Черное Пламя - Стенли Вейнбаум

Но пока весть о поражении еще не достигла мышиного поселения, он занялся лечением девушки. Достав из заветного ящика неприкосновенный запас воды, он растворил в стакане две чудодейственные таблетки и влил жидкость в рот больной, с трудом разжав стиснутые зубы. Следом за водой из ящика была извлечена запасная куртка Гранта: теперь ей надлежало послужить одеялом девушки. Поставив в ряд грубо сколоченные табуретки, он критически оглядел свою импровизированную лежанку и решил, что безопаснее устроиться на полу.

Однако едва Грант успел улечься, как снаружи послышался скрежет когтей по камню и вслед за ним голос суматошно орущего Оливера:

— Мне страшно!

Чертыхнувшись, Грант впустил кота, тот благостно огляделся и прошествовал к кровати. Там, устроившись в ногах лежавшей девушки, Оливер безапелляционно заявил:

— Вы нуждаетесь в крыше над головой и лекарстве.

Разглагольствования кота — как всегда и бывало — успокоили напряженные нервы Гранта, и он безмятежно уснул.

* * *

В течение семи часов ничто не нарушало покой одинокой хижины в жунглях Ио. Когда в небо над зарослями взошли Юпитер и Европа, один из обитателей дома поднялся с пола, потирая травмированные голыми досками бока. Он выглянул наружу и удовлетворенно хмыкнул, не заметив никаких признаков происшедшей накануне бойни, затем взглянул на кровать. И эхокот, и девушка все еще спали, причем румянец на личике мисс Ли свидетельствовал о том, что кризис болезни миновал.

Для того чтобы закрепить эффект, он приготовил еще один раствор лекарства и негромко окликнул девушку. Та тотчас же открыла глаза и улыбнулась, удивленно проговорив:

— Опять вы? У моего бреда завидное постоянство!

— Да никакой это не бред, — досадливо отмахнулся Грант, ногой пододвигая к кровати табурет. Он уселся на него и протянул девушке стакан. — Выпейте-ка это, а потом поговорим.

Она послушно проглотила содержимое склянки и обвела взглядом хижину.

— Я никогда не бывала здесь, — растерянно проговорила она.

— Это мой дом, — терпеливо, словно малому ребенку, объяснил Гант. — И это не бред: вы в самом деле гостите у меня, потому что нельзя оставлять больных под открытым небом. Вы хоть помните, как оказались на Ио? Ну же! Очнитесь! Все вокруг самое настоящее — и я, и эхокот, и эта хижина.

Тем временем проснувшийся Оливер перебрался на стол и теперь рассматривал беседующих людей с высоты.

— Все подлинное? Меня нашли? — все так же нерешительно сказала девушка и, вдруг поверив, радостно засмеялась. — Какое счастье! Мне было ужасно страшно и одиноко в джунглях… — Будто в ознобе, она передернула плечами и плотнее завернулась в куртку.

— Но теперь все позади, — успокаивающим тоном прервал ее Грант. — Расскажите лучше, как вы оказались в самом гадком местечке на Ио. Если судить по светской хронике, вам больше пристало посещать всякие там Парижи или Нью-Йорки.

— Это все моя глупость, — нахмурилась она и вдруг, словно вспомнив что-то забавное, спросила: — А где фотография? Привидение в лесу, помнится, упоминало о ней.

— Эти поганые твари унесли из дома все, что смогли. К сожалению, смели и ее, вот только гвоздик остался, — ткнул Грант в сторону голой стены. — Но и они внакладе не остались, — мрачно проворчал он. — Лучше расскажите о себе.

— Знаете, все-таки противно говорить о собственной недальновидности, — призналась она. — Но если по порядку, то дело обстояло так. Мне надоело, как вы выражаетесь, посещать Парижи и прочие фешенебельные места, да и по отцу соскучилась. Вот и прилетела к нему, в Нордвил, где его фирма затеяла что-то с плантациями февры. Я на Ио уже три месяца… В сущности, и здесь скука смертная, а не романтика…

— Ну да, и в поисках романтики вы отправились пешком из Нордвила в сторону Поганых гор, куда же еще, — в тон ей заметил Грант.

Ли снова рассмеялась и села в постели, привалившись спиной к стене: вторая порция снадобья полностью вернула ей силы.

— Просто я решила посетить дансинг в Зюйдвиле: мне рассказывали, что там бывает очень весело и интересно. Да и захотелось пообщаться с новыми людьми — за три месяца мне уже все примелькались. Отец не разрешал отправляться одной, хотя я пилотирую не хуже профессионалов… — Она осеклась и уныло промолвила: — Все-таки, выходит, хуже…

Девушка надолго замолчала, переживая, по-видимому, свое поражение, но понуждаемая Грантом снова заговорила:

— Одним словом, заупрямилась и полетела без сопровождающих. Чтобы меня не вернули, я выбрала новый маршрут. Неожиданно впереди возникли горы…

— Это пресловутые Поганые горы, и они вполне отвечают своему названию, — заметил Грант. — Любой пилот предпочитает сделать крюк, лишь бы не оказаться над ними.

— А что в них такого страшного? — удивилась Ли.

— Дело, собственно, не в них, а в атмосфере Ио, — ответил Колтроп. — Она ниже вершин гор, их пики выступают в безвоздушное пространство, так что преодолевать горный массив можно лишь на челноках. А пилотирование на легких летательных аппаратах — весьма рискованное предприятие.

— Ну, об этом-то я знала, но думала, что, выскочив в космос, тут же смогу снова нырнуть в атмосферу. Мне подробно рассказал об этом маневре секретарь отца, Харви, опытный пилот, который обычно сам водит его самолет.

— Думается, одного объяснения мало, — с сомнением проговорил Грант. — Там очень важна стартовая скорость выхода в космос и угол наклона при входе в атмосферу. Если угол выбран неверно, самолет просто расшибется о плотный слой воздуха, совсем как неумелый прыгун с вышки — о поверхность воды.

— В атмосферу-то я вошла, — уныло проговорила девушка, — но не смогла выровнять самолетик, и он врезался в заросли кустарника у подножия гор. Довольно мягкая посадка, — нервно хихикнула она и продолжила повествование: — После этого нужно было выбраться из джунглей на открытый участок, чтобы меня легче было найти, и поэтому я направилась к югу — прочь от гор. Все это время я старалась не есть и не пить, чтобы не заболеть нервной горячкой, но в конце концов не выдержала и напилась из какого-то ручейка. После этого явь и видения переплелись настолько, что я уже не отличала одно от другого.

Менторским тоном Грант произнес:

— Перед тем как пить воду, надо было пожевать листья февры.

— Я об этом просто забыла, да и вряд ли сумела бы отыскать их, — призналась Ли. — И кроме того, надеялась, что меня вот-вот найдут.

Грант возмущенно хлопнул себя по колену.

— Какая наивность! — воскликнул он. — Джунгли занимают площадь в тридцать миллионов акров! О выбранном вами маршруте никто не знал, а полетов над Погаными горами практически не бывает! И вы думали, что вас здесь найдут?

— Что же делать? — чуть не плача, проговорила девушка.

При виде ее слез Грант смягчился.

— Успокойтесь же. Самое страшное позади. Теперь просто придется подождать транстпортного судна, регулярно забирающего февру у меня и других поставщиков. Оно совершает облет джунглей ежемесячно, так что недели через три вы сможете улететь отсюда. — Он не стал уточнять, что и сам не задержится здесь. — Ну, как план?