Олень - Mr.Eugene

перевалить через холмистую гряду, разделяющую мою вотчину и земли Баклеров, мы развернули мой штандарт, гордо реявший на ветру. К нам навстречу спешил отряд из двух десятков всадников, над которыми вилось уже два штандарта. Один также Дома Баратеонов — восставший коронованный олень, а второй с изображением флага из гербовых цветов моего Дома: чёрный и золотой, как флаг Австрийской империи. Чёрная полоса сверху, золотая снизу. Ленты с этими цветами были перекинуты через плечо практически всех встречающих всадников. Сомнений нет, меня встречают офицеры моей гвардии!

— Ваша Светлость! — Стоило нам сблизиться, как первым приветствие воскликнул кастелян Штормового Предела, сир Кортни Пенроз, ставший одним из первых моих помощников и верным другом — Рад приветствовать Вас дома!

— А как же я рад, друг мой!

Я искренне рассмеялся и принялся тепло приветствовать встречающих, среди которых были мессиры Генри Лонмаут и Михель Венсингтон, которые также улыбались, приложив руку к сердцу и легко склонившись, не слезая с лошадей.

— Вы ни на миг не постарели, господа! Явно каждый нашёл себе по молодой вертихвостке! — Все в округе взорвались весёлым смехом, излучая эйфорию от встречи с любимым правителем, всё по заветам чучхе. — Поспешим же в замок да поскорее выпьем за нашу встречу!

Под одобрительные пересмешки мы развернулись в большую колонну и направились к цитадели.

Я дома.

* * *

Под пение труб на барбакане наш отряд протиснулся в ворота, где к нам тут же бросились замковые стюарды, чтобы скорее перехватить под узды лошадей. Городок мы проскочили быстро и без задержек, ибо ничего интересного тут не было — бараки бараками. Да и в Пределе особо ничего не поменялось… разве что, стало гораздо многолюдней. Гораздо.

Когда я отбывал в столицу, население Штормового Предела, без учёта только-только формируемых «ордонансовых» рот, даже с гарнизоном не превышало пять сотен человек. Теперь же одних только пеших и конных «жандармов» со всем вспомогательным персоналом набирается тысячи две. А можете представить, сколько здесь лошадей? На почти шесть сотен всадников (а это почти кавалерийский полк) приходится как минимум в два раза больше лошадей. Поэтому сейчас Штормовой Предел походил больше на оживлённую войсковую базу, чем на привычный тихий провинциальный замок.

Сразу после дороги, отдав указания о размещении свиты, я направился отмокать, назначив на вечер небольшие посиделки. С вином, но без прекрасного пола, потому что сегодня хотелось бы совместить приятное с полезным. А именно — сытный ужин и деловую беседу.

Всё-таки это было восторженно приятно! Вернуться в собственные покои и собственную постель… столько эмоций и ностальгии. Хотя времени прошло и не так много, всего чуть меньше года. Синди, кстати в замке не оказалось. Девушка, удачно выйдя замуж за сына мэтра Вайнбага, переехала к мужу в Раэмпорт. И хорошо. И замечательно. Нечего смущать и провоцировать бедного лорда своим присутствием.

По моей просьбе, купать и скоблить лорда явились две опытные дородные матроны, не вызывавшие ни малейшего желания, которые невозмутимо приступили к своим обязанностям. Затем цирюльник, без этого ценного специалиста просто никуда. Я всё так же настойчиво не желаю отращивать себе бороду, дабы меня окончательно не стали путать и смешивать в образах с Робертом. И, Слава Богам, что мне пока удаётся держать свой живот в плоском состоянии.

К праздничному ужину мне удалось даже немного отдохнуть с дороги, отчего я был в приподнято-хорошем настроении. По моей просьбе, стол был накрыт в большом зале и были приглашены все старшие офицеры и лица, с которыми, по мнению мессиров Кортни, Генри и Михеля, я должен был познакомиться и одарить своим вниманием.

— Господа! — При моём появлении все присутствующие встали, пожирая восторженными глазами. — Рад вас приветствовать! Прошу, присаживайтесь.

Тут же подал пример, усадив свою пятую точку во главе стола, а за моей спиной, ожидая указаний, выросли Вигмар и Марик. Всего за столом разместилось десять человек. По мою правую и левую руку, соответственно, расселись сир Кортни и мэйстер Молис, явно набравший килограмм пять с нашей последней встречи. За Пенрозом расположился Лонмаут, а за Молисом Венсингтон. А вот дальше, немного смущаясь столь высокому вниманию, мялись неизвестные мне пока господа, с которыми меня и начали знакомить в первую очередь, пока слуги расставляли наготовленные блюда.

Первым, удостоенным чести быть мне представленным, оказался крайне высокий гладковыбритый суровый мужчина с чёрными как смоль, но жидкими волосами до плеч, сломанным носом и массивным подбородком, и чьё лицо было покрыто следами от оспин. Ролланд Шторм, бастард из Ночной Песни. Единокровный брат-бастард лорда Брайса Карона, хорошего друга Ренли и, получается, мой тоже. Поднимая эту информацию из памяти, не мог не улыбнуться про себя — вместе с возвращением в Штормовой предел, где всё началось, вернулось и мысленное разделение на «меня» и «Ренли». Вдали от этих стен да в окружении дел и забот зыбкие границы совсем уж пропадали. Уверен, это вскоре пройдёт, как и неожиданно сильная ностальгия.

Сир Ролланд был одним из последних, кто присоединился к моей гвардии, приведя с собой десяток справно вооружённых человек, и сразу хорошо себя зарекомендовал. Безропотно принял все установленные в отряде правила и нормы, спокойно подчиняясь и выполняя приказы старших товарищей. Хорошие черты, которые множились на то, что он заслуженно слыл отличным фехтовальщиком и наездником. Всё это позволило ему проявить себя и быстро привлечь внимание Лонмаута, который со временем его повысил, назначив сначала десятником, а затем и сотником. На этих должностях он уже зарекомендовал себя, как очень хороший и грамотный командир.

Следом, после сира Ролланда, словно в противовес его внушительной фигуре и мрачноватой внешности, задорно поблескивая глазами, расположился некогда межевой рыцарь, сир Шадрик из Тенистой Долины или, как все его зовут, Бешеная Мышь. Невысокий и очень жилистый мужчина с лисьими чертами лица и столь же лисьим взглядом, острым носом и щетинистыми рыжими волосами.

Честолюбивый, самоуверенный, остроумный и лихой кавалерийский рубака. В другое время из сира Шадрика получился бы отличный гусар. Несмотря на свои скромные габариты, это очень опасный воин и крайне изобретательный командир. Вместе с тем, Бешеная Мышь очень щепетильно относится к своему слову и чести, отчего имеет определенный вес среди своих товарищей. Несмотря на откровенно склочный и неуживчивый характер, авторитет вышестоящих он не оспаривает и не разъедает лишней болтовнёй за спинами, а команды выполняет строго и исправно.

Следующим мне был представлен сир Дермот из Дождливого леса, молодой и перспективный рыцарь. Гладковыбритый