Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

«И надо же было, чтобы такому благородному герою, как мой старший брат Ян Сюн, попалась распутная жена! Какие подлости она вытворяет и как обманывает его!»

Едва дождавшись рассвета, он вытащил свиные туши и, развесив их перед дверями, приготовился к утренней торговле. После завтрака он пошел собирать деньги с должников, а в полдень направился в управление, где работал Ян Сюн, и сразу же нашел его там.

– Куда ты собрался, дорогой брат? – спросил его Ян Сюн.

– Ходил собирать долги и зашел повидаться с вами! – отвечал Ши Сю.

– У меня так много работы в управлении, что нет даже времени поразвлечься и выпить с вами вина, дорогой брат, – сказал Ян Сюн. – Пойдемте-ка отдохнем немного.

И они отправились в кабачок, находившийся около моста. Там они выбрали тихий уголок и, усевшись, заказали хорошего вина и все, что к нему полагается. Они уже выпили чашки по три, когда Ян Сюн заметил, что Ши Сю сидит, задумчиво опустив г олову. Будучи по натуре человеком прямым, Ян Сюн тотчас же спросил его:

– Дорогой брат, видно, у тебя на душе какая-то печаль. Не получил ли ты недобрые вести из дому? Что расстроило тебя? – Нет, из дому я ничего не получал, – отвечал Ши Сю. – Но я отношусь к вам, дорогой брат, как к родному человеку, поэтому разрешите откровенно рассказать вам, что тяготит меня. – Дорогой брат, что это ты сегодня разговариваешь со мной, словно с чужим? – удивился Ян Сюн. – Говори все как есть, не стесняйся!

– Уважаемый брат, – сказал Ши Сю. – Каждый день вы уходите из дому и занимаетесь казенными делами, а что творится у вас за спиной, не знаете. Моя невестка – нехорошая женщина. Я уже давно наблюдаю за ней, но до сих пор не решался говорить об этом. Однако сегодня, когда для меня все стало ясно, я больше не могу молчать и решил высказать вам все начистоту. Так что вы уж не обижайтесь на меня за это!

– Вот уж верно, на затылке у меня нет глаз! – воскликнул Ян Сюн. – А скажи, кто же он?

– Не так давно, когда у нас в доме совершали моление, – продолжал Ши Сю, – мы приглашали этого нахала монаха Пэй Жу-хая. Невестка все время переглядывалась с ним. Я видел это своими глазами! А на третий день она вместе с отцом отправилась в монастырь отслужить молебен по своей покойной матери и выполнить данный ею обет. И старик и невестка вернулись оттуда пьяными. Недавно я заметил, что какой-то даос во время пятой стражи стал приходить в наш тупик, бить в деревянную колотушку и призывать к утренней молитве. Мне показалось это странным, и сегодня я решил посмотреть, для чего это делается. И я увидел, как этот чертов монах с повязкой на голове вышел из нашего дома и пошел прочь. Ну ,зачем вам такая распутная жена?

Выслушав это, Ян Сюн рассвирепел и рявкнул:

– Да как они смеют, подлые твари?

– Успокойтесь, дорогой брат, – сказал Ши Сю. – Сегодня вы об этом ничего не говорите и ведите себя так, как всегда. А завтра скажете, что вам надо идти на ночное дежурство, но после третьей стражи возвращайтесь домой и постучитесь в ворота. Тот мерзавец, конечно, бросится бежать к задним воротам. Тут я схвачу его, а вы расправитесь с ним, как захотите.

– Ты прав, дорогой брат! – согласился Ян Сюн.

– Но сегодня вечером, дорогой брат, – продолжал Ши Сю, – вы ничего лишнего не говорите.

– Мы договорились с тобой насчет завтрашнего дня, на этом и покончим! – отвечал Ян Сюн.

Затем, выпив еще по несколько чашечек вина, они расплатились и спустились вниз. Прощаясь, они заметили человек пять стражников, которые торопливо подошли к Ян Сюну и сказали:

– Где только мы не искали вас, господин Ян Сюн! Начальник области сейчас в саду и желает, чтобы мы с вами показали ему бой на палицах. Идите, пожалуйста, поскорее!

– Ну что ж, раз начальник вызывает, надо идти, – промолвил Ян Сюн и добавил, обращаясь к Ши Сю: – А ты, брат, иди домой.

Тот так и сделал. Приведя в порядок лавку, он пошел в помещение для разделки туш отдохнуть.

Тем временем в саду начальника области Ян Сюн показывал приемы боя на палицах. Начальник остался очень доволен и, приказав подать вина, поднес Ян Сюну один за другим десять больших кубков. Ян Сюн выпил и ушел. В этот же день его пригласили на выпивку также и его сослуживцы. Они пили до позднего вечера и так перепились, что Ян Сюна привели под руки домой. Увидев, в каком состоянии ее муж, жена поблагодарила приятелей за то, что они не оставили его, и вместе с Ин-эр помогла Ян Сюну подняться наверх. Здесь она зажгла светильник и усадила мужа на кровать. Ин-эр стащила с него сапоги и чулки, а жена сняла с его головы повязку и развязала одежду. И вот, когда Ян Сюн увидел, как она развязывает на нем одежду, он сразу все вспомнил. Еще в старину говорилось: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». И Ян Сюн, грозя пальцем жене, закричал:

– Ах ты, низкая тварь! И твоя мерзкая служанка! Все равно я прикончу тебя!

Женщина от страха не смела слова вымолвить и только старалась поскорее уложить его спать. А Ян Сюн, засыпая, продолжал браниться:

– Вот тварь! Грязная шлюха! И тот мерзавец осмелился приблизиться к пасти тигра! У меня только руки до вас не доходили. Это… это… так легко вам не пройдет!

А жена его в сильном испуге едва дышала и не могла дождаться, когда же наконец муж заснет. Наступило время пятой стражи. Ян Сюн проснулся трезвым и попросил пить. Жена встала, зачерпнула чашку воды и подала ему. На столе догорал огонек светильника. Выпив воды, Ян Сюн спросил:

– Ты что же, жена, так и не раздевалась всю ночь?

– Ты пришел совершенно пьяный, и я боялась, что тебя будет тошнить. Так вот, не раздеваясь, и прилегла у тебя в ногах. – А я ничего не говорил?

– Нет. Пьяный ты всегда спокоен и сразу засыпаешь. Сегодня, правда, мне почему-то было тревожно.

– Последнее время я все не удосужусь посидеть с Ши Сю