Чарующий апрель - Элизабет фон Арним

– Тоже вдова? – А услышав в ответ, что леди Кэролайн незамужняя молодая женщина, миролюбиво заметила: – Всему свое время.

Сама отрешенность миссис Фишер: дама, казалось, всецело погружена в мир прошлого, тех интересных людей, с которыми когда-то общалась, и их фотографий, – служила убедительной рекомендацией. Она попросила лишь об одном: чтобы ей позволили спокойно сидеть на солнышке и мысленно предаваться воспоминаниям, – а именно этого и ждали от спутниц миссис Арбутнот и миссис Уилкинс. Обе они считали, что о лучшей соседке и мечтать не приходится: пусть себе сидит сколько хочет и мечтает, а вечером в субботу оплачивает свою часть расходов. Еще миссис Фишер поведала, что очень любит цветы: вот однажды, когда вместе с отцом они гостили на Бокс-Хилл…

– Кто жил на Бокс-Хилл? – перебила миссис Уилкинс.

Познакомившись с дамой, которая знала действительно великих людей, она очень боялась, что миссис Арбутнот сейчас уведет ее и не даст услышать даже половины того, что хотелось бы услышать, а потому уже несколько раз задавала уточняющие вопросы. Ее поведение показалось миссис Фишер крайне невежественным и неучтивым, поэтому дама лаконично буркнула:

– Мередит, разумеется. – Потом продолжила: – Так вот, помню один наш визит. Отец часто брал меня с собой, но эту поездку вспоминаю особенно часто…

– А Китса вы знали? – взволнованно поинтересовалась миссис Уилкинс.

После паузы миссис Фишер со сдержанной язвительностью ответила, что не имела чести быть знакомой ни с Китсом, ни с Шекспиром.

– Ах, конечно! До чего же глупо с моей стороны! – густо покраснев, воскликнула миссис Уилкинс. – А все потому, что великие люди кажутся живыми и близкими, как будто с минуты на минуту войдут в комнату. Совсем забываешь, что они давно умерли. Точнее говоря, всем известно, что они вовсе не мертвы, а живы – точно так же, как вы и я.

Миссис Фишер внимательно наблюдала за странной дамой поверх очков, а та, встревоженная пристальным взглядом, бессвязно продолжала бормотать:

– Недавно я действительно увидела Китса, у нас в Хемпстеде. Он переходил улицу как раз перед тем домом… ну, вы знаете… перед тем домом, где жил…

Миссис Арбутнот прервала ее словесный поток, заметив, что им пора.

Миссис Фишер дам не задерживала.

– Но я действительно его видела, – никак не успокаивалась миссис Уилкинс, покраснев еще больше и обращаясь то к одной даме, то к другой. – Уверена, что видела. Он был одет в…

Теперь даже миссис Арбутнот посмотрела на нее с недоумением и нежнейшим голосом напомнила, что, кажется, они уже опаздывают на ленч, а миссис Фишер вдруг попросила представить рекомендации. Ей вовсе не хотелось провести целый месяц в обществе особы, страдающей галлюцинациями. Конечно, замок Сан-Сальваторе располагает тремя гостиными, крепостными стенами и большим садом, так что найдется, где укрыться от миссис Уилкинс, но все равно будет неприятно, если та вдруг заявит, что, например, видела мистера Фишера. Мистер Фишер умер, пусть мертвым и остается. Миссис Фишер не хотела бы услышать, что ее супруг разгуливает по саду. Единственная рекомендация, в которой она нуждалась, поскольку достигла преклонных лет и занимала свое место в обществе, чтобы волноваться насчет сомнительных знакомств, – это оценка здоровья миссис Уилкинс, причем именно психического. Действительно ли она самая обычная женщина, не страдающая какими-либо расстройствами? Миссис Фишер полагала, что если посетительницы назовут хотя бы одну достойную доверия фамилию, то ничто не помешает обратиться к этому лицу за подтверждением, поэтому и попросила представить рекомендации. Обе собеседницы до такой степени изумились, что миссис Уилкинс даже на пару мгновений умолкла, а миссис Фишер резонно добавила:

– Но это вполне обычная практика.

Впрочем, миссис Уилкинс опомнилась первой.

– Но в таком случае это мы должны потребовать рекомендацию.

Миссис Арбутнот была полностью с ней согласна, ведь именно они решали, принять ли миссис Фишер в свою компанию, а не она.

Вместо ответа хозяйка встала, опираясь на трость, подошла к столу, твердой рукой написала три имени и протянула листок миссис Уилкинс. От увиденного у той глаза полезли на лоб: президент Королевской академии наук, архиепископ Кентерберийский и управляющий Банком Англии… Разве кто-нибудь осмелится обратиться к этим почтенным личностям за подтверждением, действительно ли их подруга такова, какой желает казаться?

– Джентльмены знают меня с детства, – скромно пояснила миссис Фишер.

Судя по всему, все знали ее с детства: качали на коленях и водили на прогулки.

– Вряд ли рекомендации уместны между… между уважающими друг друга приличными женщинами, – поняв, что загнала сама себя в тупик, заметила миссис Уилкинс, поскольку отлично понимала, что может представить одну-единственную рекомендацию – от управляющего гастрономом Шулбреда. Только вот кто ей поверит, если в основе деловых отношений лежала исключительно рыба для Меллерша. – Мы не занимаемся бизнесом и не считаем необходимым беспокоить друг друга…

На помощь компаньонке пришла миссис Арбутнот и со свойственным ей очаровательным достоинством заявила:

– Боюсь, что требования рекомендаций придадут нашему путешествию нежелательную напряженность, поэтому не думаю, что мы примем ваши рекомендации или представим вам свои. Полагаю, вы передумали к нам присоединяться.

Она протянула руку, чтобы распрощаться и уйти, но в этот миг пожилая дама сосредоточила взгляд именно на ней, вызывавшей симпатию и доверие даже у служащих подземки, а присмотревшись, решила, что глупо отказываться от возможности отдыха в Италии на предложенных условиях. Что касается второй дамы, то с помощью этой спокойной и разумной миссис Арбутнот можно будет справиться с ее странными приступами болтливости.

– Очень хорошо, – пожав поданную руку, ответила миссис Фишер. – Отзываю рекомендации.

По дороге к расположенной на Кенсингтон-хай-стрит станции подземки спутницы пришли к единому мнению, что поведение миссис Фишер высокомерно. Даже щедрая на оправдания чьих-либо оплошностей миссис Арбутнот подумала, что их будущая компаньонка могла бы найти слова покорректнее, а миссис Уилкинс приняла кардинальное решение: разогрев кровь долгой ходьбой и борьбой с чужими зонтами, предложила отказаться от общества миссис Фишер и просто отозвать приглашение.

Миссис Арбутнот, однако, как всегда, заняла выжидательную позицию. Вскоре, слегка остыв и успокоившись, уже в поезде, миссис Уилкинс изменила свое мнение и с уверенностью заявила, что в Сан-Сальваторе миссис Фишер найдет свое место, с горящими глазами заключив:

– Прямо вот как сейчас вижу: она занимает правильную позицию.

Тем временем миссис Арбутнот неподвижно сидела со спокойно сложенными на коленях руками и размышляла, как наилучшим образом помочь миссис Уилкинс перестать столь часто видеть грядущие события, а уж если что и видеть, то молча.

Глава 4

Было решено, что миссис Арбутнот и миссис Уилкинс приедут в замок Сан-Сальваторе вечером 31