Четвертая стена. - Ренат Аймалетдинов

* * *

— Знаете, Кирилл, такое чувство, что у Вашего друга пограничное расстройство.

— Что это?

— Куда важнее то, о чем это говорит. Я полагаю, что Ваш друг склонен к гипомании, а также допускаю вариант, что он находится в затяжной депрессии. Он постоянно стремится оказаться в гуще событий и не хочет оставаться наедине с собой. По идее, ему бы хватило только лишь Вашего общества, то так как Вы, скажем, не отвечаете ему взаимностью, он пытается заполнить пустоту в себе и другими людьми. В противном случае, ему ничего не остается, как заниматься саморазрушением.

— Ну так почему он не найдет себе новых друзей?

— А это уже вторая сторона медали. Его депрессия подразумевает фрустрацию и страх двигаться вперед. Он зациклен на прошлом и в нем ищет спасение. В каком-то смысле, у Вашего приятеля ничего не осталось.

— А спасение от чего он ищет?

— От себя самого. Из Ваших рассказов понятно, что Алекс боится оставаться с самим собой. Возможно, с ним случилась какая-то беда или он успел получить психологическую травму. Это не дает ему ни заводить новые знакомства, но и в одиночестве оставаться не позволяет. Сложно ему.

— И что мне делать?

— Попробуйте с ним поговорить напрямую. Не резко, а постепенно, но чтобы основная тема была ясна. Алекс должен понять для себя, что ваши с ним пути разошлись уже. Ему надо дать толчок для перемен. Не будьте с ним жестоки и грубы. Но при этом настаивайте на своем. В противном случае, это будет длиться вечно, а сам Алекс превратится в паразита по типу червя, с которым больной делит тело. Тот не спешит наружу; он зреет в сколькой темноте, как плод, который Вам не нужен.

— Хорошо, я Вас понял. Спасибо!

* * *

Прошло два дня. Сейчас на календаре 24 января 2018 года. Сегодня в 19:00 ко мне должен придти Кирилл. Я думал спросить у него, каков прогресс. Мой клиент вошел в мой кабинет, и вид его был подавлен. Не дожидаясь, когда тот сядет на кушетку, я спросил его: «Кирилл, что случилось?». На что мной был получен короткий и исчерпывающий ответ: «Алекс покинул меня».

Глава XXIV

На дворе 23 января 2018 года. Новый год — новые победы… Кто-нибудь скажет. Ну а я же скажу, что мне и так неплохо. Хотя кого я обманываю… За бортом -10 градусов, а часики натикали полдень. Джерри ушел на работу, а я напросился к нему в дом. Я часто так делаю теперь. Я не хочу оставаться в той мертвой квартире, и уезжаю туда ночевать всегда с жуткой неохотой. На самом деле, я очень расстроился в ноябре, когда узнал, что для меня нет тахты в этой квартире. Да… Все пошло совсем не по плану. Теряю хватку; возраст дает о себе знать. Черт, рассуждаю, словно я какой-то старик.

Но нужно радоваться тому, что имеется. А я прекрасно отдаю себе отчет, что в этой квартире я нахожусь на птичьих правах и только за счет доброты душевной Джерри. К слову о нем… Его как будто подменили. Он стал совсем другим человеком. Скрытным, но не таким, как тогда весной 2015, когда он мутил ту тему с наркотиками. Боже, как давно это было, а чувство такое, словно только вчера. Кажется, что зайдет в квартиру Максим, сядет за ноутбук, и я поспешу с револьвером на другой конец Москвы спасать своего закадычного друга. Да вот только Джерри позиционирует себя так, что он мне больше не друг, а я ему лишь старый приставучий знакомый. Эх… И револьвера моего больше нет… Даже не помню, что с ним стало. Одно радует: Максим, наверняка, сейчас счастлив. Узкоглазый везунчик!

Нынче я без работы; лишь с переменным заработком, о котором бы я предпочел не распространяться. И мне ничего не остается, кроме как залипать в различные игрушки на ноутбуке Джерри. Например, сейчас я иду в школу со своей лучшей подругой. И вот сюрприз — она снова опаздывает. Но у нее есть какой-то клуб, и она хочет, чтобы я к ней присоединился. Ну, что же, была не была! Милая игра в стиле графической новеллы. И персонажи интересные. Думаю, это поможет мне отвлечься от дурных мыслей. В конце концов, что может пойти не так в истории про литературный клуб?

Но, увы, мой покой был потревожен звонком в дверь. Это была Грета. «Неожиданно», — подумал я и мигом отворил дверь. У нас завязался небольшой разговор. Она что-то брала у Джерри и забыла вернуть; вспомнила только сегодня и тотчас помчалась, пока не забыла. Эх, Грета, как всегда, в своем репертуаре. Хорошая девушка: веселая, жизнерадостная, безбашенная, но при этом умная и начитанная. С ней идеально слушать «Постмодернистские частушки» в исполнении Псоя Короленко. Завидую я Ане. Лесбийское проклятье!

— Слушай, извини за тот вопрос, — Грета неуверенно и робко начала диалог, словно боялась обидеть или задеть за живое.

— Какой?

— Ну, тогда — зимой; когда вы у меня оставались в гостях.

— Ах, этот — вспомнил я и на мгновение замолчал, а затем продолжил, — Да все нормально. Не бери в голову.

— Но ты же врешь, — обескураживающе ответила она и сразу же задала новый вопрос, — Почему ты боишься рассказать все, как есть?

— Я не обязан тебе…

— Мне — нет. А вот Джерри мог бы поставить в известность, — Грета перебила меня, не дав закончить предложение. Поняв, что мне нечего сказать более, она дополнила, — Тебя не было два года. И хоть я относительно недавно член вашей компашки, я все прекрасно знаю. И ты это знаешь тоже — он ждал тебя. Ждал, сколько мог. А ты его убивал в какой-то степени. И то, какой он сейчас, и как он себя ведет с тобой — это твоя заслуга. Не строй из себя жертву.

— Я не строю…

— Еще как строишь.