Слияние - Инди Видум

Слияние

Глава 1

Проверив навыки по возвращении в Дугарск, я знатно удивился и решил, что мне жизненно необходимы площадные заклинания. Потому что рост оказался просто нереальным. Такие важные навыки, как воздействие на разум и иммунитет к нему, увеличились на три и четыре пункта — до шестого и одиннадцатого уровня, соответственно. Модифицированная удача подросла на два уровня. Кстати, повышенное выпадение навыков могло быть связано как раз с тем, что она перевалила за некий барьер — Кража навыка после десятого уровня может утащить сразу два. Интуиция тоже добрала два и теперь радовала десятым уровнем. Два уровня взяла незаметность. И один — ощущение чужого внимания. Устойчивость к зоне поднялась до четвертого.

Искра уровень не взяла, а вот пиромания поднялась на третий.

Больше всех увеличилась Теневая стрела — сразу на шесть, и со своим тридцать четвертым уровнем стала самым высоким из моих навыков. Теневой кинжал добрался до четырнадцатого уровня.

Сила и скорость добавили по три и стали десятого и девятого уровней. Два уровня взяла меткость, и три — мимикрия.

Не обошлось и без новых навыков. Так, наверняка с глубинников я получил плавание и подводное дыхание, причем сразу оба поднял: первый навык — до четвертого уровня, второй — до третьего. Под водой я сейчас мог дышать аж 30 секунд. Проверять, засунув голову в тазик, не тянуло. До следующего лета подождет.

Появилось загадочное чувство направления первого уровня. И не менее загадочный Теневой сгусток второго. Его я сразу опробовал, полюбовался на кляксу неправильной формы и рассеял: проверять действие надо будет снаружи, и лучше в зоне.

Сообщал я об этом Валерону, сидя после парной с кружкой горячего чая в руке. Прохоров пришел раньше меня и, поскольку тоже не любил грязь, затопил баньку, которая к моему приходу как раз набрала жара. В предбаннике тоже было тепло, поэтому прежде чем идти мыться и париться, я притащил плитку, чайник и всё для чаепития.

Прохоров как раз в очередной раз отправился в парную, поэтому я с Валероном мог говорить, не опасаясь сказать лишнего при постороннем. Правда, я все равно говорил на немецком — Валерону без разницы, на каком языке я с ним общаюсь, а мне тренировка и некая иллюзия спокойствия. Вернется Прохоров — перейду на русский, не буду его смущать и говорить о своих секретах.

— Неплохой результат, — с легким оттенком недовольства сказал Валерон, причем свое недовольство тут же и объяснил: — Но как подумаю, сколько навыков ты упустил с этой толпы глубинников… С них же наверняка, кроме Тени, Вода падала, сродства к которой у тебя нет. Тебе нужно срочно все стихийные добивать.

— Срочно не получится. Ковка в приоритете.

— Поспрашивай целителя. Вдруг можно как-то ускорить?

— Мне сродства к Огню хватило, чтобы понять: лучше не торопиться, — отрезал я. — Пусть лучше пропадут навыки, о которых я даже не узнаю, чем пропаду я сам.

— Довод, — расстроенно тявкнул Валерон. — И все же много теряется. А вдруг стихии идут отдельно от основных сродств?

— Даже спрашивать не буду, — отрезал я. — Незачем к себе привлекать лишнего внимания. Бочаров — княжеский человек, доносит ему все. А я и без того постоянно где-то прокалываюсь.

— Но навыки… — простонал Валерон.

— Мне бы то освоить, что уже есть. С кристаллов наверняка новые схемы выпадут. Распыляться перед походом в зону на изучение новых заклинаний не стоит. Лучше на хорошем уровне владеть несколькими, чем как попало многими.

— Это да, — Валерон тоскливо вздохнул и сложил голову на лапы, но сказать больше ничего не успел, потому что в предбанник вышел Прохоров.

— Эх, хорошо, — выдохнул он. — Счас посижу немного и ище пойду. А ты как? Веничком отхожу — как новенький будешь.

— Вениками только виноватых охаживают, — заявил Валерон.

— Ты просто ничего в бане не понимаешь, лохматый, — заявил Прохоров.

— Нужна мне ваша баня, — фыркнул Валерон. — Мне и без нее хорошо. Ты бы еще Мите предложил.

— Мите нельзя — заржавеет, — уверенно сказал Прохоров. — Он же с металла.

— Ничего там не заржавеет, — тявкнул Валерон. — Там металл с зоны, он не ржавеет.

— Дык все равно не почувствует ничего.

— Это-то и обидно, — буркнул Валерон, не простивший паука за слив информации о конфетах. Уверен, воспитательную беседу он провел. Но похоже, безрезультатно.

В парную я пошел, и там мы с Прохоровым от души друг друга отхлестали березовым веником. Вышел я оттуда как заново родившийся. Нет, все же баня — вещь. Ничего не сравнится с хорошей парной, а здесь она была именно хорошая.

— Деминские как, сезон закрыли? — спросил Прохоров, когда мы уже окончательно решили, что на сегодня хватит, и сидели, попивая чай.

— Пару раз еще сходят, — осторожно ответил я без уточнения подробностей.

Потому что манок у Демина остался. Но не наш. Хитрожопый заказчик договорился еще с кем-то, но от той артели не осталось ничего такого, по чему можно было бы определить, кто это был. Куски тел, потоптанные личные вещи и совершенно целый манок. Этот манок Демин решил оставить себе и сходить еще через неделю-две, пока озеро не встало, потому что выбили мы не всех, кое-кто остался. А улов оказался на редкость удачный. Особенно на кристаллы. Содержимое целых сердец пришлось вытряхивать, а кое-где и вытаскивать через аорту, потому что заказчик не уточнял необходимость еще и кристаллов из сердец. Сердца целые? Целые. Значит, с нас никакого спроса. По просьбе Демина в паре я оставил по кристаллу. Узнал бы об этом Валерон, наверняка сказал бы, что самые ценные. Но не узнает и не расстроится.

— А мои всё, — грустно сказал Прохоров. — Решили закрывать сезон. Будут новое место искать. Оттель напишут. Как раз за зиму обустроиться хотят.

— Писать сюда будут?

— А куда еще? Мы же на артефакторов учимся. Кстати, на воротах сказали, что Коломейко приехал. Я уж и не чаял его увидеть-то. Он слинять хотел, да токмо его не выпустили.

— В смысле слинять? Ты же сказал, что он приехал?

— Дык он приехал, чтобы остаток