Город М - Александра Натарова

Эрза смерил его взглядом.

– Будешь и дальше просто сидеть – станешь как этот Дом. И земля поглотит вас обоих, она непривередлива.

Собиратель пересек комнату, и его фигура растворилась в дверном проеме. Леша нашарил рядом с собой куртку. Медленно натянул ее и встал. Ноги были тяжелыми и неловкими, словно их забетонировали, но Леша все же заставил их двигаться. Опираясь на стену, он побрел вслед за Эрзой к белевшему впереди дверному проему.

Он шагнул из дверей и по колено утонул в снегу. Шторм стих, теперь с неба безмятежно падал снег. Белизна улицы на миг ослепила Лешу. Проморгавшись, он увидел дорожку следов Эрзы – единственное, что нарушало снежный покров. Леша обернулся на Дом. Снаружи он походил на серый осколок, пронзающий небо.

– Иди сюда.

Эрза стоял поодаль, возле кустов, на снежном фоне напоминавших многочисленные черные трещины. На их ветках белело нечто, что Леша издалека принял за обыкновенные островки снега. Он принялся пробираться к Эрзе по его же следам. И по мере того, как он приближался, из-за кустов навстречу поднимался Город. Светло-фиолетовый, в обрамлении рыжих огней. Кажется, было раннее утро, но по Дорогам уже неслись многочисленные машины, издалека казавшиеся игрушечными.

– Скоро Новый Год… все суетятся больше обычного.

Эрза осторожно провел пальцами по веткам кустов. Вблизи то, что Леша принял за снег, оказалось белыми лентами, множеством белых лент – все кусты были в них.

– Это Хранители, – предупредил Лешин вопрос Собиратель. – Ушедшие давно или недавно. Они все еще здесь и продолжают присматривать за Городом.

Под кустами Леша увидел лопату и сделал несколько почтительных шагов назад. Он было отвел взгляд, но вдруг заметил, что на кустах еще что-то есть. В узелках лент матовым блеском переливались черные осколки.

– А это что?

– Ты и так знаешь ответ, – многозначительно глянул на Лешу Собиратель.

Лешу пронзила догадка.

– Но почему они вместе? Разве это не…

– Не странно? Не опасно? – Собиратель тряхнул ветку – осколки мелодично зазвенели. – Так уж устроен мир. Добро не может без Зла. Зло без Добра. Да их и нет на самом деле в чистом виде. Тени – это те же Хранители, которые когда-то заблудились, сделали ошибку, запутались в себе, поверили в какую-то страшную глупость. Хранители не идеальны, ты это и сам знаешь. А Городу именно это и нужно.

– Что нужно? – все еще с недоумением рассматривая столь непривычное соседство, спросил Леша.

– Баланс. Городу нужна гармония. Как, впрочем, и людям. Не принимая в себе одну из сторон, мы все живем лишь вполсилы.

– Ты опять скажешь, что я о себе говорю… – Леша коснулся одной из лент, осколок в которой напоминал сердечко. – Но я не могу не говорить! Все от меня все время чего-то ждут, какого-то поступка. Но у меня просто нет столько сил! Я не герой!

– Уверен? – прищурился Эрза.

– Ну да, я ведь… я боюсь! – признался Леша, кажется, впервые он сделал это вслух. – Я подвел всех, я не справился со своей ролью. Из меня никудышный Путевод!

– Герои – это не те, кто никогда не боится и не ошибается… – Эрза извлек из складок одежды белую ленту. И осколок, в котором Леша вдруг узнал тот, что когда-то выпал из Тени, от которой его спас Лето. – Это обычные люди. Которые точно так же сомневаются в своих силах, задают вопросы и часто не находят ответов. Но где-то внутри у них есть голос, который говорит, как нужно поступить, несмотря ни на какие опасения. И они идут и делают то, что даже им казалось невозможным. Просто потому, что по-другому не могут.

Эрза протянул Леше ленту и осколок. Мальчик взял их в руки и на миг увидел тех, кто скрывался за ними. За матовым блеском – стройную черную кошку. Ею когда-то была Тень, напавшая на Лешу и Лето. За белой же лентой Леша увидел одноглазого рыжего кота.

Леша осторожно намотал ленту на свободную ветку и закрепил на ней осколок. Куст мелодично зазвенел в одобрении. И Город вдруг отозвался тем же – тихий перезвон донесся с Улиц, как будто два друга здоровались, стоя на разных берегах.

– Внутри тебя есть голос, который зовет тебя, как бы ты от него ни отмахивался, – глядя поверх кустов, сказал Эрза. – Он и делает тебя способным на то, на что другие не способны. Это твоя сущность, и, как бы ни было страшно или плохо, ты не можешь поступить иначе.

– Откуда тебе знать? – сглотнув подступивший к горлу ком, спросил Леша.

Слова Собирателя рушили все его самооправдания и внутренние клятвы с той же легкостью, с которой прибрежная волна смывает песчаный замок. Мягко, но уверенно.

Леша всматривался в Город. И думал о Театре, в котором наверняка сейчас просыпаются краи. Готовятся к новому дню – после такого шторма наверняка дел невпроворот. Гретта готовит тосты с джемом, Линда раздает указания, Каравакс… Каравакс. Леша вдруг ясно вспомнил, как они расстались.

– Вот именно благодаря этому я и знаю, – словно читая Лешины мысли, произнес Собиратель. – Если бы я ошибался, тебе бы сейчас не было так стыдно.

– Мне надо извиниться перед ним, – глядя под ноги, едва слышно сказал Леша.

– Хорошее решение. Я провожу…

Но последние слова Эрзы утонули в грохоте – из Города вдруг донесся оглушительный звук, словно что-то с размаху грохнулось на Улицы. Порыв ветра пронесся по крышам к Леше и Собирателю и сбил их с ног. С кустов посыпались ветки, не выдержавшие натиска. Дом-Осколок болезненно завыл, роняя на снег камни и куски штукатурки. В Городе заголосили сигнализации автомобилей.

– Что это? – Леша поднялся на ноги, отплевываясь от снега.

Эрза замер, напряженно вслушиваясь.

– Это Город начинает проигрывать себя Теневым, – наконец сказал он. – Кажется, что-то не так с Новыми Домами.

– Как же так! Ведь Хранители их не пускают к людям, они ведь…

Леша оборвал сам себя на полуслове. Хранители наверняка и так делали все, что могли, и надеялись на его помощь. До сих пор надеются. И это было правдой, окончательно разрушившей Лешин план. Он не станет нормальным. Он никогда больше не будет нормальным. Может быть, все, что с ним происходило до этого, было большой подготовкой к этому осознанию. Он теперь Путевод. И Ему надо это доказать, спасти тех, кто поверил в него, обогрел, дал приют и подарил заботу. Спасти свою новую семью.

Кусты вокруг Леши вдруг покрылись листьями, вытянулись, сплелись друг с другом, становясь тропическими зарослями. А огни Города смешались