Первый инженер императора – II - Александр Вольт

Первый инженер императора — II

Глава 1

ГЛАВА 1

— Впереди следы!

Топот копыт разносился по всему лесу, потому что мужчина верхом на лошади несся в нашу сторону галопом. Во влажном и слегка затуманенном лесном пространстве его фигура казалась несколько мутной и искаженной, словно мы наблюдали за мороком, а не живым существом.

С начала похода прошло уже два дня. Почти что с самого начала все пошло не по плану, которого наш отряд собирался придерживаться.

Если конкретнее, то Иван по прозвищу Кречет проложил маршрут, который должен был привести нас к остаткам небольшого городка, от которого остались руины и нужные нам компоненты.

В первый же день, когда мы зашли в густую и дикую чащу леса, в которой давным-давно не ступала нога человека — начались странности.

Начнем с того, что туман окутал пространство, загораживая обзор дальше, чем на пару десятков метров. Со всех сторон доносились шорохи, скрипы, шаги и шуршание. Мне, как человеку, привыкшему к такой вещи, как материализм, все казалось понятным — лес жил своей жизнью.

Подует ветер и заскрипят старые сухи ветви. Надломленные стволы трещат под тяжестью собственного веса, когда по ним проскакивает белка или садится местный хищный птах.

Лисы и мыши шуршат за каждой кучей старой пожухлой листвы. Первый старается затаиться и выжить, а второй усердно ищет добычу.

Воздух был настолько насыщенным влагой, что она конденсировалась на бровях, прядях волос и на кончике носа. Отличие от сауны было лишь в температуре.

И каждому звуку я мог бы дать научное и абсолютно материальное объяснение, но мои спутники придерживались абсолютно иного мнения.

К концу дня, пройдя почти два десятка километров, когда мы стали табором, а землю накрыло плотное одеяло ночи, мы развели костер. Иван уверенно отдавал указания, делил людей на часовых, которые обязаны были охранять по два сон остальной группы и в случае малейшей опасности — будить остальных.

И не нравился хламникам не только туман, что окутал собой пространство и загораживал обзор, а тишина, наступившая вместе с ночью. Не понравилось Ивану и то, что на привычном месте стоянки, как он выразился, ему показалось, что кто-то был ранее.

Я спросил у него, не могли ли это быть те самые звери, о которых он говорил, встречи с которыми они старались избегать и именно поэтому путешествовали разными путями.

Мужчина хмурился, всматривался в окружение, но не мог найти ни одного подтверждения своим словам, но будто бы нутром чуял, что что-то не так.

Ночь прошла спокойно, хотя и спал я тревожно. Мне снилось что-то медное, но я не мог вспомнить что конкретно. Этот оттенок словно мелькал перед глазами то тут, то там, а вместе с ним слышался и голос. Сначала я подумал, что это Шепот, но Скворцов оговорил, что он взывает к самым темным сторонам человеческой сущности.

Я же не помнил ничего такого. Только медный оттенок и приглушенный голос, словно за огромной толстой подушкой.

Второй день прошел еще более напряженно. Иван постоянно осматривался по сторонам и что-то бубнил себе в бороду. Его люди продолжали идти вперед вместе со мной, но нависшее тяжелое молчание давило на сознание.

Я не задавал вопросов, потому что не хотел создавать дополнительных трудностей и поэтому просто держался рядом и прислушивался к каждому шороху. И, что меня удивило, этих самых шорохов стало больше.

Звуки, словно вокруг нас движутся звери — усилился. Не какие-то маленькие ножки, крыски, мышки, а полноценный шелест опадшей листвы. То с правой стороны, то с левой, то позади, то немного спереди. И каждый раз, как только я бросал косой взгляд, мне казалось, что я что-то увидел. Черный смазанный силуэт, который исчезал во мгновение ока и растворялся в тумане.

Я готов был поклясться, что точно что-то видел, но каждый раз смахивал на разыгравшееся воображение.

Утром третьего дня Руслан сказал, что у него на душе неспокойно и он хочет разведать путь впереди один, чтобы меньше издавать шума. Иван не стал ему отказывать и разрешил поступить так, как он чувствует.

Мы же двинулись следом, но в замедленном темпе. И спустя несколько часов томительного ожидания в неспешном движении — он вернулся.

Потянув поводья, Руслан остановил лошадь, из ноздрей которой вырывались целые клубы пара при каждом выдохе. Лошадь пучила глаза и недовольно стригла ушами, нервно ударяя копытом по земле. Ей явно не понравилось, что хозяин заставил ее гнать назад во весь опор.

— Конкретнее, — сказал Иван. — Что там?

— Следы подошв, свежие. Они появились откуда-то из чащи, потому что до того их не было.

— Или заметали, — подметил я. — До тех пор, пока мы не нагнали их.

— Какой смысл прятать за собой следы, если достаточно было просто идти по чащобе? — горячился Руслан. — Я же четко видел, что они вышли со стороны леса на тракт и пошли дальше.

Я пожал плечами.

— Чтобы запудрить мозги. Нельзя исключать ни единого варианта.

— Сколько пар ног? — встрял Иван, которого наши рассуждения интересовали явно меньше всего. Его лицо было напряжено и сосредоточено. Явно видно выражение лица человека, который привык руководить отрядом и сразу принимать решения в возникших непредвиденных обстоятельствах.

— Тяжело сказать, но не меньше семи точно. Там каша из следов.

— С собой повозка или еще что-то есть?

— Нет, — отрапортовал Руслан.

Иван помолчал. Я видел, как желваки играют на его лице, а мозг занят мыслительным процессом. Мой же просчитывал в фоновом режиме все возможные варианты событий, но не находил ни одного решения. Проблема заключалась в том, что даже если сравнивать ситуацию с осадой Великого Новгорода, то здесь неизвестных переменных было еще больше.

Что за люди? Сколько их конкретно человек? Вооружены или нет? Владеют ли магией? А вдруг это просто существа, которые научились имитировать человеческие следы при помощи ботинок людей, которых они ранее загубили и теперь хотят запудрить мозги нам и напасть из засады?

От одной только мысли, что такое могут сделать какие-нибудь дикие твари становилось дурно. И если сказать, что это невозможно, то смею разочаровать. Совсем недавно я был уверен, что магии не существует, а монархия, феодалы и аристократы — пережиток прошлого.

Но вот я здесь.

В дорогу выдвинулись все осторожно, но ходу все равно