Три кита здоровья - Юрий Андреев

Александр Михайлович Дерябин своим травяным раствором«Виватон» совершил подлинный переворот в фармакологии, невзирая на тенепреодолимые препятствия, которые возводили перед ним одно за другим вмедицине власть предержащие. Его препараты, возвращавшие здоровье маститнымкоровам, со временем и до людей дошли, но пока — пока мы тратим насинтетические лекарства сумму, вполне соизмеримую с бюджетом любого из крупныхминистерств.

Не так давно в Улан-Удэ и Ташкенте с помощью самыхсовременных ЭВМ сумели расшифровать записи секретов тибетской медицины.Расшифрованы составные элементы тех рецептов, которые хранились в тайныхкнигах. В ряде случаев пришли к удивительным для современности выводам. Например,самым популярным из всех видов лекарственных растений в прошлом был кореньсолодки, а женьшень занимал лишь третью позицию (впрочем, может быть, из-засвоей дороговизны). А в конце трактата стояла скромненькая-прескромненькаянадпись: «Как составить все эти элементы — спроси у учителя». Не придем ли мы ктому, что учителя, о которых я только что говорил, и иные другие со временемуйдут, а мы останемся перед той же рекомендацией: «Спроси у учителя?..»

Еще и еще раз утверждаю, что состояние медицины нуждается вбезупречно правильном диагнозе. Не поставив его, мы не сможем выздороветь всевместе. Повторяюсь снова и снова: дело не в отдельных консервативных личностях,дело в агонизирующей системе современного здравоохранения. Еще раз выражу своюлюбовь тем врачам-подвижникам, которых немало в нашей медицине, кто честно идобросовестно исполняет свой долг врача и человека.

Безмерным является наше уважение к тем врачам, которыенепосредственно сталкиваются со смертью в борьбе за жизнь, которые безупречновладеют знанием о тех отдельных органах, страдания коих призваны прекращать.Сам-то я уже несколько десятилетий никаких отношений с врачами не имею, нокогда-то, в молодые годы, мне пришлось столкнуться с такими мастерами, память окоторых не исчезает. Это были врачи еще старой земской школы, которые виделичеловека целиком, во всей совокупности его систем, в целостной связи работы егоорганов, в контексте воздействующих на человека обстоятельств. Прихожу как-то кврачу — давным-давно! — вижу, сидит, что-то пишет пожилой человек (вообщеврачам приходится очень много писать, создается впечатление, что это их главнаяработа). Он спрашивает: — Что у вас? — Доктор, меня мучит насморк, уженесколько месяцев ничего не могу с ним поделать. Он бросил на меня мгновенныйвзгляд и снова погрузился в свою писанину: — Ешьте творог. — Какойтворог? — спросил я несколько остолбенело. — Лучше рощинский. —И видя, что я стою в полном онемении, монотонно так пояснил: — Ваш насморк —вегетативного происхождения: от нервного перенапряжения. Вашему организму нехватает кальция. Кальция больше всего в твороге из Рощинского района.Следующий!..

Он не прописал мне никаких капель, никакой химии внутрь. Ядействительно включил в регулярный рацион творог, и эта неприятная привязка,омрачавшая жизнь, очень быстро исчезла.

Но, к сожалению, нам гораздо чаще приходится сталкиваться сявлениями прямо противоположного свойства.

Сколь много вокруг нас врачей, которые курят, которыераздражительны и больны сами… Какая может быть вера явно нездоровомуврачевателю со стороны больного? А часто ли случается, чтобы врач благотворноподействовал на пациента своим доброжелательным отношением? Лечат человека внепонимания того, что он есть сложнейшая совокупность самых разныхвзаимодействий. Например, лечат от онкологического заболевания какой-либоотдельный орган, не желая понять, что онкология — это общее заболевание всегоорганизма, что это пробитая на каком-то уровне вся иммунная система. «Ксожалению, у медицины имеется предел возможностей», — так утешаютродственников, опуская долу глаза. Да ведь это не о медицине, а о еезашоренных, ограниченных деятелях, которые стоят на страже узковедомственных иузкофункциональных подходов к человеку и его здоровью. Подлинная же медицинаспособна творить чудеса под стать евангельским…

Извините, дорогой читатель, мы снова возвращаемся кТоленьке, которому недавно исполнилось два года. Увы, все что сейчас говорилосьо синтетике, медицине и т. д., имеет самое прямое отношение к тем огромнымупущенным возможностям, которыми сызмала характеризуется практически любаясреднестатистическая жизнь. Искренняя забота его родственников, непроглядноневежественных в вопросах здоровья, проявила себя не только в том, что Толя уних постоянно переутеплен и лишен движения, но и в том, что в него бесконечновливали молоко и все время потчевали мясными бульонами и супами. Я попрошувдуматься в то, что буду сейчас говорить, не торопясь отвергнуть сказанное, какбы парадоксально оно ни прозвучало для вашего уха. В яслях и детских садахсуществуют почему-то засекреченные (мне удалось их достать по существу темсамым способом, который столь выразительно был изображен когда-то в кинофильме«Подвиг разведчика») предписания о том, чтобы в детском рационе было ежедневнопредусмотрено до пятисот-шестисот граммов молока.

Хорошо это или плохо? С точки зрения официальной, выражающейвсемерную заботу о ребенке, это великолепно, это выражает заботу общества освоих молодых наследниках. А с точки зрения реального здоровья? Это чудовищно,это страшно!.. Посмотрим непредвзятым взглядом: какое из млекопитающихпользуется молоком, выйдя из грудного возраста? Никакое! Очень просто: когдамалыш выходит из грудного возраста, у него отмирает производство тех ферментов,которые способны на 100 % расщепить попавшее в желудочно-кишечный трактмолоко, ибо природа в своей эволюции экономична и целесообразна и поэтомувполне разумно убрала из организма то, что в естественных условиях послегрудного возраста никогда ему больше не пригодится. Эта ферментативнаяспособность к расщеплению сохраняется в последующем лишь у ничтожной частиособей. Мы с удовольствием вкушаем молоко, особенно по случаю, настоящее парноемолоко. Почему бы нет? Изредка, не в качестве системы. Если же подобное занятиебудет у нас регулярным, то мы станем накапливать в своем организме значительноеколичество внутренних шлаков, которые в виде слизи исподволь начнутобволакивать наши внутренние органы. Существуют весьма серьезные исследования(преимущественно американских онкологов) о том, что подобное неразумноенакопление уже к 25 годам станет представлять собой немалую потенциальнуюугрозу.

Но как же быть с повсеместными рекомендациями насчетпреимущественно молочно-овощной диеты? Да очень просто: анализ диеты долгожителейдоказывает, что значительную ее часть составляют молочнокислые продукты! Этопростокваша, это кефир, это сыры, это брынзы (вымоченные от соли, конечно), этотворог и т. д. Тот как раз остаток в молоке, который человек до концарасщепить не в состоянии, стопроцентно «преодолевается» пищевыми грибками,которые и готовят нам воистину бесценный продукт. В Толеньку, однако, ежедневнозаливали по пол-литра и более цельного молока во всех возможных видах, то естьусердно готовили его к тому, чтобы он занял место на скамейке в приемнойонколога, а также к тому, что в масштабах человеческой жизни очень быстро, еслион доживет, конечно, до 60 лет, у него начнется помутнение роговицы зрачков.