Мозг, ты спишь? 14 историй, которые приоткроют дверь в ночную жизнь нашего самого загадочного органа - Гай Лешцинер

«В тот раз он все-таки добрался до моей половины кровати и схватил меня за руку. Я так испугалась, когда в меня вонзились его ногти. Не успела опомниться, как уже выскочила из кровати и вовсю кричала, хотя я не из крикливых. Меня трясло, я плакала, и после сказала: „Так больше продолжаться не может”. Я поняла, что нужно что-то делать».

Джон умудрился пролить кровь. Тут-то они и решили спать на разных кроватях.

Вместе с тем этот случай не был первым. Джон страдает от этих «ночных ужасов» вот уже пару лет, а не полгода, как было написано в сопроводительном письме. «Мне кажется, все к этому шло годами, – объясняет Лиз. – Прежде чем дело дошло до физического насилия, он издавал очень странный звук, который исходил словно из глубины». Шли месяцы, и приступы становились все серьезнее.

Лиз рассказывает дальше: «Иногда он меня пинал, и делал это с такой яростью, словно меня лягнула взбрыкнувшая лошадь или осел, когда я проходила мимо. Это было так не похоже на Джона. Это и пугало больше всего, потому что ночью он словно становился совсем не тем человеком, которым был днем, и от этого было особенно жутко».

Джон неловко ерзает и гримасничает, слушая, через что пришлось пройти его жене. Лиз продолжает, рассказывая про странные звуки, издаваемые Джоном: «Этот звук постоянно нарастал и всегда пугал меня. Что же он собирается сделать, когда дойдет до предела? Кинется на меня или еще что-то?»

Подобное случалось раз в одну-две недели. Даже после того как они стали спать в разных кроватях, Лиз все равно слышала, как Джон мечется в своей.

Джон говорит мне: «Хотя я и понимал, что мне снится всякое, все равно не осознавал, что эти сны проявляются подобным образом, – что я ворочался в кровати, выпрыгивал из нее, кричал очень странным голосом и все в таком духе, – пока Лиз мне об этом не рассказала».

Я поинтересовался у него, что же ему снится.

«Это обычные кошмары, например, когда внезапно оказываешься в огромном лесу с тигром. Сначала делаешь что-то совершенно заурядное – нет ничего удивительно в том, что ты в лесу (а я бывал в лесу, знаете, частенько), – однако вдруг осознаешь чье-то присутствие, которого вовсе не ждешь, возникает опасность, и ты пугаешься. Это может быть какое-то животное либо всякие штуки, которые обычно пугают людей, вроде змей или чего-то в этом духе. Штуки, которые могут укусить или сожрать. Обычно в тот момент, когда их челюсти вот-вот должны на тебе сомкнуться, ты и просыпаешься».

Как говорит Лиз, Джон иногда испускает, как она это описывает, бездушный вопль, когда он подскакивает или пинается. «Я пинаю, как правило, какое-то животное, чтобы отогнать его».

Сначала Лиз боялась, что у Джона эпилепсия, а тот толком не знал, что думать. «Мне теперь постоянно стыдно за это. С тех пор как моя жена рассказала про мои ночные выходки и про то, каким агрессивным становлюсь, я их побаиваюсь».