Рассказы 31. Шёпот в ночи - Александр Сордо

– Ну а мне-то что делать? – простонал мужчина с овчаркой.

– Давайте я его возьму? – неожиданно для себя предложила Саша. – Я в зале ожидания спрошу, каким поездом его можно отправить.

Мужчина с сомнением посмотрел на Сашу.

– Вы правда готовы его взять?

Вообще-то, ей самой очень хотелось на поезд и под теплое одеяло и она понятия не имела, возьмут ли собаку хоть на какой-то поезд. Но смотреть на то, как человек разрывался между собакой и поездом, было невыносимо, и Саша кивнула.

Мужчина просиял.

– Вот спасибо! – Он потянулся к ней, словно хотел взять ее руки в свои. Но Сашины руки прятались в карманах, поэтому он крепко сжал ее предплечья и с благодарностью посмотрел прямо в глаза. Жест вышел коротким и скомканным, потому что в процессе он выронил ушанку, смутился, наклонился ее поднять, а пока отряхивал, поезд издал предупреждающий гудок, и мужчина засуетился.

– Это Чарли. – Он сунул Саше в руку поводок. – Отправьте его, пожалуйста, на проспект Ленина, 14, квартира 50.

Он наклонился к собаке, потрепал ее по голове и что-то забормотал на прощание. Та радостно ткнулась носом ему в ладонь.

– Улицу Ленина? – уточнила Саша. – В Муроме нет проспекта Ленина.

– Почему в Муроме? – удивился мужчина. – Я из Чебоксар.

И, не дожидаясь ответа, он нырнул в открытую калитку, которую сторож тут же с лязгом захлопнул. Едва мужчина вскочил на подножку, поезд заскрежетал и тронулся с места. Мужчина махал им рукой до тех пор, пока не скрылся из вида. Чарли не залаял и не побежал за ним – только время от времени приподнимался и тихо скулил, словно звал хозяина назад. Поводок в Сашиных руках в очередной раз натянулся, и ее охватила паника. Что она теперь будет делать с этой собакой?

Это навело ее на еще одну важную мысль. Шлем!

– Скажите, а поезд останавливается в Муроме?

И тут же пожалела. Сейчас сторож скажет что-нибудь вроде: «Я похож на кассира?» – и отправит ее в зал ожидания. Но к сторожу внезапно вернулся его равнодушный бесцветный голос. Он сказал:

– Поезд следует без остановок.

Саша уже и так пожалела, что спросила, и поспешила прочь от перрона с его неразговорчивым сторожем.

Зал ожидания располагался в двухэтажном бетонном здании с выщербленными стенами и рядами желтых пластиковых стульев. Пахло хлоркой и мазутом – почему-то в помещении этот запах ощущался сильнее, чем на перроне. Может, просто на морозе у нее притупилось обоняние, а теперь нос оттаивал и чувствительность возвращалась? Саша в который раз пошевелила пальцами ног в сапогах. Вот бы наконец разуться!

Она потянула за собой Чарли и подошла к застекленной кабинке информации. Женщина по ту сторону что-то печатала на компьютере, и Саша постучалась.

Женщина перевела на нее недружелюбный взгляд, всем видом показывая, что ее отрывают от важной работы.

– Вам на скорый? – спросила она наконец.

– Нет, – ответила Саша. – Я хотела спросить…

– На второй этаж, – отрезала женщина. – Завтра будем разбираться.

В чем разбираться? – хотела спросить Саша, но женщина уже повернулась к компьютеру и продолжила печатать.

Второй этаж представлял собой широкий холл с рядами одинаковых дешевых кроватей. Такие бывают в фильмах о школах-интернатах или о жизни детей-сирот. Но Саша не была сиротой и уже два года как окончила школу. Ей здесь явно не место.

– Проходи, чего встала, – сказал женский голос с одной из кроватей.

Саша нашла взглядом девушку лет двадцати с двумя длинными косами.

– Ночью только скорые ходят, – сообщила девушка. – Ложись, спи.

Пустых кроватей было много, и Саша выбрала ту, что стояла дальше от входа.

– Не советую, – покачала головой девушка, кивая в ту сторону, и перешла на шепот. – Там Люська.

В самом углу на кровати действительно сидела женщина, которую Саша не сразу заметила, и медленно раскачивалась, обхватив себя руками.

– Что с ней? – тоже шепотом спросила Саша.

– У нее шепот.

– Что? – не поняла Саша.

– Шепот. Тебя что, еще не проверяли?

Саша села на кровать напротив девушки с косами.

– Нет.

– Значит, завтра будут. Если у тебя шепот, вообще отсюда не уедешь, – доверительно сообщила девушка.

Саша обернулась на Люську. Та продолжала раскачиваться, не обращая никакого внимания на их разговор.

– А это заразно?

Девушка пожала плечами.

– Никто не знает.

Саша посмотрела на Чарли. Тот послушно сидел у ее ног и дышал, высунув язык. Интересно, а у собак может быть шепот?

– Что это, вообще, такое?

Девушка снова пожала плечами.

– Я знаю только, что, если у тебя шепот, готовься поселиться тут навсегда.

С этими словами девушка улеглась на подушку и натянула одеяло до самого носа.

Саша положила шлем под кровать и привязала поводок к ножке. Потом передумала и отвязала. Достала из-под подушки запечатанное в пластик белье и начала заправлять постель.

Серое шерстяное одеяло было таким старым, что в нескольких местах на нем виднелись проплешины. В белом накрахмаленном пододеяльнике дырка была не сбоку, а в виде ромба посередине – в последний раз Саша спала под таким у прабабушки, когда та была еще жива. Она огляделась в поисках батареи, чтобы просушить на ней варежки, но ничего не нашла и повесила их на спинку кровати. Сняв сапоги, пуховик и шапку, она, не раздеваясь, забралась под тонкое одеяло и свернулась клубком, чтобы хоть немного согреться. От ее дыхания шел густой пар.

Какое-то время она пролежала, глядя в пустоту, поочередно согревая ледяную ступню одной ноги под коленкой другой. Но потом, словно заметив ее тщетные попытки, Чарли запрыгнул к ней на кровать и пристроился рядом. Его массивное тело щедро источало живое тепло. Саша обняла его одной рукой и наконец заснула под запах псины, мазута и сырой шерсти промокших варежек.

* * *

Проснулась Саша оттого, что у нее сильно замерз нос. Она поднялась и потерла глаза. Чарли нигде не было видно. От дыхания по-прежнему шел пар. Да сколько же здесь градусов?

Замотавшись в кокон из одеяла, Саша пошла в душевую. Покосилась на окна – не открыты ли? Но единственная открывающаяся фрамуга над раковиной была плотно затворена. Катя, вчерашняя девушка с косами, стояла под тонкой струей и терла ноги мочалкой.

– Если хочешь помыться, поторопись, горячая вода скоро закончится.

Саша помотала головой. Лучше уж