11/22/63 - Стивен Кинг

Вскоре после визита свидетелей Иеговы в дом Сейди — где-то в начале ноября, потому что я как раз закончил отбор артистов для моей версии «Двенадцати разгневанных мужчин» — я убирал опавшие листья с лужайки перед домом, когда услышал:

— Привет, Джордж, как поживаете?

Я обернулся и увидел Дека Симмонса, овдовевшего уже во второй раз. Он оставался в Мексике дольше, чем кто-либо мог предположить, и вернулся, когда все уже начали сомневаться, а приедет ли он в Джоди. Я увидел его впервые. Загорелого дочерна, но очень худого. Одежда висела на нем, а волосы — только тронутые сединой в тот день, когда весь город гулял на его с Мими свадьбе — стали белоснежными и поредели на макушке.

Я бросил грабли и поспешил к нему. Собирался пожать руку, но вместо этого крепко обнял. Его это удивило — 1961 год, настоящие мужчины не обнимаются, — но потом он рассмеялся.

Я отстранился на расстояние вытянутой руки.

— Вы прекрасно выглядите!

— Спасибо, Джордж. Но я действительно чувствую себя лучше, чем раньше. Мимс умирала… Я знал, что это должно случиться, но все равно, для меня это стало таким ударом. Разумом, конечно, понимаешь, а сердце гнет свое.

— Пойдемте в дом и выпьем по чашке кофе.

— С удовольствием.

Мы поговорили о его жизни в Мексике. Мы поговорили о школе. Мы поговорили о нашей не знающей поражений футбольной команде и грядущих осенних играх. Потом он поставил чашку.

— Эллен Докерти попросила меня перекинуться с вами парой слов о вас и Сейди Клейтон.

Ой-ей. А я-то думал, что у нас все хорошо.

— Она теперь Данхилл. Вернула себе девичью фамилию.

— Я все о ней знаю. Знал, когда мы брали ее на работу. Она отличная девушка, и вы отличный парень, Джордж. Судя по тому, что рассказывает мне Эллен, в этой сложной ситуации вы ведете себя очень достойно.

Я чуть расслабился.

— Эллен говорит, что ни один из вас, и она в этом уверена, никогда не слышал о «Кэндлвуд бунгалос», пансионате, расположенном неподалеку от Кайлина. Она посчитала неудобным сама сказать вам о нем и попросила меня.

— «Кэндлвуд бунгалос»?

— Я частенько ездил туда с Мимс по субботам. — Он вертел чашку в руках, которые теперь казались слишком большими в сравнении с телом. — Хозяева — два бывших школьных учителя из Арканзаса или Алабамы. В общем, из одного из А-штатов. Вышедшие на пенсию мужчины-учителя, если вы понимаете, о чем я.

— Думаю, я не упустил хода ваших мыслей.

— Они милые люди, не выпячивают своих отношений и не суют нос в жизнь своих гостей. — Он смотрел на дно кофейной чашки. Чуть покраснел, но при этом улыбался. — Это не дом свиданий, если вы об этом подумали. Совсем наоборот. Комнаты аккуратно прибранные, цены разумные, чуть дальше по дороге маленький ресторан с домашней кухней. Иногда женщине нужно такое укромное местечко. Может, и мужчине тоже. Чтобы никуда не торопиться. Чтобы не чувствовать, будто занимаешься чем-то предосудительным.

— Спасибо вам, — поблагодарил я его.

— Не за что. Мими и я провели много приятных вечеров в «Кэндлвуде». Иногда мы, уже в пижамах, просто смотрели телевизор, а потом шли спать, но это ничуть не хуже всего остального, когда достигаешь определенного возраста. — Он печально улыбнулся. — Или почти не хуже. Мы засыпали, слушая стрекот цикад. Иногда где-то выл койот, очень далеко, в шалфее. На луну, знаете ли. Они действительно это делают. Воют на луну.

Со стариковской медлительностью он достал носовой платок из заднего кармана и вытер щеки.

Я протянул ему руку, и Дек ее пожал.

— Вы ей нравились, хотя она не смогла раскусить вас. Говорила, что вы напоминаете ей призраков, какими их показывали в старых фильмах тридцатых годов. «Он яркий и сверкающий, но его здесь нет», — говорила она.

— Я не призрак, — ответил я. — Заверяю вас.

Он улыбнулся.

— Не призрак? Я в конце концов проверил ваши рекомендательные письма. Уже после того, как вы достаточно долго проработали замещающим учителем и так блестяще поставили пьесу. Из Сарасоты пришло подтверждение, а что касается остального… — Он покачал головой, продолжая улыбаться. — И ваш диплом из липового колледжа в Оклахоме.

Откашливаться смысла не было. Я бы все равно не смог произнести ни слова.

— И что это для меня значит, спросите вы? Не так чтобы много. В этой части мира случалось, что мужчина приезжал в город с несколькими книгами в переметных сумах, очками на носу и галстуком на шее, потом его нанимали директором школы, и он оставался в городе на двадцать лет. Причем случалось недавно. Вы чертовски хороший учитель. Дети это знают, я это знаю, и Мимс тоже знала. А для меня это главное.