Баламут 2 - Василий Горъ

Я виновато опустил взгляд:

— Неа…

— У-у-у…

— Теть Соф…

— Не тетькай мне тут! Вырастила дурня на свою голову…

Я в два волчьих скока переместился к кровати, потянулся к солнечному сплетению Бестии и получил по руке:

— Убери хваталку, сядь, вон, в кресло и слушай сюда!

Убрал, сел и превратился в слух. А она сообщила пациенткам, что можно одеваться, и поймала мой взгляд:

— В общем, так: хватаешь этих дурех за задницы, утаскиваешь на Ту Сторону и «вытягиваешь» им все сродства. Ибо сродства резонируют по-отдельности, поэтому резонансы ускоряют развитие ядер пропорционально имеющемуся количеству!

Желание спросить, уверена ли она в своих выводах, умерло, толком не сформировавшись, так как этот монолог объяснил абсолютно все странности в изменении мощности используемых заклинаний. Вот я с места и сорвался — метнулся к Степановне, от всей души поцеловал в щечку, достал из перстня комбез с ботинками, быстренько переоделся, подождал, пока мои женщины подготовятся к переходу в другой мир, и вывесил «зеркало» перед дверью в коридор. Потом активировал сферу, продавил пелену головой, «огляделся» чувством леса, счел, что стайка элохов, обнаруженная в сотне с лишним метров, нам на один зуб, «вернулся» в спальню и уставился на «бабку»:

— Теть Соф, хочешь посмотреть на Ту Сторону?

— Ну, наконец-то хоть кто-то додумался… — сварливо проворчала она, но засияла на зависть летнему солнышку.

Я рассмеялся, кивнул Язве, в кольце которой хранилась большая часть запасов женского обмундирования, деактивировал «зеркало» и повернулся лицом к стене…

…К аэродрому в Волховце подъехали без двадцати двенадцать ночи. «Святогор» полковника Федорова уже дожидался нас перед КПП, поэтому задержка получилась минимальной — я выбрался из машины, поздоровался с личным порученцем Императора, забрал жилет с грузовыми бляхами, вроде как, забитыми аэростатами, поблагодарил на пожелание удачи и вернулся во внедорожник. А уже через несколько минут следом за своими женщинами поднялся по трапу «Стрибога», вручил Тарасовой коробку с презентами для всего экипажа, немного поболтал с пилотами и отправился в салон-гостиную. Запоминать плетения новых заклинаний под два сродства из базы данных Бестии — кипения крови, требующего Воды и Огня, и плазменного жгута под Огонь и Воздух. Правда, в тот момент, когда я перешагнул через порог, мои дамы прошли в салон-спальню, но перемещение в хвост самолета ничего не изменило — мы расположились не на диване, а на кровати, чтобы вызвать резонанс. Но сосредоточились на тренировке и посвятили ей следующие пять часов.

Унялись незадолго до начала снижения, быстренько ополоснулись и перекусили бутербродами. Потом натянули комбезы и ботинки, перебрались в гостиную, попадали в кресла и приникли к иллюминаторам. Благо, тут, в Забайкалье, был полдень среды, а самолет заходил на посадку со стороны Савватеевки.

Особой суеты на улицах разрушенного города я не заметил, зато на аэродроме «Шестерки» кипела жизнь: там, где еще недавно валялись остовы вертушек и транспортников, стройными рядами стояли новенькие «Скифы», «Ураганы» и «Муравьи»; почти у каждого борта были видны техники; на новой полосе отчуждения, отделявшей летное поле от тайги, появились доты, бронеколпаки и капониры, а от количества «брони» рябило в глазах. Вот я на все это и залипал. Все время, пока «Стрибог» катил по рулежным дорожкам от взлетки к стояночному месту, выделенному диспетчером. А после того, как борт повернул на девяносто градусов и плавно остановился, мне стало не до результатов деятельности вояк: ротмистр Тверитинов, с которым я связался после вылета из столицы и попросил организовать транспорт, притащил на аэродром не только Довголевского и Громову, но и незнакомого полковника в сопровождении штаб-ротмистра.

— Все, мы попали на официоз… — вздохнул я, оценив осанку вояк, и услышал веселый смешок Язвы:

— Не «мы», а ты! Ибо они встречают величайшего засечника всех времен и народов, а не его свиту!

— Ох, кто-то у меня сейчас доболтается… — «пригрозил» я, полюбовался заулыбавшимися женщинами и первым поднялся на ноги: — Ладно, нам пора. А то Оля вот-вот опустит трап, а мы все еще расслабляемся.

— Не опустит… — возразила Даша, вставая с кресла. — В смысле, до тех пор, пока не получит соответствующую команду. Но тормозить однозначно не стоит. И… дуй вперед — встречают не нас, а тебя.

Я кивнул, вышел из салона, поздоровался с Тарасовой, поймал взгляд Русанова, как раз показавшегося в проеме двери пилотской кабины, и выдал единственное ценное указание:

— Валерий Макарович, мы выйдем на связь не раньше, чем через двое суток. Тут, в Савватеевке, условий для комфортного проживания пока еще нет, так что вылетайте в Ардатов и ждите звонка там. Полетный план я уже подписал, соответственно, можете взлетать по готовности.

— Принято… — ответил он и пожелал нам удачи.

Я помахал рукой второму пилоту, нарисовавшемуся за его плечом, развернулся на месте, вышел на трап и услышал голос Довголевского:

— Сколько лет, сколько зим, ваше превосходительство!

Я демонстративно огляделся по сторонам и недоуменно нахмурился:

— Аристарх Иннокентьевич, а разве мы в моем кабинете?

— Нет, но я горжусь тем, что знаком со столь уважаемой личностью, как вы, и не смог не обратиться к вам соответственно классу! — хохотнул он, шагнул мне навстречу и от всей души пожал протянутую руку. — Искренне рады видеть, Ратибор Игоревич! Как долетели?

— Прекрасно! — с улыбкой ответил я, тепло поздоровался с Виталием Михайловичем, поцеловал ручку Марие Матвеевне, познакомился с новым начальником гарнизона и забрал у штаб-ротмистра два жилета с грузовыми бляхами. А после того, как этот погранец откланялся и ушел по направлению к КПП, представил оставшимся Лару с Дашей, как раз нарисовавшихся на трапе.

Тут Довголевский переключился в режим галантного кавалера и выдал забавный комплимент:

— Дамы, я неплохо разобрался в характере Ратибора Игоревича, поэтому пребываю в прострации: раз этот засечник-одиночка доверил вам прикрывать свою спину, значит, вы невероятно надежны, порядочны, хладнокровны, отважны, выносливы и умны. Но, как показывает мой жизненный опыт, настолько красивые девушки, как вы, прекрасно обходятся без этих качеств. Скажите честно, вы мне снитесь?

— В данный момент однозначно нет, а вообще не знаем… — отшутилась Язва и деловито забрала у меня один жилет. Второй я вручил Даше, а затем обратился к Чекалину:

— Егор Янович, скажите, пожалуйста, как ныне заказывается «тропа»? А то в тринадцать ноль-ноль мы уйдем за Стену, а новой технологии еще даже не представляем.

— Как, днем?! — искренне удивился полковник.

Я пожал плечами:

— Да. Есть боевая задача, опыт и все такое. И очень не хочется, чтобы нас случайно накрыли свои…

Он пообещал все организовать, попросил разрешения удалиться(!), получил и уехал. А я, окончательно расслабившись, вытащил из перстня первый