Город теней - Лия Алистер

Я отступила, освобождая маме место у телефона, но она продолжила стоять посреди комнаты и сверлить меня задумчивым взглядом.

– Через час будет готов ужин, – сказала она со скупой улыбкой.

– Я не голодна.

– О чём вы говорили с Томом?

Внезапная смена темы застала меня врасплох. Я пожала плечами и выпалила первое, что пришло в голову:

– Обсуждали проектную работу по биологии.

Мама прищурила глаза и слегка наклонила голову набок, по её взгляду было видно, что она хочет сказать мне что-то ещё, но затем она молча подошла к телефону и набрала чей-то номер.

Я пошла к лестнице, но остановилась на полпути, когда услышала, как мама начала с кем-то ругаться:

– Как так получилось, что у нас пустые счета, Элис? Ты же бухгалтер, мать твою! Отвечай немедленно или передай трубку моему мужу! Мне всё равно, что он занят…

Интересно, что произошло?

Я попыталась прислушаться, но не разобрав ни слова, всё-таки продолжила путь на второй этаж.

Поднявшись в свою комнату, я замерла в нескольких шагах от стола, на котором лежал кулон.

– Что мне с тобой делать? – спросила я, глядя в пустое пространство.

Я чувствовала себя странно, заговорив с кулоном, словно он сможет мне ответить или дать какую-нибудь подсказку. Но для того, чтобы побороть не отпускающую тревогу, я продолжила размышлять вслух:

– Интересно, твой владелец ищет тебя? Кто оставил тебя в траве?

Постояв несколько секунд в тишине, я закатила глаза и подошла к столу. Мне захотелось спрятать кулон, чтобы он не попадался мне на глаза ближайшие несколько дней. Я должна была отвлечься, привести мысли в порядок, сделать уроки в конце концов, а рядом с ним у меня не получалось думать ни о чём другом.

Схватив кулон со стола, я ахнула и выронила его на пол. Он со звоном ударился о деревянный паркет. Не понимая, что происходит, я наклонилась и вновь прикоснулась к украшению. Секундное оцепенение сменилось ужасом. Кулон был горячим. Обжигающим, как тлеющие в камине угли.

Меня бросило в жар, когда я начала вглядываться в выгравированные на кулоне символы. Лицо стало горячим и влажным, а горло наоборот – сухим, как наждачка. Я была готова поклясться, что несколько минут назад символы на кулоне были совершенно другими.

Проклятье!

Если возможно умереть от избытка противоречивых чувств, то я уже одной ногой была в могиле.

Я сидела на полу, не шевелясь, оглушённая шумом прилившей к голове крови. С кулоном происходили странные и пугающие вещи, и я не понимала, как на них реагировать.

Решение пришло спустя час.

Я завернула кулон в футболку и, спустившись на первый этаж, выбросила его в мусорное ведро.

* * *

На следующее утро я проснулась с трудом. Тускло освещённая комната расплывалась перед глазами. Дождь барабанил в окно, а на тумбочке рядом с кроватью разрывался будильник. Я накинула на лицо подушку и беззвучно выругалась на бессонную ночь.

Спустившись в столовую, я встретила одиноко сидящего отца. В одной руке он держал чашку с кофе, в другой – свежую газету.

– Доброе утро, – сказал он, не отрываясь от чтения.

– Привет, – ответила я, заглядывая в холодильник и отмечая, что он полный.

– Позавтракаешь? – он оторвался от новостей и бросил на меня беглый взгляд. – Клэр оставила тебе сэндвичи.

В этот момент я заметила накрытый стол: хлеб с арахисовой пастой, ягоды и фрукты, свежевыжатый апельсиновый сок, капкейки с джемом. Ого! Мама вновь проснулась раньше, чтобы приготовить завтрак. Нужно отдать ей должное, она действительно начала исправляться.

В животе заурчало. Я схватила со стола поджаренный хлеб и с удовольствием откусила от него половину.

– Где мама? – спросила я с набитым ртом, игнорируя правила приличия.

Папа пожал плечами и вернулся к чтению.

Я хотела спросить у него про развод, но быстро передумала. Легче разговорить кирпичную стену, чем моего отца. Схватив со стола яблоко, я молча вышла из столовой.

* * *

– Поход в библиотеку сегодня в силе? – спросил Том, когда мы встретились с ним в коридоре школы.

«Кулон начал вытворять фокусы, от которых у меня голова пошла кругом. Пришлось его выбросить, поэтому библиотека отменяется», – примерно такую речь я подготовила по пути в школу.

Но любопытство неожиданно взяло вверх над разумом, и поэтому я ответила:

– Конечно. Том, а про какие переводчики ты…

Я не успела договорить. Меня прервала Моника, которая подошла к нам и громко выругалась:

– Дерьмо! Я насквозь промокла!

– Что-нибудь слышала о зонтах? – спросил Том, еле сдерживая улыбку.

– Я не настроена на твой сарказм, – она помахала ладонью перед лицом, будто веером. – Ветер сбил зонт из моих рук и… это ещё что такое?!

Мы с Томом одновременно обернулись, проследив за взглядом Моники.

С противоположной стороны коридора в нашу сторону несся Оскар. Под его ногами был старенький скейт, а на лице – широкая улыбка.

– Тебя отчислят! – кричала Элли, бежавшая вслед за ним. – Скейтборды в школе запрещены, идиот!

– В сумасшедшем доме без изменений, – заявил Том.

– Когда-нибудь он собьёт человека, – разозлилась Моника. – Возможно, меня!

Оскар затормозил перед нами и ловко спрыгнул со скейта.

– Джуди, как голова? – ухмыльнулся он. – Больше не чудились дома-призраки?

Я смерила его взглядом.

– Завязывай, – Том дал ему подзатыльник.

– Ау-ау! – отмахнулся от него Оскар. – Я пытаюсь поднять вам настроение. Вы свои лица видели?

– Эй, а где твои учебники? – спросила Моника, когда Оскар заключил её в свои объятия. – Через минуту звонок.

– Я пропущу историю.

– Тебя точно отчислят, – Элли приложила указательные пальцы к вискам и закрыла глаза. – У меня голова раскалывается из-за тебя.

– Америка была открыта в 1493 году – это единственное, что нужно знать коренному американцу, – произнёс Оскар с серьёзным выражением лица. – Вся остальная история не имеет никакого значения.

– 1492 году, – поправил его Том.

– Ты не похож на индейца, – Моника отступила на шаг и прищурила глаза, пытаясь разглядеть в Оскаре то, чего раньше никогда не замечала.

– При чем тут индейцы? – удивился Оскар.

– Я всю ночь готовила твою проектную работу, – круглое лицо Элли приобрело багровый оттенок. – Если ты уйдёшь, я всё расскажу маме.

– Ты серьёзно? – засмеялся Оскар. – На меня эта угроза перестала действовать лет десять назад.

Накалившуюся обстановку спас прозвеневший звонок. Оскар подмигнул Монике, встал на скейт и уехал в сторону выхода.

Мы разошлись по аудиториям, договорившись чуть позже встретиться в кафетерии.

* * *

– Кто он такой? – спросила Моника, когда мы рассаживались по партам в кабинете истории. – Никогда его раньше не видела.

В классе было шумно: гремели