Пыль - Михаил Диаминов

Михаил Диаминов

Пыль

Светло-серая пустыня тянулась вдаль, перемежаемая холмами, впадинами, а где-то там вдали, виднелся целый горный кряж с ослепительно белыми вершинами и тёмными ущельями.

Джус посмотрел себе под лапы, одна из которых провалилась между волокон. Вся поверхность по которой они, с отцом и Хэнком, шли, состояла из переплетений толстых канатов, которые, в свою очередь, были скручены из других волокон. Сами волокна и канаты на вид были серыми, иногда только в них виднелись светлые, полупрозрачные нити, но нередко были и тёмные, или даже чёрные нити. Тем не менее, при взгляде вдаль, вся волокнистая поверхность превращалась в белую пустыню, с холмами и впадинами.

Вытащив одну из своих лап, Джус увидел справа от себя, в более широком прогале меж волокон, торчащий наружу светло-бежевый край чего-то прямоугольного, слегка приплюснутого.

– Папа, я нашёл! – крикнул Джус, и схватился лапами за находку.

Вытащив находку из расщелины на поверхность, он оглядел её: светло-бежевая, шершавая поверхность, покрывающая уплощённый прямоугольник с неровными краями, словно кирпич, размером с половину самого Джуса, ну или одну треть отца, Джуси самому ещё расти и расти, ну или четверть толстяка Хэнка – одним словом, кирпич был неплохого размера, судя по всему. Под полупрозрачной мутной поверхностью виднелся шар, или как его называл фон Зельц – ядро.

– Молодец сынок, – улыбнулся отец, подходя ближе.

– С почином тебя, малыш Джуси! – прогудел Хэнк.

Джус зарделся, от удовольствия зашевелив всеми свободными лапами, и не удивительно – сегодня его впервые взяли на поверхность для сбора »дерм». Штуки эти называли по разному: кто-то «кутисом», кто-то «эпиксом»», а умник Ван Зельц, задрав нос, называл это «кориум», чудак… но в простонародье это называли просто «дерма».

– Надо же, – сказал Боб, приходившийся отцом Джуси, почесав бок,, – кто-то умудрился пропустить такую, не самую маленькую дерму, а ведь вокруге всё уже собрали, от чего нам и придётся идти дальше, за холм.

Джус подбоченился:

– Она просто между волокон застряла, я бы и сам не заметил, если бы лапа не провалилась. А как же из них мы делаем еду?

– Хо-хо! – воскликнул Хэнк, – их можно есть и так, если не боишься конечно… вот смотри, – с этими словами Хэнк взял дерму, и откусил от неё смачный кусок.

Боб укоризненно посмотрел на Хэнка, а затем, наставительно, на сына:

– Это не правильный способ поедания дерм, их для начала нужно переработать в наших грибницах.

– Суховата… – смущённо ответил Хэнк с набитым ртом.

Они продолжали движение, начиная восхождение на холм…

Время от времени, канаты, из сплетения которых состояло вся поверхность по которой они шли, в силу тех или иных причин, обрывались, и тогда такие оборванные концы торчали вверх над поверхностью, растопырившись волокнами во все стороны. Холм, на который они взбирались, был покрыт лесами таких встопорщенных и растрепавшихся канатов, а иногда, ещё более старые канаты, растрёпывались до такой степени, что образовывали непроходимые кустарники.

Ещё не успев дойти до вершины холма, вся троица заметила какое-то движение. Рефлекторно остановившись, они тут же увидели, как из-за холма вырастает нечто огромное. Застыв на месте, они потрясённо наблюдали, как из-за вершины выплывает нечто шарообразное, с огромными зелёными глазами, и треугольными ушами над ними. Голова повернулась в бок, и через несколько мгновений за головой показалось туловище на четырёх ногах, задние из которых, были куда шире и массивнее передних.

–Это котий! – завопил Хэнк, пытаясь перекричать звук раскатистых шагов, от которых дрожала вся поверхность.

– А он опасен?! Спросил настороженно Джус.

– Если лапой не раздавит, то нет, – ответил восхищённо Боб.

– А вот блохусы, которые с него могут спрыгнуть, вот они те ещё твари… встречался я как-то с одной, бр-р-р… – поёжился Хэнк.

Котий, к счастью, двигавшийся мимо, уже отошёл в сторону, затем присев, с утробным, выворачивающим внутренности криком: – «мау!», спрыгнул в пропасть, которую отсюда было не видно, на последок махнув длинным хвостом.

Джус заметил, что после взмаха хвоста в воздух что-то взмыло, направляясь прямо в их сторону.

– Смотрите! – крикнул он, указывая лапой вверх.

Все задрали головы, там кувыркалось и кружилось что-то продолговатое, тонкое.

Ложись! – закричал Хэнк, отбегая в сторону, ныряя за торчащий, распушённый канат, Джус и Боб последовали его примеру.

Шух – шух, хрясь! Джус, приподнимаясь на лапы и оглядываясь на место, куда со странным звуком прилетело нечто, увидел, как почти у самой вершины холма, в поверхность воткнулась длинная, тёмно-серая спица, ещё продолжавшая качаться по инерции.

Встав и отряхнувшись, троица сборщиков подошла к торчащей штуковине.

– Волос Котия, – авторитетно заявил Хэнк, – видимо при взмахе хвоста выпал.

Волос воткнулся на добрых три слоя канатов, намертво встряв в вертикальном положении. Его поверхность была сегментированной, каждый сегмент состоял из больших чешуек, между которых Джус увидел мерцающую круглую капельку жидкости.

– Капля пота! – вскричал радостно Хэнк, – и смущённо обернувшись на напарников, спросил, – вы не против? А то после этой дермы в глотке пересохло.

– Нельзя без обработки, – проворчал Боб, – но Хэнк отмахнувшись, втянул в себя каплю.

– Фух… – облегчённо утёр лоб Хэнк, – вот теперь можно и дальше идти…

Когда они поднялись на вершину холма, то Джус чуть не начал припрыгивать от восторга: перед его взором открылся потрясающий вид на прекрасную долину, обрамленную пологими холмами с одной страны, и горным хребтом с другой. Вся долина была усеяна «дермами», и многочисленные его сородичи бродили туда-сюда, собирая их и нагружая на спины грузчиков, после чего те, отправлялись на базу.

Горный кряж, в отличии от белой долины и холмов, был синего цвета, покрытый некими узорами

, местами нависая, образовывая козырьки и гроты, но больше всего поражало Джуса не это, а то, что противоположный, от холма на котором они сейчас стояли, край долины, сиял ослепительно жёлтым сиянием. Выглядело это странно: часть поверхности долины, с куском горного кряжа, была покрыта сияющим прямоугольником, от которого, вверх, наискось, куда-то, куда не доставало зрение, уходила еле видимая в воздухе полоса света.

– Смотрите! – не удержавшись, закричал Джус. – Что это там так светиться?!

Отец нахмурился:

– Это, сынок, радиационное пятно, и в него вступать ни за что нельзя! Запомни это.

Джус пригляделся, и действительно – сборщики «дерм» туда не ходили, и вообще держались от светящейся области подальше.

– Да, малыш Джуси, туда лучше не соваться, иначе… в общем это опасно… Эти пятна даже гигантского Котия с места своей спячки согнали, видели как он мимо нас