Крылья голубки - Генри Джеймс

Младший из двух других джентльменов, как затем выяснилось, оказался совершенно в своей стихии у фортепиано, так что они пили кофе в гостиной наверху под звуки комических песенок – джентльмены на время расслабились, легко подчинившись последнему повелению миссис Лоудер – не сидеть слишком напряженно и не слишком много молчать. Наш же особый молодой человек, вновь оказавшись в этой гостиной, сидел несколько более напряженно: они с Кейт поняли, что смогут, никому не в обиду, время от времени уединяться. В этом отношении у него, вероятно, было больше потребности, чем у нее; но у нее находилось больше красивых названий для тех немногих рисков, на которые она соглашалась пойти. Какое благо, что дом большой и перерывы длительны, что тепла августовская ночь, окна и двери на балкон открыты: иначе как сумела бы тетушка Мод в данный момент, на широком балконе, при вполне удачно исполняемых песнях, добиться, чтобы ее маленький придворный прием оказался таким свежим? А Деншер и Кейт в эти моменты, усевшись бок о бок, занимали небольшой диванчик – роскошь, которую Кейт назвала доказательством их необыкновенно замечательной сознательности.

– Делать вид, что мы не знаем друг друга – раз уж ты здесь, – сказала девушка, – значило бы сильно переигрывать.

И она устроила все совершенно очаровательно, так чтобы у них во что бы то ни стало была возможность сбить тетушку Мод со следа. Иначе она станет задумываться над тем, в чем же они, ради всего святого, находят свой интерес? Для Деншера тем не менее радость улученных ими минут, улученных ими контактов была частичной, бедной, недостаточной; особенно сейчас у него в мыслях было много такого, чего он не мог высказать, глядя в открытые балконные двери. С другой стороны, Кейт, по правде говоря, неожиданно ответила на большинство из них, он даже не сразу понял на сколько, высказавшись – для него одного – по поводу Милли в ином ключе по сравнению с остальными участниками приема.

– Видишь ли, с ней совсем не все в порядке. Я хочу сказать, с ее здоровьем. Ну вот сегодня, например. Знаешь, ради тебя она, несомненно, приехала бы сюда, если только это было бы хоть как-то возможно.

Он воспринял это со всем терпением, на которое оказался в этот момент способен.

– Так что же с ней, в конце концов, такое?

Но Кейт продолжила – молча, про себя: «Если только это не твое присутствие явилось для нее реальной причиной уклониться».

– Так что же с ней, в конце концов, такое? – повторил свой вопрос Деншер.

– Да просто то, о чем я уже говорила. Ты ей очень нравишься.

– Почему же тогда она лишает себя радости встречи со мной?

Кейт поспешно искала ответ, но объяснение заняло бы слишком много времени.

– Впрочем, возможно, она и правда плохо себя чувствует. Такое легко могло случиться.

– Весьма легко, сказал бы я, судя по миссис Стрингем, которая явно выглядит озабоченной и встревоженной.

– Достаточно явно. Однако возможно, – возразила Кейт, – что не только из-за этого.

– Из-за чего же еще?

Но и этот вопрос она, подумав, оставила без ответа.

– Послушай, если это что-то серьезное, почему же наша бедняжка Сюзи не едет домой? Она, вполне очевидно, обеспокоена и уже сделала все, чего требовала от нее простая вежливость.

– Мне представляется, – заметил Деншер, – что она вела себя не просто вежливо. Она вела себя прекрасно.

Это заставило Кейт, как он вообразил, посмотреть на него чуть более сурово, однако она тут же принялась по-своему ему объяснять:

– Ее озабоченность, скорее всего, делится на две рубрики. Одна побуждает ее торопиться домой, другая побуждает остаться. Ей же поручено рассказать Милли все, что она узнает о тебе.

– Ну что же, – произнес молодой человек между смешком и вздохом. – Мне остается радоваться, что внизу, в столовой, я почувствовал в ней какую-то даже привлекательность. Правда ведь, я вел себя с нею очень прилично?

– Ты был ужасающе мил! Инстинкты у тебя хорошо работают, злодей ты этакий. Все идет так, – заявила Кейт, – как и должно быть.

– Если исключить тот факт, – довольно цинично предположил он через минуту, – что сейчас она ничего хорошего от меня не видит. А вот не расскажет ли она Милли об этом?