Домино 4 - Иван Катиш

Глава 1

Откуда прилетел кулак я не понял, но успел слегка отклониться, и рука нападавшего прошла по касательной. Однако этого оказалось достаточно, чтобы я споткнулся и упал, ободрав ладонь о борт грузовика. Все звуки как-то стихли, нападавший сразу куда-то делся, но я все-таки услышал, как завизжала Кьяра. «Да что это такое, прямо во дворе Управления», — успел подумать я, но тут надо мной пролетела Кьяра и зацепила ногой артехран на моем пальце. Артехран слетел и откатился в сторону.

Кьяра, не переставая визжать, пошла на второй круг вокруг пикапа, постепенно расширяя радиус, а нападавший гнался за ней, безуспешно пытаясь схватить ее за волосы. Но у Кьяриных волос было собственное мнение, кому можно их хватать, а кому нельзя, так что ничего у него не вышло.

И тут уже нападавший случайно пнул мой валяющийся артехран, и оттуда вылетели контейнеры со свежесделанными крокодилами. Оба контейнера тут же распахнулись, и крокодилы вывалились наружу. Я немедленно зарядил им серию команд: «Бери! Неси! Вперед!» Сам вскочил и бросил вслед агрессору воздушную петлю, которую тот развеял, не глядя.

Однако на какую-то секунду его это задержало, а вот на новых действующих лиц он внимания вообще не обратил. И зря. Между тем, Кьяра метнулась ко входу в Управление, где наконец показались люди. Но к этому моменту крокодилы обработали команду, оживились, подпрыгнули вслед нападавшему, схватили его за руки, уронили на землю и резво потащили его по направлению собственного движения.

Нападавший попытался зацепиться за что-нибудь ногами, но цепляться было решительно не за что, и противостоять туманной силе двух четвероногих он не смог. Некоторая разница в высоте между крокодилами ничуть им не мешала. Держали они агрессора цепко, двигались резво и даже почти синхронно. Разве что тому, у кого были ножки покороче, приходилось немножко быстрее ими шевелить. Нападавший собирал пыль воротником и дрыгал ногами, но безуспешно. Крокодилы решительно волокли его вперед.

Я встал и отряхнулся на каком-то автомате. Кьяра остановилась и обернулась. Кажется, чудом спаслись.

— Ффухх, — выдохнула Кьяра и немедленно вернулась ко мне. — Кто это был? И что теперь?

— Вот не знаю, — я поморщился, вспоминая свой не сильно удачный перфоманс. — Может, это какой-то новый шпион? Только что он делал тут на парковке?

— Как думаешь, далеко они его унесут?

— Думаю, насколько смогут. Или пока не упрутся во что-нибудь, или пока не растекутся под солнцем. Они ж у нас свежие совсем.

Мы посмотрели вслед крокодилам. Останавливать их совершенно не хотелось, я не понял, кто это был и победим ли мы его сами.

Утащить нападавшего крокодилам удалось недалеко. Метрах в пятидесяти они застряли, поскольку умудрились пробежать с разных сторон от вертикального ограничителя, изображавшего собой забор вокруг Управления, и врубили злодея головой прямо в эту палку. Сообразить, что не так, у них не получилось, поэтому они продолжали и дальше дергать его за руки, пытаясь продолжить движение. Голову ему им удалось разбить с первого удара, а потом, когда тело обмякло и сместилось, основное давление пришлось на плечо, и теперь их совместные усилия грозили оторвать мужчине руку.

— Это что такое? — раздался сердитый голос Романа Николаевича, который быстро спустился к нам на парковку. — Балакирев, это твой арестант! Почему он на улице? Кто позволил?

— Разберемся, — пообещал Балакирев и длинными шагами двинулся к сбежавшему арестанту.

Добравшись до места затыка, он всё понял, повернулся ко мне и крикнул.

— Марк, это же ваше зверье? Остановите их, пожалуйста.

Я скомандовал крокодилам остановиться и отпустить врага, но руку из рта отпустил только второй крокодил, поменьше, а первого пришлось приструнить Кьяре.

— Я говорил, что ты его для себя сделала, — заметил я.

— Зато как пригодилось! — воскликнула Кьяра.

— Не поспоришь, — засмеялся я.

Апгрейд команд действительно пришелся весьма кстати. Хотя мы в страшном сне так использовать крокодилов не собирались.

Нападавший лежал без сознания и потихоньку истекал кровью. Балакирев подхватил побитое тело, повесил его себе на плечо и понес обратно к Управлению.

— Ты уверен, что его нужно сюда? — поинтересовался Роман Николаевич.

— А куда? — парировал Балакирев. — Сейчас вызовем медиков, а пока пусть в коридоре полежит. Когда они приедут, запрем его в кокон, у них теперь есть лишние. А то сюда кто-нибудь по делу приедет, да и раздавит ненароком.

— Туда ему и дорога, — пробормотала Кьяра.

Тут Балакирев остановился и повернулся к нам:

— Вы-то, ребят, как?

— Мы нормально, — отозвалась Кьяра.

А я вспомнил, что помимо артефакта у меня еще есть лечебное кольцо с шерстью Котия внутри:

— Кьяра, он тебе ничего не сделал? У меня вот лечилка есть.

— Меня он даже не догнал, — похвасталась Кьяра и кивнула на мою разодранную ладонь. — Вот тебе лечилка нужна.

Я вздохнул, посмотрел на царапины, засыпанные песком и решил сначала промыть это безобразие. А потом уже лечиться.

Крокодилы, у которых отобрали добычу, подошли к нам, ожидая продолжения. Похоже, боевая пара получилась. Кьярин Тоша в битве участия не принимал, интересно, помог бы он или нет.

— Кто это хоть? — поинтересовался я у Романа Николаевича.

— Это Ганнибал, — пояснил Управляющий. — Тот самый…

— Ааа, — подхватила Кьяра, — это тот человек, который напал на Ирину, Ника и Пана, и который у нас тут в тюрьме сидел.

— В тюрьме, да, — хмыкнул Управляющий. — Очевидно, он ее как-то раздолбал.

— Плохо построили? — подколола Кьяра.

— Плохо, — согласился Управляющий. — Не учли, что у всех прибывших магический уровень растет. Надо с нашим застенком что-то решать.

Так что мы все дружно завалились в Управление. Балакирев с телом, а мы все просто так. Крокодилы потрусили за нами. Я помыл руки и уже потом провел лечебным кольцом над ладонью. Царапины немедленно затянулись. Хорошая штука — шерсть Котия, надо будет сделать еще.

Когда я вышел в коридор, Балакирев с Романом Николаевичем и Кьярой стояли над арестантом, сваленным у входа в бывшую тюрьму.

— Что-то плохо вы своих арестантов охраняете! — упрекала Балакирева Кьяра.

— Есть над чем работать, — признавал Балакирев, разглядывая нарушителя границ.

— Приношу свои глубочайшие извинения, — сказал нам Роман Николаевич. — Ни