Девятый день - Марк Витаев

Валера пожал плечами.

— Может, и военные. Но ещё лес горел. Их рук дело?

— Так леса каждый год горят, а по радио передавали, что на сегодня запланированы масштабные полигонные учения по всей области…

«Масштабные полигонные учения…» Вон оно как. «По-моему, — думал мужчина, — лес не считается полигоном. Ещё на учениях должна присутствовать военная техника, а не старые гражданские самолёты. К тому же бомбы сметали всё, как маленькие ураганы: такое ощущение, что это какая-то современная технология. Хотя после сущности смерти в ручье можно ожидать чего угодно».

Дальше Валера не слушал, изредка кивая и поддакивая, а сам мысленно переместился на полдня назад, когда оставил Алину на поляне.

…Он брёл вдоль поваленных и изломанных деревьев в сторону столбов дыма и запаха гари.

Вот отравленный ручей, который всё ещё содержит сущность смерти. Дальше пробираться уже сложнее: потрескавшиеся стволы преграждают путь, прикрывшись кронами сплошь в зелёных иглах. На одной из крон, как на флагштоке, понуро висит кусок зелёной брезентовой ткани. От неё тянется верёвка с привязанным железным колом.

В десяти метрах от этого места среди кустов лежало три тела. Одного, толстяка, придавило треснувшим стволом: дерево обрушилось прямо на голову, и очки вместе с переносицей ушли к затылку. Жуткое зрелище… Другой, повыше и покрепче, упал на ветви, которые прошили его насквозь. Последний лежал дальше всех и… дышал?

Валера поспешил к нему. Этот был очень похож на второго, но половину его лица покрывали сосновые иглы вперемешку с тоненькими ветками и кусочками коры. Хриплое дыхание периодически прерывалось.

— Мужик, ты как? — спросил Валера, прикидывая в уме, как бы того передвинуть, но боялся навредить.

— Сева, брат, ты? Или апостол Пётр? — просипел бугай. Он попытался открыть глаза. Левый, прищурившись, получилось, а правый, заплывший, — нет.

— Пётр в раю, а ты на земле, мужик, рано тебе туда.

— Эх, а я уж надеялся…

— Ты как? Встать можешь? Потерпишь, если я тебя понесу?

— Ты лучше скажи: девчонку молодую не видел?..

— Видел. Спряталась она, цела осталась. Так потерпишь, нет?

— Ну, хорошо, — продолжал бугай. — А тут, видимо, что-то было… мы не успели заметить… а они решили нас не ждать…

Гарью стало тянуть так сильно, что Валера закашлялся. Он бросил бугаю: «Ты, главное, меня дождись», — и помчался дальше — там был исток ручья.

Валера замедлил шаг и уставился вперёд: между деревьев ходили люди в чёрной униформе без опознавательных знаков и с противогазами. За спиной у них были чёрные баллоны, в руках шланги. Эти ироды поливали деревья и землю горючей жидкостью, которая мигом вспыхивала и бросалась на ветки и кусты, облизывала стволы, покрывала чёрным налётом и погружалась внутрь, чтобы перекинуться дальше и спалить в итоге всё на своём пути. Медленно, но верно, огнемётчики перемещались в сторону Валеры.

Мужчина выругался и, пригнувшись, пошёл обратно к бугаю. С какой бы стороны взяться, чтобы удобнее было нести?..

— Слышь, Сева, — просипел тот, — хватай Линку и вали отсюда.

— И её заберу, и тебя!

— Я серьёзно, Сева. Я вот что понял: Антошик, сука, нам не всё сказал.

— Это вы сами потом разбираться будете!

Валера попытался поднять бугая, но одна его нога была чем-то зажата.

— Да не надо меня!

Бугай толкнул Валеру в грудь, отчего тот потерял равновесие, уронил тело и отлетел на пару метров, приземлившись на пятую точку. Тем временем стали видны мелькания чёрной одежды среди деревьев. Они прибудут с минуты на минуту…

Валера поднялся и подошёл к бугаю. Тот приоткрыл уцелевший глаз, который слезился.

— Ладно мы, но Линка-то не виновата… ладно мы, но Линка-то… — повторял он раз за разом.

Валера хотел сказать что-нибудь, но ничего подходящего на ум не шло. Этот мужик стал жертвой обстоятельств, которые снежным комом зацепили всех обитателей леса. Поэтому Валера похлопал бугая по плечу, пробормотал: «Мир тебе», — и унёсся обратно на поляну.

… Валера сжал кулаки. Водитель о чём-то рассказывал, но, увидев жест пассажира, резко замолчал. Видимо, решил, что сболтнул лишнего.

Но Валера думал о другом: всё произошедшее складывалось для него в странную картину, которая пересекается с сущностями: сначала ураган (воздух), затем «смертоносный» ручей (вода), затем люди с огнемётами (три из трёх). Не хватало только сущности земли, но вдруг её каким-то непостижимым образом олицетворял самолёт? Или это что-то другое? В общем, в лесу происходят опасные вещи с напрягающими закономерностями. С чего бы вдруг?

Тем временем количество машин на шоссе росло. Всё чаще по краям дороги появлялись дома: цивилизация вовсю проявляла себя.

Водитель наконец решил уточнить адрес, а для этого пришлось растормошить Алину. Она не сразу очнулась и еще полминуты, постоянно оглядываясь, пыталась определить, где находится. Затем пробурчала что-то невнятное, скрестила руки на груди и устремила взгляд вперёд и в никуда одновременно.

Водитель понял что означали бурчания и даже высказался по поводу пробок в том районе. Но заметив, что пассажиры в который раз никак не реагируют на его слова, обиженно замолчал.

Наконец, лес отступил. Город предстал во всей своей «красе».

Окраина, как и положено, изобиловала гигантскими торговыми центрами, автосалонами и рынками. И, самое главное, — не менее гигантскими пробками. Народ возвращался с дач, чтобы на следующий день начать очередную рабочую неделю, поэтому скорость резко уменьшилась, а воздух стал спёртым от выхлопа.

Водитель нервно тарабанил пальцами по рулю и даже спросил у пассажиров возможные пути объезда. Алина не отреагировала, а Валера уклончиво хмыкнул.

Ему становилось немножко не по себе. Люди… десятки, сотни, тысячи людей вокруг. Да, в воображении их было во много раз меньше. Алине тут попроще — она ведь городская…

Алина… «Линка-то не виновата». В чём? Что друзей убили? Что пол-леса сейчас тлеет?

— Мы, наверное, тут выйдем, — хриплым, будто прокуренным, голосом сказала девушка. Это было так неожиданно, что мужчины невольно дёрнулись.

Водитель не стал возражать. Он понимал, что ему ещё долго тащиться с черепашьей скоростью.

Валера быстро вышел, открыл дверь Алине и, выпустив её, заикнулся об оплате. Водитель замотал головой и начал отнекиваться. Спор продолжался полминуты, пока Валера не уступил. Однако прежде, чем закрыть дверь, он сделал молниеносное движение рукой, чтобы потом водитель случайно обнаружил в кармашке переднего сиденья сторублёвую купюру.

* * *

Валера ощутил под ногами твёрдый асфальт, осторожно вдохнул местный воздух с нотками выхлопных газов и зажмурился от нахлынувших городских звуков типа сирен спецмашин или визга тормозов.

— Любуешься… — сказала Алина и прокашлялась. — Ох, не привыкла столько молчать. Ну,