Жилой комплекс «Курицын» - Дмитрий Петров

– О проценте договоримся, – уверил Автоном Викторинович, с удовольствием наблюдая, с какой яростью Таня сбрасывает двадцатый звонок абонента «Саша Попов», – а этот… «директор»… ты же понимаешь, слабакам тут не место.

Таня согласилась подумать. Разумеется, Таня уже играла, и демонстративный сброс Сашиных звонков был частью плана. Ямов должен был верить в то, что Попов потерял союзницу.

Тем временем Саша отшлифовал свой план. Те самые «крайние меры».

– Ты подашь в суд на нашу фирму! – выложил он Тане свою идею. – Типа за услуги по продаже квартир.

– О как…

– Фактически ты и оказывала эти услуги. Задним числом мы составим договор и акты на несколько миллионов. Я всё подписываю, ведь я директор. И, пока я директор, мы без проблем ускорим это дело. Затем я его с треском проиграю, а ты выиграешь. У тебя на руках будет исполнительный лист, и мы сможем забрать у них все деньги. Те, что есть, и те, что будут с продаж.

– Гениально! – сказала Таня, три раза медленно-медленно хлопнула в ладоши и вдруг спохватилась: – Но… у меня словно дежавю… где я могла видеть эту схему?

– Да, это схема Ямова, – сознался Саша, – но, в отличие от него, мы доведём её до конца. Поэтому крайне важно, чтоб я пока был директором и юридический адрес оставался на моей квартире. Нам нужно два с половиной месяца! А если вычесть праздники, то всего…

– Это всё прекрасно, – перебила Таня, – но… мы же не ямовы, это не наши методы. Это всё как-то… не по-христиански.

– Таня, это законно.

– Да, но…

– Посмотри на ситуацию со стороны, будто бы это кино. В этом месте зритель уже орал бы на нас: «Вот идиоты тупые, всё у них в руках, а они сиськи мнут!». Мы будто вырубили маньяка у себя на кухне, но он ещё шевелится. У нас есть пистолет, но мы не решаемся добить лежачего. Стреляй, Таня! Давай, пока я ещё директор!

Таня в раздумьях подвигала бровями.

– И что мы будем делать с этими деньгами?

– Как что? Декор, благоустройство, озеленение, подсветку, отделку – всё, на чём Алиса сэкономила!

– Это достойно, – оценила Таня. – А если (из области фантастики, конечно) они вдруг одумаются и сами сделают всё, как в рекламе нарисовано?

– Ну тогда мы просто не будем запускать в ход исполнительный лист, – ответил Саша. – Мы же не Ямовы.

– Это хорошо, что мы поругались при нём, – заметила Таня, и Саша понял, что она вот-вот согласится. – Два месяца, говоришь? Пожалуй, я вытерплю. Завтра соглашусь сотрудничать с ним. Слушай! А мы сможем вытащить у Ямова те деньги, которые он украл?

– Я думал об этом. Предложи ему нашу землю на Набережной. Пока не знаю, как тут сыграть, просто его пощупаем.

– Удивительное дело! Голова работает в обратную сторону – как нагадить конторе.

«Тук-тук-тук» – вместе со стуком задвигалась дверная ручка. Кто-то тщетно силился попасть в комнату.

– Это Пашка! Надевай трусы!

Утром Таня исполнила первый пункт – согласилась с предложением Ямова, поторговавшись для виду по поводу процентов. Пункт два – дискредитировать Попова и прощупать Ямова насчёт денег – отложили до вечера для правдоподобности.

– Слушай, партнёр. Есть шикарный участок. Это я его нашла. Думала с Поповым дальше двигаться, но пошёл он. Может, замутим что-нибудь? Подумай. Цена вопроса двадцать миллионов.

И тут Ямов вместо того, чтобы просто «прощупаться», на радость Саше и Тане полез в ловушку. Жадность сгубила. Он сам придумал схему расставания с припрятанными деньгами. Абсолютно надёжную и абсолютно законную – Остап Бендер позавидовал бы изящному повороту.

Итак, Автоном Викторинович выдаст Танин участок за свою находку и предложит Алисе вложиться в развитие нового проекта поровну. Алиса деньгами, а Ямов – трудом и обаянием. Он уговорит, он умеет. Затем Ямов вернёт Алисе двадцать миллионов, которые он «сберёг» от Попова, и Алиса отдаст Ямову половину компании. После этого они, как партнёры, купят за сорок миллионов участок на Набережной и будут строить новый дом, добра наживать.

Поскольку участок стоит вовсе не сорок, а всего двадцать миллионов, излишне уплаченные средства предыдущий хозяин вернёт Ямову. Задача договориться об этом лежит на Тане. За все тревоги, заботы и затраты старый хозяин оставит себе миллион сверху. Таня тоже получит миллион от Ямова. Причём ещё до сделки. Делая из воздуха чистыми восемнадцать лямов, Автоном Викторинович не скупился на инвестиции в хорошее отношение.

Главное! Для того, чтобы ни о чём не догадался Саша Попов, всю операцию нужно форсировать и провести в один день.

Вот и всё. Как только деньги Ямова окажутся на счету, банк переведёт их Тане по исполнительному листу. Через недельку после этого старый хозяин участка занервничает, что ему почему-то не поступают денежки, и расторгнет сделку. Участок снова можно будет купить.

Самое сложное – два с половиной месяца ходить с кислой рожей, страдая по утраченному. Вопрос актёрского мастерства. Саша погрузился в изучение системы Станиславского. Перед Таней стояла другая задача – источать злобу при любом упоминании фамилии Попов в соответствии с легендой, что они теперь враги.

Вечерами под одеялом они хвастались друг другу успехами:

– Девки в офисе киснут. Я слишком хорошо играю. Надо им намекнуть, чтоб не вздумали увольняться пока.

– Хорошо, я им позвоню, покалякаю. А на тебе парни. Кажется, Фил совсем поплыл.

В начале декабря состоялся суд, на который директор Саша тихонечко съездил и добросовестно его проиграл. После новогодних праздников Таня получила исполнительный лист, по которому «Спец-Инвест-Строй-Капитал-Индустрия» должна была ей всё, что есть, и всё, что будет.

– Та книжка Шварценеггера, которую ты подарила мне на Новый год… – сказал Саша Тане, – автобиография. Он такой забавный тип. Совершенно не стесняется кидать людей. Так и пишет: «Этого я перехитрил, этого обманул».

– К чему это ты?

– Ну мы договаривались с тобой посмотреть, не исправились ли наши Агуардиенте-Ямовы, прежде чем кинуть их.

– Похоже, не исправились.

– Таким образом, лично у меня не остаётся никаких внутренних противоречий, чтоб останавливать начатое.

Утром 25 января Ямов с Алисой положили на расчётный счёт двадцать миллионов рублей. В это же самое время в соседнее окошко Таня сдала исполнительный лист. Фактически с этого момента уже можно было ничего не делать, дальше всё покатилось само. Правда, Тане ещё нужно было забрать у Ямова свою комиссию. Ради этого можно было потерпеть его и Алису ещё часок. Вопрос актёрского мастерства.

Совсем другая жизнь