Ничего, кроме личного - Лана Барсукова

– Знакомьтесь. Ольга, моя сестра, – с явной гордостью сказал Тихон.

Ольга протянула руку, и незнакомец растерянно ее пожал. Может, тут принято целовать ручку? Но целовать не хотелось. Хотелось пить.

– А это Антон Петухов, мой старый приятель.

От такого представления тот явно смутился.

Ольга приветливо улыбнулась Антону и пожурила брата:

– Что же ты не предупредил, что заедешь?

– Да мы и сами не рассчитывали. По делам ездили, а тут навигатор повел через центр, рядом с тобой оказались.

Антон Петухов явно чувствовал себя не в своей тарелке:

– Вы не волнуйтесь, мы только водички попьем, реально жарко.

– Ну уж нет, время обеденное. У меня плов вчерашний, мойте руки, – не терпящим возражения тоном объявила Ольга. – Муж готовил. А это значит, что вас ждет лучший плов в вашей жизни.

Мужчины побрели в ванную. Антон стеснялся остаться наедине с Ольгой и хвостиком следовал за Тихоном.

– Оль, а муж где? И где мой долговязый племянник? – из ванной прокричал Тихон.

– Гулять ушли. Кто ж знал, что вы заедете…

От воспоминаний, как она выталкивала из дома мужа и сына, Ольга улыбнулась. Особенно возмущался сын, он вообще плохо переносил жару, но мама твердо запретила им возвращаться домой в течение ближайшего часа. «В кафе отсидитесь», – велела она.

Пока в ванной журчала вода, Ольга подвела краткий итог первому впечатлению. Кроме дурацкой фамилии у Петухова вполне заурядная внешность и, похоже, совсем не геройский характер. То есть первое впечатление было исключительно положительное.

Плов на второй день стал даже вкуснее. Мужчины ели с аппетитом. Петухов до того осмелел, что попросил добавки. Он немного размяк и уже не прятался за Тихоном.

Ольга внимательно наблюдала за гостем. Его опущенный кончик носа иногда напоминал ей унылую каплю на конце тающей сосульки, и тогда Ольгу охватывало почти материнское чувство сострадания к недотепе. Но вдруг Антон поворачивал голову, и его нос казался Ольге загибом клюва коршуна, отчего ей становилось неприятно и тревожно.

– Антон, а вы чем занимаетесь? – как бы между прочим поинтересовалась Ольга.

– Я? – он слегка подавился. – Бизнесом.

– Каким?

– Разным. – Антон слегка покраснел.

На помощь пришел Тихон:

– Оль, у Антона много разных интересных проектов было. Правда, в настоящий момент все лопнули. Но ничего, все впереди. Мы сейчас с ним ведем переговоры по поводу одной схемы. Да ведь?

Антон кивнул, не поднимая глаз на Ольгу.

– Ой, мальчики, при мне ни слова о бизнесе, – прервала Ольга. – Терпеть не могу ваших деловых бесед. Я в них ничего не понимаю. Давайте лучше я кофе сварю. Или вы, Антон, предпочитаете чай?

– Я предпочитаю воду. У меня жена за здоровое питание, и меня приучила.

«Бедняга, у него еще и жена с приветом», – подумала Ольга. Впрочем, это хорошо, что женат, значит, не из этих.

Ольга из деликатности не спрашивала у Тиши, не гей ли Петухов, хотя фамилия ее насторожила. Теперь своим женским чутьем она уловила, что он натурал, обычный непривлекательный мужчина. Это тоже легло в копилку его достоинств, поскольку любовные страсти в деловых отношениях недопустимы.

Когда гости ушли, Ольга позвонила мужу Михаилу и велела возвращаться. Нечего в кафе деньги тратить, когда дома плов есть.

Вечером она связалась с Тихоном и вынесла вердикт:

– Ну что ж, это неплохой вариант. Пожалуй, можно начинать атаку на элеватор. Только ухо востро держать надо.

– Не ссы, сестренка, прорвемся.

Ольга скривилась.

– Да, хотела с тобой один момент обсудить. Когда все завертится и этот Петухов вступит в свои права, начнет рулить объектом… Ему, я так понимаю, люди понадобятся, – задумчиво продолжила она.

– Это да, до фига народу понадобится. Там же продажи зерна, приемка, технические службы…

– Это мне неинтересно, – прервала его Ольга. – Разных техников и бригадиров пусть набирает, сколько душе угодно. Мне хотелось бы, чтобы рядом с ним оказался наш человек. Совсем близко, в радиусе вытянутой руки. Например, в роли помощника по связям с региональной властью или что-то в этом духе. Короче, эдакий помощник по широкому кругу вопросов. Петухов обязательно должен взять на работу нашего человека.

– Так ты бы ему сказала, что за человек и на какую позицию его взять. Антон добрый, когда плов ест. Слушай, как в него столько лезет? Ты заметила? Его жена, наверное, совсем не кормит. Она его водой поит, здоровые пищевые привычки формирует, – Тихон громко засмеялся.

Ольга чуть отстранила трубку, переждала хохот и вернулась к серьезному тону:

– Ты не понял. Человек этот должен прийти как бы с улицы. Петухов никак не должен связывать его с нами.

– Засланный казачок? Ну ты голова! – восхитился Тихон. – Почему у нас в министерстве таких нет?

Вопрос был риторический, и Ольга его проигнорировала. Зато у нее созрел свой вопрос:

– Кстати, кто у Петухова жена?

– Фиг его знает, она какая-то мутная. Психолог, кажется. Знаю только, что Леной зовут. Четверых ему родила, он вечно без денег, так она фактически семью содержит, теток на какие-то психологические тренинги разводит. Вроде неплохо зарабатывает на этом.

Ольга облегченно вздохнула. Психологию она считала лженаукой. Да и многодетность в ее понимании не свидетельствовала о большом уме. Все! Кандидатура Петухова утверждена и обсуждению не подлежит.

Вечером, нежась в широкой кровати, Ольга проводила в небытии, как ей казалось, обычный день своей жизни. Потом она будет вспоминать этот день и удивляться, почему интуиция не нажала стоп-кран.

Антон и Лена

В детстве друзья звали его Тохой и относились к нему, как к расходному материалу. Если в компании кто-то отказывался пойти в кино, то лишний билет вручали Тохе. Если на дне рождения был пустой стул, то вспоминали о Тохе и в последний момент приглашали. Он был вечным запасным игроком. И радовался этому, потому что быть на виду на первой линии жизни казалось ему мукой. Хуже только лечить зубы.

Его стеснительность не была врожденной. Родители вспоминали, что в раннем детстве он даже с удовольствием вставал на стул, декламируя стихи гостям. Но потом случилось ЧП.

Маленький Антон гулял во дворе, когда туда заскочила огромная овчарка. Дети разбежались. Антон рванул в подъезд и там, держась за дверную ручку, заметил, как крупно дрожат руки, а по ногам течет что-то теплое. Тогда же он впервые услышал, как бухает в груди сердце.

Через щель в двери Антон видел, как подоспевший хозяин спокойно прицепил поводок и увел собаку. С балкона на него кричала какая-то женщина, но мужик только сплюнул и громко сказал: «Эта сука за всю свою жизнь никого не покусала». И все.

Антон пришел домой и хотел рассказать о случившемся родителям. И про то, какая собака огромная. И какой она казалась злой. А оказалась доброй. И еще хотел спросить, почему дядя назвал собаку сукой, если так сосед называет жену. Он открыл рот, но вместо слов, которые обычно катятся как горошины, нанизанные на