О самом главном с доктором Мясниковым - Александр Мясников(врач-внук)

Если мы будем такому больному давать разжижающие кровь препараты, как положено при тромбозе, они человека просто убьют. Поэтому лечение можно начинать только после проведения компьютерной томографии головы . С ее помощью можно разобраться, у кого кровотечение, а у кого тромбоз. Поэтому компьютерная томография должна быть сделана в первые три часа от начала появления первых симптомов. Поэтому, если случилось несчастье, немедленно вызываем «Скорую».

...

Сейчас почти по всей России есть первичные сосудистые центры по больницам и округам. «Скорая» повезет пациента именно туда. Потому что если она привезет его в обычный приемный покой, где начнут проверять паспортные данные, а врач начнет расспрашивать, что случилось, то это будет непоправимой потерей времени.

«Скорая помощь» обязана везти больного, минуя приемный покой, сразу на компьютерную томографию, которая в этих центрах работает круглосуточно.

Если нет противопоказаний, к которым относится недавно перенесенная операция, очень повышенное давление, нарушения свертываемости крови, тогда больному будет вводиться тромболитик, который растворяет тромб, и у человека появляется шанс на обращение процесса вспять. Через три часа после нарушения кровообращения мозг начинает отмирать. До этого времени ткань мозга «оглушена» недостатком кислорода, но ее можно вернуть к жизни.

Позже, даже если больной выжил, на месте инфаркта мозга образуется рубец, и растворяй тромб – не растворяй, восстановиться человеку это уже не поможет. Вот почему первые часы после случившегося так важны.

А бывает и так: человек лег спать нормально, а утром встает – у него повисшая губа и слабость в руке. Он не помнит, как это произошло, проснулся уже таким. В этом случае о тромболизисе речь уже не идет, ведь инцидент мог произойти как в течение трех последних часов, так и раньше. Рисковать в такой ситуации врач не будет, тромболизис опасен сам по себе.

Если инсульт уже произошел, то ничего повернуть вспять нельзя. Ткань умерла, и никаких дальнейших действий по ее восстановлению сделать нельзя. Правда, иногда уже после инсульта продолжается закупорка других мелких сосудов, и область инсульта распространяется все больше и шире. Тогда мы даем разжижающие кровь препараты, но это бывает редко. Если инсульт произошел, то основным лечением является аспирин, и еще внутривенно вливается соленый раствор воды (физраствор).

Как-то прочитал отзыв о больнице, мол, они там не лечат, только дают аспирин и соленую водичку. Но аспирин и соленая водичка – это как раз то, что нужно. Главное в этой ситуации – насытить организм слабосолевым раствором, потому что такая вода по составу напоминает кровь. А аспирин является профилактикой дальнейших осложнений!

В этом промежутке времени основу лечения составляет наблюдение за острым периодом. Если возникают осложнения, их корректируют, а потом начинают реабилитацию. Пациент должен как можно раньше попасть в палату, где будут работать окулисты, логопеды, психотерапевты, физиотерапевты, специалисты по лечебной физкультуре.

Это надо делать в самые первые дни. Задача не просто давать лекарства, так как огромное количество препаратов, которые претендуют на восстановительное действие, на самом деле «голубая вода». Церебролизин, мексидол, глицин, стугерон, кавинтон, актовегин, эглонил – это все лекарства с недоказанной эффективностью.

Хуже они не сделают, но и не помогут (смотрите приложение со списком лекарств, эффективность которых не доказана). Но больницы тратят миллионы, закупая их, а потом денег не хватает на действительно эффективные препараты, те же антибиотики.

Самое главное – не давать эти мистические препараты, а правильно организовать лечение: моментальная доставка больного, проведение тромболизиса, если возможно, как можно более ранняя реабилитация мультидисциплинарной бригадой врачей.

Надо помнить, что если произошел инсульт, то определенный участок мозга уже умер. И его никакими мексидолами не вернуть. Надо восстанавливать пациента, развивая другие участки его мозга. А еще лучше до этого не доводить и заранее бороться с факторами риска!

Если уже была предшествующая транзиторная ишемическая атака, то медикаментозно корректировать имеющиеся нарушения и консультироваться у сосудистого хирурга. Если специальное исследование выявило сужение сосуда на 70 % и больше, то возможно проведение операции по исправлению ситуации.

Это так страшно только звучит – 50 %, 70 %; на самом деле сужение до 50 % почти не вызывает существенного изменения кровотока. Поэтому сужения до 50 % хирургической коррекции не подлежат, а от 50 % до 70 % – в зависимости от обстоятельств. Надо тщательно взвесить потенциальный риск операции и ту степень пользы, что может она принести. Когда сужение 70 % и больше, в большинстве случаев перевешивает потенциальная польза.