Остров Свободы - Борис Геннадьевич Цеханович

Утром каждому солдату взвода, в том числе и себе, выдал по пулемёту и по коробке с полностью снаряжёнными в лентах патронами: трассер-разрывная, трассер-разрывная, трассер-разрывная…. и пошли на автобусную остановку в совхозе. Стоим, ждём автобуса, а тут подъезжает чёрная «Волга» и останавливается напротив нас. А в «Волге» сидит Командующий округом и так ласково пальчиком меня манит, через опущенное стекло двери.

С пулемётом на плече, с коробкой с лентами, браво подхожу, рисуясь пред гражданскими на остановке, и также браво представляюсь – Кто, Зачем и Куда.

Командующий глазами показывает на коробку, типа – Что там? Открываю коробку и вытягиваю оттуда ленту с трассерами и разрывными.

– Товарищ прапорщик, вас кто-нибудь инструктировал, как вам на Учебный центр вот с этим выдвигаться?

– Так точно, командир полка. Сейчас сяду в автобус и поеду на учебный центр.

– Понятно…, – дверца захлопнулась и «Волга» умчалась в сторону учебного центра.

Через пять минут у автобусной остановки остановилась «Волга» командира дивизии.

– Цеханович, Командующий округа проезжал?

– Так точно. Пять минут тому назад. Останавливался и спрашивал – Куда и зачем я иду?

Командир дивизии оглядел меня с пулемётом и коробкой, толпу солдат сзади вооружённых также «до зубов», гражданских и заскрипел зубами: – Долбоёбы…, – хлопнул дверцей и умчался за командующим.

Но он был не последним, кто увидел меня на остановке. На УАЗике подскочил командир полка и остановился.

– Ты чего тут делаешь, Цеханович?

– Жду автобуса, товарищ подполковник, чтоб на ВАП проехать. – Командир тоскливо оглядел меня и обречённо констатировал.

– Голову на отсечение даю – тебя с твоими еба….ми пулемётами видели все….

– Так точно, Командующий и командир дивизии. – И посмотрел вслед командирскому УАЗику, который также стремительно умчался в ту же сторону.

В этот раз мне было не суждено уехать на ВАП. Только вдали показался автобус №26, как около автобусной остановки остановилась «Волга» Командующего, «Волга» командира дивизии и УАЗик командира полка. Я шустро выстроил взвод в одну шеренгу и чётко доложил Командующему, за спиной которого с кислыми лицами стояли комдив и командир полка. Командующий молча и хмуро обошёл маленький строй, осмотрел солдат. Попросил тут же рядового Снытко сделать частичную разборку пулемёта, что тот расторопно сделал. Генерал-полковник взял ствол и посмотрел его на свет и секунд двадцать любовался чистыми бликами внутри ствола. Надо сказать, что в нашу батарею, где был навечно зачислен Герой Советского Союза старший лейтенант Борщик И. В набирали только парней славян, большинство из которых были родом из родного села Героя и их там отбирали на общем собрании совхоза, типа – достоин или не достоин служить в батареи героического земляка. Поэтому и солдаты смотрели на Командующего весело, бодро и открыто, не то что азербуты. Командующий остался доволен взводом и у меня закралось подозрение, что он, глядя на моих орлов, подумал что и в остальном полку, да и в дивизии только русские солдаты служат. Хотя дивизия на 80% была укомплектована дикими азерами или как ещё говорили – лучшими комсомольцами Азербайджана.

– Что ж, – подытожил Командующий результаты маленького строевого смотра, – прапорщик и солдаты – молодцы. Им поставили задачу и они её выполняют. Как поставили – так и выполняют?

Командующий повернулся ко мне: – Товарищ прапорщик, для вас занятия на Учебном центре сегодня закончились. Идите в расположение и занимайтесь там. А вы, товарищи офицеры, останьтесь.

И прямо там, на автобусной остановке, провёл с моими командира занятие – Как должны передвигаться такие подразделения к местам занятий. Вернее он им напомнил об этом в несколько повышенном тоне.

А вечером меня вызвал командир полка и долго смотрел на меня и также молча отпустил. Но после этого для меня выделялась машина для перевозки оружия и боеприпасов.

Второй случай тоже был довольно забавный, но уже летом. Только я появился на ВАПе и проверил своего бойца, как на ВАП ворвался всполошенный начальник учебного центра.

– Цеханович, выручай, – и выложил суть просьбы. Оказывается, приехала московская проверка, проверять учебный центр. До обеда они работают на «втором карауле», там танкодром был, а потом перемещаются уже на сам учебный центр. А тут как назло замкнуло электричество и ярким пламенем сгорела будка на третьем этаже вышки артиллерийско-танкового училища.

– Блядь, мы её потушили, но она там чёрная и ещё дымит. Давай делаем так. Сейчас я в одном классе у тебя накрываю стол со всем этим…. И привожу их к тебе. Ты показываешь свой ВАП и мы садимся у тебя квасить…. Тьфу ты – обедать. Пока обедаем, курсанты снесут эту горелую кирпичную будку и я тогда смело смогу их там провезти. Лады?

Так и сделали. Пообедали мы отменно. С испугу начальник Учебного центра выставил чересчур много пойла, а полковник и майор, члены комиссии, парни оказались простыми. ВАП мой им понравился и мы неплохо пообщались за столом, тем более что нашлись общие знакомые. А за два часа третий дивизион училища снёс будку с третьего этажа, закрасил извёсткой чёрные подпалины и когда, крепко поддатые проверяющие проезжали мимо, она смотрелась свеженько и весело.

И вот сейчас мне собирались навесить эту фигню, чему я горячо воспротивился.

– Товарищ подполковник, – горячо возопил я, – это ж епархия начальника разведки. Вот пусть капитан Иванов и занимается.

– Цеханович, – болезненно поморщился начарт, закатив глаза, – как меня достала эта бодяга. В конце концов ты начальник разведки, а капитан Иванов никто.

– Мне тоже, товарищ подполковник, надоела эта бодяга и я тоже хочу ездить на БТРе командира дивизиона и ни за что кроме разведки не отвечать. Что за фигня – капитан Иванов – НИКТО. Только это НИКТО сейчас сидит в кабинете под вентилятором, а старший лейтенант должен что то там строить. – Я не заметил, как перешёл на повышенный тон и подполковник тоже вдруг взбодрился, побагровел и заорал в ответ.

– Так я не понял – Ты будешь строить ВАП или отказываешься?

– Да буду, товарищ подполковник…, – и засмеялся. Возвращались мы с ВАПа мирно.

Перед самой проверкой у нас сошёл с ума боец. Утром он ещё был нормальный, а перед обедом пошёл в душевую и стал там мыться, не снимая обмундирование. Намылил форму на себе, открытые участки тела и тщательно помылся. Бойцы сначала хохотали, думая, что он прикидывается, но потом поняли – Фишка поехала.

Был боец смирным и дуриком бродил по расположению. Только каждый час бегал в душевую и мылся в обмундировании. Конечно, за ним присматривали. А через пару дней фельдшер дивизиона Вася Суровцев улетел с ним в Союз через международный аэропорт в Ирландии, чему мы