мрачно и одиноко. Когда мы встречались с Крис и она оставалась у меня, я постоянно слушал про модные показы или университетские сплетни, за этим шел секс, а потом Меньшикова снова погружалась в свой лживый мир, в котором была королевой. С Агатой же все иначе. Она слушает и слышит. Ей интересно, как прошла тренировка, и в целом развитие моей профессиональной карьеры. Нет глупого закатывания глаз и просьб сменить тему.

Поразительное чувство быть нужным. Оно сначала вводит