Мои женщины - Иван Антонович Ефремов

Плохо в этих местах, что много народу, и притом — специфической курортной публики. Решите, как хочется, но я бы посоветовал Вам для первого раза поехать туда, где посвободнее — в Судак, в Коктебель, в Отузы, в Алушту, пожить там у моря, накупаться всласть, загореть, наесться помидор и винограда, а затем проехать на пароходе в Ялту и оттуда на автобусе, с остановками в турбазах или в гостиницах, съездить в Алупку, Никитский ботанический сад, Мисхор или Симеиз.

В Отузы, в Коктебель могу дать адреса, где искать комнаты, в Судаке это тоже легко сделать. Ехать советую автобусом из Москвы до Симферополя, от Симферополя до Феодосии другим автобусом, от Феодосии до Судака через Коктебель и Отузы ходит третий автобус. Автобусов в Крыму полно, и сообщение быстрое и регулярное, так что это не проблема. В Коктебель могу Вам дать «официальное» письмо (как о сотруднице Института, в котором я работал) к местной старожилке, бывшей сестре-хозяйке Дома писателей в Коктебеле, которая Вас направит куда следует, а также знает многих и в Отузах и в Судаке.

За комнату надо будет платить рублей 250 в месяц, но матрац, одеяло и даже бельё хозяйки дают, впрочем, у них всё плохое, и простыни лучше взять свои, а также и какой-нибудь плед или одеяло на случай холодной погоды.

Прожиточный минимум там как в Москве, но, конечно, придётся расходовать много денег на фрукты — это обязательно. За небольшую доплату хозяйки часто берутся и готовить — это там, где деревенский тип жизни — Коктебель, Судак, Отузы. В типично курортных местах, в том числе и в Алуште, придётся есть в ресторанчиках и столовых.

В общем, проводить всё время надо, конечно, у моря, иногда ходить в горы на далёкие прогулки, и всё будет очень хорошо.

Ну, вот, как будто все предварительные советы. Теперь ещё:

а) правилен ли Ваш адрес, который я узнал: Серпуховской вал, 30, кв. 1? Это надо для сберкнижки, как и второе: как у Вас в паспорте написано Ваше имя: Таиса или Таисия?

б) где бы лучше оставить Вам сберкнижку или послать туда, если я буду в отъезде. Если послать ценным письмом Вам туда, то будет обратный адрес, и вообще — что за ценное письмо — любопытные мадамы заинтересуются.

Пожалуй, лучше всего было бы оставить Вам заказным письмом до востребования в Москве, но заказные письма хранятся ограниченное время — три недели. А если Вы там задержитесь в своей экспедиции?

Кому бы отдать, верному человеку? Могу заложить в книжку, а книжку уже заклеить в конверт и оставить Вам у себя на квартире, или у Ксении Михайловны, или запереть в один из ящиков своего стола и оставить Вам в условном месте ключ? Всё это даже интересно — романтично и таинственно. Напишите, как Вы советуете, только не откладывая, чтобы я смог получить сразу по приезде в Москву, что может быть около девятого августа.

Так как это письмо содержит много важных вопросов, то было бы хорошо, чтобы Вы телеграфировали мне сразу же, как получите, сюда, в Дом писателя, что Вы письмо получили, и я буду уже спокойно ждать Вашего ответа в Москву.

Да, не забудьте заранее заказать билеты на автобус — за пять дней до отъезда, и берите автобус первого класса, а не второго. Второклассным ехать неудобно, тогда уже лучше поездом (в мягком вагоне), но на поезд надо заказывать за неделю.

Ну, вот, видите, Таис, «немного» о делах получилось много, но зато обсудили всё.

Однако опять осталось мало места для очередной «сказки» — ведь я не посылаю письмо заказным, чтобы не давать обратного адреса, выполняя Ваше повеление, вполне, впрочем, мне понятное.

Уже давно собираюсь рассказать Вам легенду о Таис, но это будет длинно.

Анатоль Франс написал целую книгу, которая так и называется «Тайс»[102], но она мне не нравится — уж очень много там напущено религиозности и всяких психологических заскоков. Гораздо лучше отражают легенду о Таис, как это мне кажется, три картины одного итальянского художника, вернее, одна тройная картина (триптих), находящаяся в Римской картинной галерее.

Да, прежде чем описать картины, надо сказать вообще о том, кто такая Таис.

В египетском городе Александрия в начале нашей эры, около тысячи восьмисот лет тому назад, жила маленькая гетера (т. е. куртизанка) Таис. Александрия всегда была городом знаменитых куртизанок в эпоху расцвета древней Греции — Эллады, две тысячи двести — две тысячи лет тому назад. Таис жила уже в эпоху христианства. Считалось, что в ней возродилась лучшая прелесть древней Эллады, а гетеры ведь славились не только красотой и мастерством в любви, но и разнообразными знаниями, воспитанием и культурой.

В Таис влюбился знаменитый христианский монах и вероучитель. Он сумел убедить её принять христианство, но сам не устоял перед чарами страсти. Едва Таис это поняла, как ей стало претить христианство, но и к прежнему существованию она вернуться уже не смогла, удалилась в пустыню, но вернулась и пришла к искусству и сделалась моделью знаменитого скульптора, который сделал с неё изумительную статую богини любви. Она полюбила художника, стала его возлюбленной и жила с ним, пока её не отравили изуверы-христиане за измену её новой вере, которой собственно обманул её монах, впавший потом в безумие от своей страсти и нечистых помыслов.

Такова самая основа легенды, по которой есть ряд картин, рассказов и стихотворений.

Так вот, картина, о которой Вам хочу рассказать, следующая[103].

На левой картине, в свете полной яркой, южной луны, перед полукругом белых колонн на высоком пьедестале стоит прекрасная серебряная статуя Афродиты — богини любви и красоты. Всё пусто вокруг, только редкие звёзды сияют в высоте, могучие деревья обступают храм таинственной тёмной стеной, широкая беломраморная лестница спускается на обращённый к морю склон холма. Тонкая струйка благоуханного дыма поднимается в спокойном воздухе с едва курящегося жертвенника. И у подножия статуи одинокая маленькая коленопреклонённая фигурка Таис с поднятым в мольбе к богине лицом. Она просит защитить её от грубости жизни, дать ей в её маленькой жизни побольше красоты и любви.

Правая картина — это залитый ярким солнцем цветущий сад. Пронизанные светом голубые, алые и белые цветы склоняются на высоких ножках к широкой каменной скамье.