Иду на Вы! - Виктор Зайцев

Ожидая увидеть митрополита весьма почтенных лет, капитан был приятно удивлён, встретив на приёме мужчину сорока пяти лет, да ещё чисто говорящим по-славянски. Сразу после приветствия славяне выложили все церковные реликвии, аккуратно собранные по церквям Венеции, некоторые доставили прямо с крышками гробниц, чтобы не было сомнений в подлинности. Как и надеялся Лосев, вид двадцати с лишним сундуков с мощами, частицами креста Господня, дароносицами и прочими реликвиями, в том числе богато изукрашенными иконами, произвёл достойное впечатление на митрополита.

– Чего хотите вы от церкви за такие дары? – устало поинтересовался ромей, скрывая от язычников радость приобретения, чтобы не потребовали большой цены. – Ваш князь желает принять крещение?

– Король Ярослав, – невольно ухмыльнулся капитан, – не будет отрицать веру предков. А дары наши вполне прагматичны, прошу святейший патриархат способствовать заключению торгового союза между Византией и Славянским королевством. Наши товары слишком дороги для нищего Запада Европы, лишь здесь найдутся достойные ценители для них.

– Кто вам мешает торговать, везите свой товар, для этого не надо нашей помощи, – устало буркнул митрополит, – весь мир привозит в Константинополь товары без нашего вмешательства.

– Кроме торговли, мы хотим учиться у ваших мастеров, учёных, поэтов и зодчих, просим разрешить нанимать их для наших школ, – поклонился Сергей, – я надеюсь, что влияние цивилизации благотворно скажется на развитии нашего общества. Зная занятость патриархии, мы не просим себе привилегий в этом. Единственной просьбой, с которой я смею обратиться, будет желание одобрения наших действий перед базилевсом, если кто-либо станет очернять наших людей. Смею заверить патриархию и базилевса, в нашем мирном сотрудничестве. Если святая патриархия поддержит нас, подобных нынешнему пожертвований будет немало, католическая церковь не желает жить с нами в мире. Эта позиция, к сожалению, приводит к неизбежным столкновениям. Вы, я понимаю, в курсе, что несколько дней назад нашими воинами захвачена Венеция?

– Почему ты не идёшь к базилевсу с мирскими предложениями?

– Я не хочу отвлекать великого человека от великих вопросов, я обычный торговец, даже не представитель королевства, найдёт ли базилевс время для встречи со мной?

– Судя по имени, ты христианин?

– Да, мои родители крестили меня в православной вере, но я их рано потерял и отошёл от православия, хотя до сих пор считаю себя близким именно к православному христианству.

– Готов ли ты принять святое причастие?

– Нет, я дал слово своему королю соблюдать славянскую веру, будущее зависит от наших отношений с Византией, – предостерёг от дальнейших поползновений митрополита Лосев, – как говорят славяне, поживём – увидим.

– Хорошо, – после некоторого раздумья произнёс митрополит, – патриархат поддержит тебя в случае конфликта. Вы свободны.

На улице удивлённый Ярька буквально забросал своего зятя вопросами.

– Разве ты крещён? Ты никогда не говорил об этом!

– Родители крестили меня в детстве, но в Бога я не верил никогда, потому и не говорил о крещении, – задумался Лосев, вспоминая далёкие советские времена, – а славянская вера стала мне родной после появления в вашем мире, силами волхвов. Так, что не волнуйся, крещения королевства я не допущу, а помощь патриарха нам понадобится.

– Почему ты не хочешь обратиться с предложениями к базилевсу, как предложил этот монах? – удивился адмирал. – С императором проще договориться по торговым и военным делам.

– Это с нашим королём проще, а здесь нам придётся ждать приёма у императора или другого чиновника месяцами. Для Византии мы далёкие нищие варвары, не сулящие империи никакой выгоды. Пусть так и думают, лишь бы не мешали торговле и найму учёных, зодчих, художников. Ты заметил, что я внимательно выбирал среди наших новых знакомых тех, кто владеет славянским языком? Думаю, пора им сделать предложение о переезде на остров, преподавать в университете.

Король Ярослав принял вернувшегося из Византии Лосева довольно прохладно, наверняка недовольный ростом популярности капитана среди славянских воинов. Даже дополнительные богатые подарки, включая пять тонн золота, не снизили напряжённое подозрение, так и сквозившее в каждом жесте монарха. Всем было понятно, что лишь монополия производства боеприпасов защищает Лосева от опалы, но и она может рано или поздно закончиться. Потому пришлось Сергею задержаться в Лондоне на месяц, восстанавливая утерянные связи, интригуя против своих соперников. Заключая новые контракты и делая подарки трофейными галерами и пряностями, графу Васаксу удалось восстановить пошатнувшееся положение при дворе и в кругу придворных. Одновременно получилось несколько раз поговорить с Ярославом, подробно разъяснив своё поведение. С трудом он убедил короля, что нападение на Венецию не способ заработка и приобретения авторитета в армии, а необходимая для увеличения международного влияния королевства акция.

Капитан откровенно рассказал подробности плаванья в Константинополь, свои планы по разведению сахарного тростника в Славии, по закупке рабов и поселению их в королевстве свободными селянами, с одновременным вывозом саксонских и англских переселенцев в Славию. Пару раз при разговоре присутствовал верховный волхв, поддержавший начинания Лосева и откровенно напомнивший королю об императоре майя, склоняющемся к обращению в славянскую религию. На этот раз Сергей не забыл о богатых подарках волхвам, получивших тонну золотых изделий, много венецианских тканей и сотню выкупленных подростков-славян для обучения в миссионерской школе. Результатом стало полное одобрение его планов со стороны волхвов, уже подготовивших сотню миссионеров для отправки в Славию.

Буквально сразу после этого Ярька увёл огромную флотилию в Славию, впервые корабли отплывали в конце февраля, не дожидаясь весны. С собой адмирал вёз список товаров, особенно рекомендованных для закупки. Там, кроме сока гевеи, которую удалось определить после нескольких опытов из десятка привезённых экземпляров, числились какао-бобы, ананасы, лаймы и прочие фрукты, хлопковые ткани, изумруды, золото и серебро от южных поселений. От северных переселенцев и их соседей-аборигенов Лосев ждал большого поступления мехов, именно на них он собирался закупать рабов в Константинополе. Кроме десяти тысяч переселенцев, корабли везли в Славию много домашнего скота, железные изделия, бусы, зеркала, трофейные доспехи. Главное, почти сотня рудознатцев должна была высадиться во всех славянских поселениях, для скорейшего отыскания железных и медных руд. Лишь их отсутствие сдерживало полноценную экономическую экспансию мастеров графа Васакса.