Истина - Ана Эм

Я поняла, что мы совсем близко ко дворцу, когда в окнах зданий вокруг начали появляться искусные витражи с золотыми вкраплениями, а на мимо проходящих феях начали мелькать дорогие украшения. У кого-то они были вплетены в волосы, у кого-то висели на шеях, руках и даже щиколотках. Я выросла в семье, которая никогда не испытывала недостатка в деньгах. Да что уж там, мы живем в огромном поместье не с одной, а сразу с тремя башнями. Это практически дворец по человеческим меркам. Но даже мне здесь стало неуютно. Особенно учитывая тот факт, что кроме кольца переноса на мне больше не было ни единого украшения. Я чувствовала себя голой.

Но с другой стороны, это даже хорошо. Мы с Валери отлично вписываемся в толпу тех, кто в данный момент выстраивается в длиннющую очередь на подступах ко дворцу. Богатые феи смотрят на нас точно так же, как и на остальных выбивающихся из общей роскоши бедолаг – с пренебрежением и неприкрытым отвращением.

Такое сильное неравенство вызывает любопытство. В наших книгах нет ни слова о внутреннем устройстве Элариса. Только то, что всем здесь заправляют женщины. Они же и наследуют магию. Это заметно даже внешне. Если бы не яркие оттенки волос и глаз, фейцы мужчины в легкую сошли бы за обычных людей. Их кожа не светится так, как у фей, не переливается, словно покрытая блестящим маслом.

Мы с Валери подходим к пестрой веренице из местных жителей и встаем в очередь. Вдалеке перед нашими глазами вырастает величественный дворец царицы Элариса. У меня даже рот приоткрывается от этой невероятной красоты. Сооружение возвышается над городом. Сделанное полностью из белой древесины, стекла и кажется, белоснежного известняка, оно сверкает на солнце. Где-то прямо из стен дворца выбиваются широкие ветви, где-то вверх ползут лозы диковинных растений. Отчего-то я не сомневаюсь, что основой дворца на самом деле является гигантское белое дерево.

И даже сейчас Валери молчит. Просто стоит без единой эмоции на лице и окидывает все вокруг непроницаемым взглядом. Как будто уже сотни раз видела и дворец, и фей. Неужели ей совсем не интересно, зачем мы встали в эту очередь?

Скрещиваю руки на груди, вздохнув.

– Ты как-то притихла. – и честно говоря, это молчание начинает меня порядком подбешивать. – Что, больше никаких вопросов?

Валери переводит на меня свои изумрудные глаза, заблаговременно оценив расстояние до ближайших фей.

– А ты разве ответишь, если спрошу?

Я пожимаю плечами.

– Может, и отвечу. Я не столь высокомерна, как ты думаешь.

Вал едва заметно фыркает и отворачивается, уставившись в спину феи перед нами. Очередь медленно продвигается, и мы тоже делаем несколько шагов вперед.

– У меня есть предположение. – вдруг говорит Валери, понизив голос.

Мои брови взлетают вверх.

– Да неужели? Я вся внимание.

Сестра бросает быстрый взгляд нам за спину и склоняется ближе ко мне, шепча на ухо:

– Тебе нужно во дворец. Думаю, это как-то связано с артефактом. – выпрямившись, безразлично пожимает плечами.

Я пораженная до глубины души этой железной логикой, медленно хлопаю в ладоши.

– Браво. – киваю с одобрением. – Не хочешь вступить в мой клуб самых умных? Пока там, правда, только я. Но чисто по-сестрински могу выделить тебе местечко. Что скажешь?

Валери раздраженно вздыхает, закатив глаза, и на моих губах растягивается довольная улыбка. Это куда лучше холодного отчуждения, в котором она меня мариновала последние несколько часов.

Спустя несколько минут мы делаем еще пару шагов вперед, но кажется, будто не двигаемся вовсе. Бросаю взгляд на эту длиннющую очередь и ругаюсь себе под нос.

– Мы так весь день здесь простоим.

– Вы еще близко стоите. – вдруг раздается веселый голос за спиной, и я едва не вздрагиваю.

Мы с Вал оборачиваемся. Молодая фея, не старше меня, с волнистыми розовыми волосами одаривает нас милой улыбкой.

– Иногда приходится стоять сутки, а то и больше. Пока царица не устанет. – поясняет фея. – А некоторым и вовсе так и не удается попасть во дворец. Я Антония, кстати.

Фея протягивает мне руку, но я отворачиваюсь обратно к очереди, нахмурившись. Нам определенно точно надо сейчас попасть во дворец. Время поджимает, сегодня последний день отбора. Но как нам сократить путь?

Валери натянуто улыбается фее, которую я проигнорировала, и смеряет меня недовольным взглядом. Боги, она такая лицемерка. Сама то приветливостью не отличается, и ждет этого от меня?

Мое внимание привлекает какой-то шум справа. Повернув голову, я замечаю в небольшом проулке парня с серыми волосами и светлой кожей. Он шатается, едва переставляя ноги, а за ним вразвалочку следуют четверо других парней.

– Эй, ублюдок. – кричат они ему в спину, посмеиваясь. – Разве тебе не говорили, не попадаться нам на глаза.

Перед внутренним взором тут же вспыхивает совершенно непрошеное воспоминание из далекого прошлого, но я тут же отмахиваюсь от него, бросив взгляд по сторонам. Прохожие феи и те, что стоят с нами в очереди, буквально все делают вид, словно ничего не происходит. Хотя крики и смех этих мудаков долетают до нас так, словно мы стоим совсем рядом.

Даже когда один из четверки толкает сероволосого ногой в спину, и тот падает на колени, никто не обращает внимания. Совсем неподалеку, прямо за углом, за столиками на богато украшенной террасе сидит группа фей с фейцами, но ни один из них даже голову не поворачивает в сторону происходящего. И спустя мгновение до меня доходит, почему.

За четверкой одноклеточных уродов появляются двое. Знакомые мне лица. Та самая парочка, что приходила к нам в поместье вместе с Америдой. Близнецы. По крайне мере, я решила, что они близнецы. Не знаю их имен, но они определенно точно входят в свиту царицы. Девушка с длинными серебряными волосами стоит в стороне и прямо таки наслаждается тем, как четверо накидываются на одного бедолагу, который даже на коленях то стоит с трудом. Они буквально избивают его посреди дня на одной из центральных улиц города. И никому, совершенно никому, нет до этого дела.

Парень, что стоит рядом с серебристой, ласкает ей руку пальцами, усмехаясь. Они оба молчат, просто наблюдают, но на их лицах отчетливо светится злорадство, удовлетворение, превосходство. Мои кулаки непроизвольно сжимаются, а на губах расцветает коварная улыбка.

Дин-Дон. Кажется, я знаю, как нам сократить