Простые истории - Олег Патров

приезду гостей. Как всегда, при въезде на базе их встретил старый Игнат, проводил до импровизированной столовой и конференц-зала (два в одном), с удовольствием провел традиционную чайную церемонию, рассказал о местных травах, грибах, ягодах. Старик был фанатом природы. Макар, который не раз слушал все эти россказни о здоровом, естественном образе жизни предков, оставив Санька один на один с машиной, таинственно испарился в недрах импровизированной туристической базы.

Проверив воду и масло, дозаправившись, протерев ветровое стекло, Санек, недолго думая, тоже решил соснуть часок-другой в кабине, благо до ужина его подопечные никуда на тронутся. Вернее, тронутся, но на своих двоих и с Игнатом, совершат, так сказать, «вылазку» к заброшенным рудникам, посмотрят на водопады. Старик приглашал и Санька пойти с ними, но тот отказался. Он не был любителем месить грязь ногами.

Поспав с часок в кабине, Санек сонным взглядом обозревал местность. Горы и леса, леса и горы. Скучно. Нервы после непривычного дневного сна были как-то болезненно обострены. Зря он не принял предложение старика закинуть рюмочку-другую. Но ему приходилось контролировать себя, чтобы не сорваться. Если он завалит и эту работу, отец спустит с него три шкуры, а то и вообще выставит из дома без всякого выходного пособия. «Двадцать три года, а все балбес…».

– Ну как, Игнат, тебе наш новый водитель? Парень вроде ничего, с огоньком, – прихлебывая любимый травяной отвар в прикуску с натуральным медком, тем временем хвалился Макар. – Сын моего старого друга. Учились вместе. Водит с огоньком, но осторожно. Я тебе, пожалуй, оставлю его как-нибудь на пару деньков. Поднатаскаешь его по маршруту. Хватит тебе одному по горам шляться.

– Парень-то, вроде, ничего, только худой больно и дергается во сне, – осторожно ответил Игнат. – Но так-то кто его знает… У нынешней молодежи с нервами-то вообще не порядок.

– Ну, ну, – недовольно промычал Макар.

– А он не того? Не покуривает чего-нибудь? А то я ему водочку предложил – побрезговал. Непьющий, сказал.

– Он же за рулем, – возразил Макар, но к парнишке решил присмотреться еще раз попристальнее.

Когда Санек вернулся после первого своего рейса домой, там его уже ждала целая делегация: хмурый отец, заплаканная мать, то ли причитающая, то ли голосящая тетка. Разобрать что-либо было немыслимо.

– Что случилось-то? – не удержавшись, рявкнул он на весь двор. – Все в порядке, вернулся, отработал, как надо.

– Ничего не хочешь мне сказать?

Отцовский тон Саньку не понравился, и он еще раз бросил пристальный взгляд на мать: не рассказала ли чего лишнего, – но та, поняв, едва заметно покачала головой.

– Ты о чем?

– Не понимаешь, значит? Или делаешь вид, что не понимаешь? Я тебе говорил, что люди не глупее тебя, говорил? За дурака меня держишь? Не ожидал. Чего-чего, а этого не ожидал. Еще и мать приплел, подонок.

Отец замахнулся было на Санька, но тот перехватил удар.

– Осторожней на поворотах, папаша. Мне уже не семь лет. Ты сильней, но я сдачи дам, учти.

Взгляды отца и сына встретились. Тетка запричитала во весь голос. Мать испуганно бросилась между ними.

– Поговорим толком или как? Бить я все равно себя не дам, – упрямо повторил Санек.

Он уже чувствовал, что дело шваль, что отец все знает, чувствовал себя виноватым. Стыдно было ужасно. Он даже не ожидал.

– И долго ты еще будешь ломать себе жизнь? – завел свою моральную шарманку отец. – Из колледжа отчислили, в армию пошел – хоть тут, думал, сделают из тебя человека, – не помогло. На работу его, сосунка, устроил, поручился. Дурак. Старый дурак. Но вот зачем? С чего? Объяснить ты мне можешь? Чего тебе не хватает по жизни? Вроде мы с матерью нормально тебя воспитывали…

Голос отца потихоньку стихал, теряя опору.

– А-а-а, ладно. Себе врешь. Людям не соврешь. Таких, как Макар, не обманешь. Он, знаешь, какую жизнь прожил. Людей насквозь видит. Но чтобы так… Не ожидал, сын.

Санька не дослушал. Ушел.

– Куда прешь? – не жалея «литературных» выражений, закричал на него Макар. – Жить надоело?! Бросаешься под колеса.

– Поговорить надо, – хмуро заявил Санька.

– Ну, садись, подъедешь со мной до базы. Некогда мне.

Некоторое время ехали молча. Потом Макар, почувствовав, видно, что переборщил, пошел на мировую.

– И вот сидим мы у местного охотника, – принялся рассказывать он разные забавные истории. – Ребята мои мясо едят с удовольствием, а я-то знаю, откуда мясо в это время. Это он собак выращивал, специальных. К нему иной раз приезжали лечиться от туберкулеза. Здоровый был бык, что нас с тобой двое. Они и говорят: «Откуда такое вкусное мясо?», а он им спокойно так: «Собака, недавно зарезал, свежая». Бедняги аж лицо потеряли, побежали до ветру. Стошнило некоторых. А с чего? Мясо как мясо. Сам я, правда, не ел. Брезгую. Но так, если разобраться… И голодные, и холодные мы были. Вообще, чуть не замерзли там. Хорошо, к его сторожке вышли. Сам не знаю, что вывело. Туман был такой, не видно не зги.

– Зачем вы отцу рассказали? – неожиданно прервал рассказ Макара Санька. – Кто вас просил? С работы рассчитали и ладно, кто вам позволил в семью мою лезть?!

– А ты не кричи, парень, – резко затормозив, повернулся к Саньке Макар. – Я тебе не отец… Добра тебе желаю.

– Добра… Эх, вы, мне теперь домой…

– Ладно, перетрется, успокоится. На базе пока можешь пожить. Только не шалить чтобы у меня. Не потерплю. Уйдешь до кустов – с собаками не найдут. Понял? Леса у нас густые. Ну, так как? Пойдешь ко мне работать или побрезгуешь?

Макар завел грузовик и вернулся на маршрут. Камни с треском вылетали из-под разогнавшихся колес.

– Держись! Прокатимся с ветерком.

Санька вцепился руками в панель.

– Люблю хорошую езду.

Макар нарочно выбирал колею поухабистей, вытряхивал из Санька душу. Пусть побьется парень, успокоится, а то, не ровен час, договорятся до мордобоя, в его-то годы с молокососом драться несолидно, да и вообще…

– Работы дам много. Забирай, сколько осилишь. Кормить буду не хуже, чем в наркологии. Не ты первый. Но если за ум возьмешься, сразу скажу: приглянулся ты мне, парень. Ну так как, Санек? Сработаемся, а?

Вечером охотники легли спать рано. Один Игнат долго сидел у костра. Ныли кости. Как бы не пошел завтра дождь. Паршиво, когда голова у тебя работает, а ноги не ходят. А наоборот? Сила есть, ума не надо. Тоже плохо. Вон Санек, дурная голова, четыре раза до машины сгонял туда-обратно, нет сразу прикинуть, что и как взять, а Макар только посмеивался – пусть учится. Свой опыт не пропьешь. Тоже верно. Учить