Тайное письмо - Дебби Рикс

– Да, конечно. Поможешь мне отнести туда мои вещи?

– Но ведь ты можешь хотя бы спать в своей комнате?

– Нет. Это небезопасно. Если кто-то придет в дом, меня сразу заметят. Нельзя допустить, чтобы я попался кому-нибудь на глаза. Все должны думать, что я все еще в Англии. Но сегодня я буду спать в своей постели. А завтра объясню все маме с папой. Как думаешь, они поймут?

– Мама будет жаловаться. Она боится всех и вся. Но папа тебя поддержит. Он ненавидит правительство так же, как и мы, он тебя не подведет.

– Я думаю так же. А теперь спокойной ночи, маленькая обезьянка.

– Спокойной ночи, большой брат. Я так счастлива, что ты вернулся!

Глава двадцать восьмая

Париж, сентябрь 1944 года

Грузовик с открытым кузовом направлялся в сторону Парижа. Местные жители радостно приветствовали сидевших в нем девушек. Время от времени на дороге попадались блокпосты либо воронки от бомб, и тогда грузовик резко тормозил, а местные жители окружали его и стремились пожать девушкам руки.

Когда они наконец прибыли к шато Ла-Целль-Сен-Клу, которое на ближайшее время должно было стать для них домом, они удивились своему невероятному везению. Посреди неухоженного классического сада стоял золотистый особняк, окна которого с одной стороны выходили на пруд. Пока они ехали по длинной подъездной аллее, Имоджен подумала, что он напоминает заброшенный замок из волшебной сказки.

– Боже ты мой! – воскликнула Джой, вставая в кузове грузовика. – Кажется, нас привезли в рай!

– Не радуйся раньше времени, Золушка, – сказала Имоджен. – Сомневаюсь, что нас поселят здесь в одной из огромных спален. Скорее всего, мы будем ночевать в деревянном бараке где-нибудь на территории поместья.

– Я так и думала, – проговорила она, когда «ренам» показали ряд деревянных бараков, в которых им предстояло расквартироваться.

– В конце каждого барака есть ванная комната, – объяснила старшая по казармам. – Мне удалось раздобыть старый медный котел – там можно будет нагревать воду, и время от времени вы сможете принимать ванну. Она сделана из брезента – не самый удачный материал, но все же лучше, чем ничего.

Имоджен бросила свой вещевой мешок на койку и закатила глаза.

– Видишь? – сказала она Джой. – Я же тебе говорила!

За «ренами» каждый день приезжал автобус, принадлежавший ВМФ. Новый штаб Союзных экспедиционных сил располагался также в пригороде Парижа, в городке под названием Сен-Жермен-ан-Ле. Замок Д’Энмо немцы использовали в качестве своего штаба, пока они занимали Париж, и по приезде девушки с большим удовольствием очистили его огромные комнаты от различных предметов с нацистской символикой. Два рядовых ВМС развели на территории поместья большой костер, и девушки вынесли из замка нацистские флаги и портреты Гитлера и бросили их в огонь.

Сама работа была довольно простой. Имоджен трудилась под началом адмирала Рамсея, возглавлявшего экспедиционные войска, и выполняла примерно те же обязанности, что и в офисе адмирала Сполдинга. Она занималась планированием рабочего дня своего руководителя и осуществляла взаимодействие с другими департаментами. Летом работать в замке было приятно. В больших залах постоянно гулял сквознячок, однако время от времени девушки играли в мяч или в крикет на лужайке перед домом либо устраивали пикники в обширных садах. Иногда им даже давали увольнительные и позволяли съездить в Париж. «Рены» стайками бродили по улицам, восхищались чудесными нарядами и брызгали на запястья экзотические духи.

Во время своей первой вылазки Имоджен и Джой посетили универмаг «Галери Лафайет».

– Согласись, здесь настоящий рай, – заявила Джой. – Только посмотри на эту одежду – она такая красивая! До войны я ничего подобного не видела.

– Да, – сказала Имоджен, взяв в руки ценник роскошного летнего костюма, – и взгляни на цены. Боюсь, на жалованье «Рен» мы тут ничего не сможем купить.

На первом этаже они долго бродили среди шарфов и перчаток.

– Здесь уже есть вещи, которые нам по карману, – заметила Имоджен, примеряя красный шелковый шарфик и любуясь на себя в зеркало. Этот цвет подчеркивал ее красные губы и контрастировал с темно-синей формой. Она протянула Джой темно-зеленый шарф. – Примерь этот, он хорошо подойдет к твоим зеленовато-карим глазам.

– Но я думала, что зеленый – твой цвет… – удивилась Джой.

– Да, так и есть… но мне хочется перемен.

– Он очень красивый, – сказала Джой, перебирая пальцами шелковый шарф. – Но разрешат ли нам носить такие шарфы?

– Думаю, да, – проговорила Имоджен. – Даже старшины носят цветные аксессуары. Похоже, тут не особо следят за соблюдением правил.

– Может, купим еще перчатки в цвет? – предложила Джой, примеряя пару из мягчайшей кожи.

Чувствуя себя невероятно элегантными, девушки перешли по мосту на левый берег Сены.

– Выпьем кофе? – спросила Имоджен, увидев кафе под названием «Дё маго». – Это место выглядит довольно уютным.

Вместе с пайком им выдавали сигареты, и они, расположившись на улице, курили «Голуаз», пили кофе и наблюдали за проходящими людьми. Мимо них быстрой нервной походкой прошла девушка в плаще, перевязанном поясом, и с платком на голове. Она задела пожилую даму, гулявшую с маленькой собачкой, и платок соскользнул, обнажив ее обритую голову. Пожилая дама схватила свою собачку, прижала ее к груди и плюнула в девушку. Другие посетители кафе недовольно заворчали и стали выкрикивать ей вслед оскорбления.

– Бедняжка, – сказала Имоджен. – Ужасно, когда тебе сбривают все волосы. Так здесь поступают с женщинами, которые вступали в отношения с немцами во время оккупации.

– Мне ее жалко, – добавила Джой.

– Мне тоже, – поддержала ее Имоджен. – Кто знает, как бы я вела себя, если бы оказалась в отчаянной ситуации?

* * *

На смену осени пришла зима, погода стала холодной, и «рены» в обеденное время собирали хворост, который жгли в каминах замка. Мыться в неотапливаемых бараках в брезентовых ваннах стало совсем неприятно.

– Боже ты мой! – воскликнула однажды вечером Джой. – Надо быть совсем отчаянным человеком, чтобы принимать здесь ванну. Мало того, что ее целую вечность приходится наполнять, так там еще и такой сквозняк! И потом, пока я сидела в ней, ко мне зашли не меньше четырех девушек, чтобы воспользоваться туалетом.

– Ой, Джой, – сказала Имоджен, – ты такая смешная! Ты оставила воду в ванне? Я бы сейчас с удовольствием приняла ее. Я уже неделю нормально не мылась.

Все эти недели Имоджен была с головой погружена в работу. Она чувствовала себя полностью оторванной от предыдущей жизни. Ей казалось, что она попала в какой-то параллельный мир, где ее семьи и друзей, за исключением Джой, просто не существовало. Вся жизнь состояла из работы и повседневных дел. Но однажды днем,