Около 104 меридиана - Дарлайн Боф

— Спасибо добрые леди, — чуть улыбнулся Толя.

— Когда уже придумают таблетки, отключающие тревожность о том, что подумают другие. — вздохнул Костя.

— Это был бы мой любимый десерт, — мечтательно проговорил Толя.

— Анатолий, а у тебя-то я забыла спросить, по какой причине ты обратил внимание на коллекционирование? — спросила Карина.

Толя сел прямо:

— Ну, у меня, как и у Макса работа перекликается с хобби. Я работаю… Вернее работал в краеведческом музее научным сотрудником.

— Ты же вроде обратно туда и вернешься после декрета? — вставил Жаргал.

Лицо Толи заиграло всеми оттенками смущения, и он стал крутиться на стуле:

— Ну да… наверное. В общем, я давно дружу со старьем, — на этих словах Толя показательно посмотрел на Макса, а затем продолжил, — и как-то постепенно решил начать собирать у себя дома свои сокровища.

— Супер, — улыбнулась Карина, — у меня есть один вопрос, он был по плану чуть дальше, но спрошу сейчас: как вы определяете ценность и подлинность картографических инструментов? Эта задача на тебе получается?

Толя немного воодушевился:

— Да-а, это работенка для самых умных.

— И красивых, — добавил Макс, и лукавая улыбка мягко скользнула по его лицу.

— Не поспоришь, — Толя поправил своё жабо на шее, — М-м…Даже не знаю, как бы объяснить…, — он почесал подбородок и принял задумчивый вид, — М-м… Началось все с того, что в III веке до нашей эры, Птолемей Первый Сотер решил открыть в Египте дебютный музей…

— Ой-ой, — скромно прервал Рома и хихикнул.

— Может, перейдем сразу к концовке, — подмигнул Костя.

— Скучные вы…, — пожал плечами Толя, — Ну ладно. Скажу так, что без бумажки, то есть документации, или каких-то отметок на предмете, всё становится очень сложно. Да мы можем сделать анализ материалов, спектроскопию и прочие сложные слова, но всегда существует элемент неопределенности. Стопроцентная уверенность очень редка в нашей области.

— Очень интересно! — Карина рьяно записывала слова в блокнот, — А есть у кого-нибудь из вас супер-редкие или особенно ценные экземпляры в коллекции?

Повисло недолгое молчание. Почти все участники стали невольно пережёвывать что-то во рту и вспоминать свою домашнюю коллекцию инструментов. Все, кроме Ромы. Он посмотрел на свой рюкзак с единственным гномоном и тяжело вздохнул.

Первым прервал тишину Макс:

— Астролябия XV века.

— Классно! — воодушевилась Карина.

— Судя по знакам, что мы с Толей обнаружили, — продолжил Макс, — её изготовили в средневековой Европе, и это правда самый ценный экземпляр у меня.

Толя утвердительно кивнул.

— Звучит круто! — глаза Карины загорелись, — А что такое Астралялия?

— Астролябия, — мягко поправил Макс, — это древний астрономический инструмент, используется для определения времени и положения звезд на небе.

— Такой круг, на котором находятся несколько дисков, их можно перекладывать, — Рома с энтузиазмом махал руками, — а сверху на них начертили типа отметки и шкалы.

— Вау! — энтузиазм Ромы заразил и Карину тоже.

— Интересный факт про Астролябию, — медленно сказал Макс, — она, по сути, представляет собой миниатюрную модель Вселенной, как её понимали в эпоху до Николая Коперника. То есть геоцентрическую модель.

Карина похлопала глазами, делая вид, что всё понимала.

— А у меня есть старинный секстант начала XIX века, — вставил Толя и, не дожидаясь вопроса Карины «А что это такое», сразу перешел к объяснению, — Это инструмент для измерения углового расстояния между двумя объектами.

— Им Барбоса пользовался в «Пиратах», может, помните, такой типа с трубками и дугой, — жестикуляция Ромы извергала огонь и вдохновение.

— Да… да, вроде помню, — улыбнулась Карина, — а какие вообще картографические инструменты считаются самыми востребованными среди коллекционеров?

Она обратилась с вопросом ко всем присутствующим, одновременно делая заметки.

— М-м… Их не так уж и много, вероятно, можно сказать, что все востребованы, — поразмыслил Макс.

— Ну да. Это не картины собирать, — заметил Жаргал.

— Наверное, тут для каждого своё, — добавил Костя, — вот мне, например, очень понравился ручной старый навигатор начала девяностых годов. И я не думаю, что он востребован для всех, но для меня — это уникальное устройство. Настолько, что я сделал себе такую реплику сам, потому что нигде не мог найти.

— …И молчишь! — возмутился Толя, — Показывай!

— Он дома, — смущенно улыбнулся Костя, — но могу потом принести.

— Да мы хотим! — ободрился Жаргал.

— Это такие почти что часы, и их нужно крутить вручную, верно? — спросил Макс.

— Да, и мини-комплект карт к ним еще идет, я тоже парочку сделал.

— Блин, это круто! — Рома уже поискал в интернете, как выглядели раньше такие устройства. «Plus Fours Routefinder» — гласил ответ в первых строчках Всемирной паутины.

— Какие милашные свертки карт! — воскликнула Соня, подходя вместе с остальными к Роме, чтобы взглянуть на экран его телефона.

Карина тоже быстро просмотрела изображение, а затем, убедившись, что никто не видел, достала своё черное зеркальце. Ловко открыв его, она проверила, как выглядела её переносица и не слишком ли блестела кожа.

Налюбовавшись старинным навигатором, все расселись по местам.

— И ты это сделал сам?! — не мог поверить Рома.

— Ну да, — Костя опять засмущался.

— А кем ты работаешь? — любопытство вырывалось из Карины.

— Приложения разрабатываю.

— Значит, программист, — заключила она, аккуратно записывая в свою книжку.

— А это правда, что программистов постоянно просят починить компьютеры, принтеры? — поинтересовался Жаргал.

— Ага, — заулыбался Костя, — но это не все. Именно те, кто не понимают, что программисты бывают разные.

— Что самое странное тебя просили чинить? Давай свой ТОП-3, — Толя повернулся к нему и сложил ногу на ногу.

— Так… — Костя почесал подбородок, — Третье место занимает… да, микроволновка!

— Реально? — удивился Рома.

— Джавой клянусь, — он положил руку на грудь. — Потом идет…

Я Костя. Я сижу перед экраном ноутбука и не могу оторваться от своего изящного кода. Он такой же изящный, как и мои идеальные губы. В меру объемные, абсолютно симметричные и с равномерно распределённым легким розовым пигментом внутри кожи…

— Извините, но это просто кошмар! — звонко и визгливо засмеялась Соня, реагируя на ответ о первом