В пепел. Кадет - Ли Ода

глава первая

— Держать! Держать управление!

— Господин Каври, капитан, это бесполезно! Пора уходить!

— Держать элероны, я сказал!!!

— Мы все равно ничего не можем!

— Можем! Контролировать падение! И будем делать это до…

Сверху в крышу ударил кусок разваливающейся оболочки и тут же отскочил. Но не успела команда дирижабля перевести дух, как следующий горящий обломок пробил-таки потолок и вломился внутрь, превратив рубку в ад. А потом огонь потек вниз, охватывая палубу за палубой. Но усилия капитана оказались не напрасны. Едва воздушное судно пусть и жестко, но все-таки приземлилось, а не упало, с нижней, грузовой палубы, начали выбегать люди, помогая раненным и просто слабым. И когда гондола вспыхнула полностью, пассажиров на ее борту уже не было.

Рейс по маршруту Реска — Сонресорм закончился. Катастрофой.

Очнулся Пепел в госпитале — он почему-то сразу это понял. Наверное, запахи помогли. А еще боль. Но лишь через пару минут бездумного разглядывания высокого беленого потолка сообразил кто он и на каком свете. А вот как здесь оказался…

Последнее, что запомнилось — как сидел в роскошной каюте своего опекуна ресса Ретенауи. Почему-то на столе и при этом раскачивая ногой. Глава тайной канцелярии империи морщился, глядя на такое, но молчал. Выходит, что-то этому хитроумному рессу было от него нужно. Факт. Интересно, что?

Пепел напрягся и… вспомнил. Вспомнил весь разговор, целиком.

— Дари, я сказал нет, — вещал Ретен, удобно устроившись на диване и откинувшись на спинку. — Мы же обсуждали это. И не один раз.

— Значит, придется обсудить еще, — Пепел продолжал упрямо размахивать ногой.

— Не поможет. Да, я согласился на эту авантюру, но уж если использовать тебя в качестве подсадной утки, то с максимальными гарантиями безопасности. То есть ты всегда будешь на виду и рядом со мной.

— Но…

— Всегда, Эрдари! Не обсуждается. Никакой самодеятельности.

— А ты уверен, что на такую утку хоть кто-нибудь клюнет?

— Посмотрим. Но все равно, ничего другого ты делать не будешь.

— Кроме как сидеть здесь и бесить тебя, папенька?

— Второе необязательно.

— Обязательно. Оно идет в комплекте.

«Папенька», заполучивший это прозвище еще в начале их знакомства и при очень… интересных обстоятельствах, не выдержал и вышел из каюты, оставив кадета Эрдари Равеслаута дуться в одиночестве. Впрочем, дверь замкнуть не забыл. На два оборота.

«Ага, стоило заканчивать аж три курса самой крутой военной академии империи, да еще и по специальности «агентурная разведка», чтобы потом тебя закрыли в кабинете словно любимого, но дурного мопса. Это не говоря про еще кое-какие интересные и не афишируемые страницы пепловой биографии, типа детства в борделе и успешной «карьеры» уличного воришки.»

— Адовы демоны! — Дари соскочил со стола и пошел к выходу, нашаривая в кармане отмычку. — А вот хрен тебе, сиятельный ресс. В канцелярии своей командовать будешь, лордиков гонять. А я тебе…

Но Ретен оказался хитрее. Дойти до двери Пепел не успел — открылась она раньше, пропуская внутрь кроме самого ресса еще двоих, то есть всю их… ээ… разведгруппу. Первой шагнула через порог высокая женщина с узким скуластым лицом, тонким, с горбинкой носом и пристальными темно-серыми глазами. Тоже ресса — в том, что дама старой крови не было ни малейших сомнений, можно даже на волосы не смотреть, хотя и они у нее были, как и положено — совершенно белыми. Просто ресса Эрселин, декан кафедры военной медицины академии Шант Эли, как и большинство медичек предпочитала убирать их в косу и чем-нибудь прикрывать. Чтоб не мешались. Сегодня, к примеру, на ней была совершенно очаровательная шляпка, идеально оттенявшая черты лица.

Еще один преподаватель Пепла, и тоже декан, шагнул следом за ней. Господин Валент, глава дипломатического факультета и наставник в такой интересной дисциплине, как агентура и внедрение. Несмотря на рост, не уступавший Эрс, он тут же привычно растворился в обстановке кабинета, слившись с ней на удивление органично. Профессионал, что уж. Прежде чем возглавить кафедру в академии, он больше двадцати лет проработал «в поле» по той самой специальности, которую сейчас преподавал. Где и спелся в свое время с Ретеном, а заодно заработал дивно меткую кличку Штопор — за умение ввинтиться куда угодно.

Собрались они здесь именно такой компанией отнюдь не случайно. Эрс… То бишь рессе Эрселин не терпелось поквитаться с родней за кое-какие грешки в отношении нее, а Валент был совсем не против помочь ей в этом — по сугубо личным причинам. Ретен же оказался не прочь воспользоваться этим их желанием в своих целях. Вернее, в целях общего благополучия империи, и… своего ведомства. А Пепел к их команде, по сути, внаглую примазался, с огромным трудом уговорив опекуна взять его с собой в качестве живца. Для той дичи, на которую они планировали поохотиться, приманка могла оказаться действительно аппетитной. Так что каникулы для всех обещали стать весьма насыщенным и нескучным.

— Значит так, — начал Ретен, дождавшись пока гости рассядутся в кресла, а Пепел перестанет возмущенно раздувать ноздри и вернется на стол — как на насест, — поскольку кадет Равеслаут никак не может… или не хочет уяснить свою роль в предстоящих… событиях, предлагаю повторить все еще раз — коротко и четко. Для остальных, надеюсь, оно тоже лишним не станет. Итак…

Договорить не получилось. Словно в ответ на ретеново «итак», по всему воздушному кораблю понесся панический вой пожарной сирены. И резко стало не до разговоров.

Дальнейшее Пепел помнил уже обрывками, что с его абсолютной памятью было странно. Как вслед за Ретеном, обогнав Валента, выскочил из каюты — еще да; потом провал; потом, кажется, были клубы дыма, ползущего со стороны лестницы на верхнюю палубу… Помнил и как по распоряжению Эрс волок вниз по другой лестнице какого-то господина, стиснувшего зубы от боли в обожженной ноге, а вот дальше — ничего. Совсем. Н-да… Но хоть понятно теперь, как он здесь оказался…

Демоны, а что с остальными?!

Пепел попытался вскочить, но вместо этого лишь приподнялся и застонал — всю правую сторону тела скрутила острая волна боли.

— Лежи! — сильные руки осторожно прижали его к кровати. — Не дергайся, парень. Нельзя.

И Пепел тут же послушно улегся — потому, что узнал голос.

— Гос-сподин В-валент? — говорить было трудно — лицо с правой