Странники - Мария Круз

– Да?

– Как Бобби Джо и Люзель зайдут ко мне, арестовываете всех, кто в машине. Поставьте «пятьдесят» на прямую наводку, они могут приехать на бронированной машине. Зажмите их броневиками, уехать никто не должен.

– Я понял.

– Если этот, – мой палец снова уперся в экран, – будет там, то тащите его сюда.

– Принял. Если будут другие, то что делать с ними?

– Заприте до вечера. Не давайте им ни с кем связываться.

– Каким боком к этому Уоррен? – спросил Джастин.

– Думаю, что никаким, – покривил я душой. – Он не знает ничего.

Так лучше для анклава, я все уже обдумал.

– Убитый похож на Уоррена, – сказала Солдат Джейн.

– Похож, – кивнул я, не став развивать тему. Лишнее это все.

– И что потом? – спросила она.

– Вы мне поможете довезти Фицпатрика и второго, если там будет второй, до самолета. Потом мы попрощаемся.

– Не понял, – прищурился Алекс. – А ты куда?

– Не я. Мы. Мы с женой. Попробуем пройти в нормальный мир, из которого эти, – я кивнул в сторону компьютера, – протащили сюда Уоррена.

– Это что, реально? – Он прищурился еще сильнее.

– Это возможно. В принципе. Мы рискнем.

– А если не получится?

– Тогда мы окажемся еще в одном мертвом мире. Как уже бывало до этого.

– Бывало? – уточнила Солдат Джейн.

– А откуда я, по-твоему, столько знаю про Тьму?

– Я бы тоже рискнула, – просто сказала она.

– Джейн, нет никаких гарантий. Вообще. Может закинуть куда угодно. В моем «прошлом мире» жить было куда хуже и тяжелей. Нас может разбросать в разные миры, и ты там окажешься одна. Представь себе мир, как здесь, и ты сейчас оказалась в Мичигане. В лучшем случае.

– Я уже оказывалась в Мичигане, точнее, возле Денвера. – Она как-то равнодушно пожала плечами. – Теперь я хотя бы вооружена и многое умею.

– Не могу тебе отказать, тут тебе решать, – вздохнул я. – Но хотел бы, чтобы ты передумала.

Задумалась не только она, я по лицам вижу, но только она решилась.

– Босс, а тебе зачем? – спросил Дэннис. – Тут почти вечная жизнь, как я понимаю.

– Именно это нас и пугает.

Он просто хмыкнул с оттенком недоверия. Тогда я снова обратился ко всем:

– Мы – полиция. Мы охраняем закон и имеем право задерживать. Я предъявил вам доказательства преступления, и мы задержали преступников сами. Вы думаете, что это для того, чтобы сдать их в участок, а на самом деле я их увезу. Неожиданно.

– А зачем они? – Это уже Алекс.

– Чтобы пройти в дверь. – Я изобразил указательными пальцами в воздухе прямоугольник. – Это их дверь, они ее пробили, и они к ней ключ.

– Я тоже иду, – вдруг поднял руку Алекс. – Рискну. Как-то тоже не очень представляю тысячу лет жизни. На хрен такую жизнь.

– В самолете шесть мест, больше взять никого не сможем, особенно если учитывать вес экипировки.

Стоп… взять тогда вертолет? Уже ведь есть кому контролировать пленных, все упрощается. В нашем «белле» на два места больше. Он заправлен. И можно пометить на карте, откуда его потом забрать, пилотов уже хватает. В данном случае это уже становится разумным.

– Алекс, Солдат, соберите вещи. Экипироваться по полной, для выживания. Тут все есть. Патронов как можно больше, сколько унесете. Лучше потом лишнее бросить, чем не иметь нужного. И всем быть готовыми.

После чего, распустив всех, взялся звонить Насте. Пусть едет сюда, все упрощается. Или наоборот, я пока не знаю.

Фицпатрик подъехал без четверти три, то есть нервничал. Подкатил на бронированном «экспедишн» из тех, что мы тогда вместе с «инкасами» притащили. Вышел из машины он один, но еще двое остались в кабине, разглядеть лица из окна не получилось, стекло бликовало. Ну да и не важно, мои люди кого надо запомнили, разберутся. Лишних вопросов никто не задавал, жизнь на вечном фронтире приучила ко всякому, в частности все воспринимать как данность.

Фицпатрик зашел один, чего я и ожидал. Настороженный, бледный, злой. Даже слушать его не нужно, чтобы понять, что он меня авторитетом взять решил. Другого выбора в разговоре у него все равно нет. Но это зря, он же сам приехал, так что авторитет малость дутый получается, со мной не сработает. Да и не собираюсь на самом деле с ним ничего обсуждать, планы-то другие.

Поэтому я просто направил автомат ему в грудь и подал условный сигнал. В дверь тут же вошли Люзель и Бобби Джо, тоже вооруженные. Фицпатрика положили лицом в пол. С улицы послышался звук заработавших дизелей – броневики блокировали машину с приехавшими. Послышались крики, потом, минут через пять, Роб доложил:

– Оба упакованы. Один наш, второго не знаем.

– Второго в ангар, нашего обыскать и в вертолет. И руки, и ноги стянуть. И этому тоже, – повернулся я к своим бойцам. – На руках дотащим. А так он даже дернуться чтобы не мог.

На Фицпатрике ничего интересного не было. Пистолет, еще один, маленький, документы, бумажник, небольшой планшет в чехле.

– Потащили.

Впрочем, я потащил только свое снаряжение, а Клод и Бобби Джо потащили спутанного злодея. Настя, подглядывавшая и подслушивавшая из диспетчерской, вышла с рюкзаком на плече.

– Любимая, грузимся.

На улице черный внедорожник с распахнутыми дверями, зажатый двумя угловатыми, похожими на сундуки броневиками, в салоне вертолета связанный человек. Солдат Джейн и Алекс забрасывают свои рюкзаки. Всё, все готовы, всё готово.

– Грузимся! Бегом!

Теперь только время не терять. Фицпатрик, похоже, в полной прострации. Происходит что-то такое, чего он никак не ожидал. Не знаю, чего именно он на самом деле ожидал, но чего-то другого. Не того, что ему и слова сказать не дадут. А зачем ему давать? Говорить-то нам уже не о чем на самом деле, все и так ясно.

Проверка перед запуском, запуск, старт, все ускоряющиеся винты, отрыв от площадки. Настя справа, впервые вижу ее на пилотском месте такой неуверенной. Пошли. Полетели. Земля под нами вниз и назад, проплыли, пока еще неторопливо, степенно набирая скорость, над широкой взлетно-посадочной полосой авиабазы, над новой стоянкой для техники, над оградой. Вышел на шоссе – уже привычный ориентир, – повел машину вдоль него, понемногу добирая высоты и скорости, постепенно поднявшись метров на пятьсот.

Что в пассажирском салоне? Тут именно салон, не отсек.

Эти двое сидят, никто не развязался, бойцы с них глаз не сводят. И что будет дальше? Сработает дверь? Куда нас закинет? Останемся ли мы все вместе или разбросает? Ладно, долетим и разберемся, там видно будет, никуда это знание от нас не денется.