Мэри Вентура и «Девятое королевство» - Силвия Плат

Звезды потушили свои фитили при приближении солнца. Доди спала как убитая.

А внизу, на кухне, никем не видимая и не слышимая, начинала свой трудовой день миссис Гини. Заботливый хранитель. Не расточитель. Бросая костлявую рыбу на черную чугунную сковородку, поджаривая пропитанные маслом тосты в духовке, она что-то напевала надтреснутым голосом. Жир шипел и шкворчал. Солнце девственно расцветало на стальной оправе ее очков, ясный свет лился из ее вдовьей груди, возвращая дню его чистоту.

Своим гиацинтам, распускавшимся на подоконнике в горшках с редкой и легкой почвой из перламутровых раковин, миссис Гини говорила и всегда будет говорить – не берем зиму, – что сегодняшний день, несмотря ни на что, удивительно хорош.

Над Оксбоу

В тот жаркий августовский день Люк Дженнес не видел на горе ни одной живой души. По понедельникам автомобилей было мало. Шаткие остатки старой гостиницы на вершине горы, половину которой в тридцать восьмом году унес ураган, казались удивительно тихими без потока машин туристов, которые каждый уик-энд со скрежетом, на первой скорости преодолевали крутые повороты, и детей, высыпавшихся из них на парковке и тут же принимавшихся бегать взад-вперед по окружавшей гостиницу со всех сторон веранде, покупать рутбир и фруктовое мороженое и возиться с телескопом на северной стороне. Увеличивающий глаз телескопа приближал Оксбоу, зеленые равнины ферм Хэдли на другой стороне реки и цепь тянувшихся к Шугарлоф гор на севере. В ясные дни можно было увидеть даже Нью-Хэмпшир и Вермонт. Но сегодня зной затянул дымкой горизонт, а пот на теле не высыхал.

Люк облокотился обеими руками о крашеные белые перила, глядя вниз на реку. Шрам, шедший по диагонали от его правой брови через нос глубоко в левую щеку, выделялся белизной на загорелом лице. Светлая, грязноватая ткань рубца имела текстуру, отличавшуюся от остальной кожи: она была более гладкой и новой, словно пластиком заделали щель. Внизу серые расколотые бревна фуникулера, протянувшегося к сохранившейся части здания, светлели на солнце у огороженной опасной зоны; покосившийся лестничный пролет был еще цел, но мог рухнуть в любой момент.

Авраам Линкольн стоял на том месте, где сейчас был Люк, и Дженни Линд, знаменитая певица. Вид отсюда на долину она называла видом на Рай. Туристы хотят знать такие вещи. Когда была построена гостиница? Когда разрушилась? Какова высота этой горы по сравнению с горой Маунт-Том или Монадноком? Люк знал факты – это была часть его работы. Некоторые люди хотели поговорить. Другие платили ему пятьдесят центов за парковку или доллар по воскресеньям при условии, что он уйдет и они одни будут любоваться открывшимся видом. Были и такие, которые, заплатив, вообще не обращали на него внимания – словно он был чем-то вроде дерева.

Внизу, на лужайке, на полпути к дому, Люк увидел две приближающиеся фигуры. Темноволосый юноша в брюках цвета хаки и девушка в голубой футболке и белых шортах медленно поднимались по дороге, ведущей к вершине. С того места, где стоял Люк, молодые люди казались меньше его большого пальца. Возможно, они оставили автомобиль ниже, в кустарнике рядом с дорогой, и идут сюда налегке. Путешествующих автостопом он не видел уже недели три, а то и больше. Люди приезжали, выходили из машин, несколько минут любовались видом, иногда покупали холодную содовую: вода в фонтанчике была теплой, с пузырьками и била из хромированного крана недостаточно высоко для хорошего глотка. Потом люди уезжали. Изредка они устраивали пикник в обеденное время и ели за коричневыми деревянными столами на природе. Теперь здесь никто особо не ходит. Ребятам понадобится еще добрых полчаса, чтобы добраться до вершины. Они только что скрылись из вида, свернув направо, и теперь поднимались по южному склону горы. Люк сел в потертое плетеное кресло-качалку и уперся ногами в перила веранды.

Услышав голоса на пандусе, проложенном по скалистому выступу ниже веранды, он встал и снова облокотился о перила. Далеко внизу быстроходные катера оставляли за собой следы белой пены на темно-серой поверхности воды. Странная река: несмотря на ее широкую, гладкую спину, она полна рифов под самой поверхностью воды и песчаных отмелей. Молодые люди не стали подниматься на веранду. Во всяком случае пока. Они расстелили плащ цвета хаки на оранжевом сланцевом выступе как раз под Люком и отдыхали.

– Я чувствую себя лучше, – услышал Люк слова девушки. – Гораздо лучше. Надо делать это каждый день. Будем брать с собой книги и устраивать здесь пикник.

– Возможно, это и правда поможет, – сказал юноша. – Надеюсь, ты забудешь про то место.

– Может быть, – отозвалась девушка. – Может быть.

Они немного помолчали.

– Ни малейшего ветерка. – Юноша указал на черных птиц, летавших над деревьями: – Взгляни на этих стрижей.

Люк почувствовал на себе взгляд девушки, сменил положение и стал смотреть прямо перед собой: пусть не думают, что он подслушивает. Если они не поднимутся, как все, на веранду, а станут спускаться обратно, ему придется окликнуть их и потребовать плату за парковку. Но, может, они все же поднимутся и возьмут что-нибудь выпить.

Голоса смолкли. Юноша встал. Потом помог подняться девушке, подобрал плащ и перекинул его через плечо. Молодые люди начали взбираться по лестнице на веранду. Наверху они остановились у перил недалеко от Люка.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке?

– Да. – Девушка нетерпеливо тряхнула длинными, доходящими до плеч каштановыми волосами. – Да, все хорошо. Конечно, со мной все в порядке. – Небольшая пауза. – А на какой мы высоте? – спросила она, повысив голос, как если бы ждала ответа от Люка, а не от молодого человека.

Люк бросил взгляд в ее сторону и убедился, что она действительно смотрит на него и ждет.

– Около восьми тысяч футов, – ответил он.

– А что отсюда можно увидеть?

– В ясную погоду три штата.

О плате молодые люди не заговаривали.

– А вода здесь есть? – спросил юноша. Он не побрился утром, и щетина отбрасывала зеленую тень на его квадратный подбородок.

Люк ткнул большим пальцем себе за плечо.

– Вон там. А здесь есть содовая и рутбир, – добавил он. – Если хотите.

– Нет, – отказался юноша. – Лучше воды.

Доски глухо зазвучали под их ногами, заскрипели, отдаваясь эхом, внутри, у фонтанчика с водой. Рано или поздно Люк должен потребовать у них деньги. Объявление гласило, что посетители без автомобилей платят по пятнадцать центов каждый. Это было новое постановление, раньше с них плату не брали. Возможно, молодые люди решат не платить пятьдесят