Сердце шторма - Рая Арран

— Подонком?

— И им тоже. — В глазах ментора заплясали веселые искорки.

— Как вы еще не сожрали эту птицу, если все знаете?

— Жрать голубей по части Диогу. Пусть летает. Умный же ворон. Нашел вас даже в моих покоях. Я ответил на ваш вопрос?

— Вполне. И полагаю, вы не хотите, чтобы я «испортила вам репутацию» в глазах Риверы.

— Не хочу.

— Но она же все равно узнает.

— Конечно узнает, но будет к тому времени уже совсем взрослой, обученной и вполне способной проявить благодарность. Зачем мне сейчас вываливать эту информацию на девочку, которую и так шатает из края в край? Сделайте и вы для нее доброе дело, промолчите.

— Хорошо.

— Отлично, тогда у меня тоже есть вопросы. Вы привезли кровь брата?

Вера дотянулась до сумки и выложила на стол коробочку с капсулами.

— Надеюсь, вы объясните?

— Конечно, как только…

Из коридора донеслись визг, грохот и топот. Педру мгновенно оказался около двери и открыл ее как раз вовремя, чтобы увидеть пролетающую мимо толпу испуганных девушек…

Штош…

Диогу подождал, пока коридор опустеет, принял человеческий облик, снял с двери табличку с именем и пошел к покоям главного ментора. Педру уже высунулся в коридор и тоже провожал взглядом улепетывающих студенток.

— Это что сейчас было? — раздался за плечом Педру голос Веры.

Диогу вопросительно посмотрел на главного ментора и протянул табличку:

— У меня тот же вопрос.

Вера бросила на надпись быстрый взгляд и закрыла рот рукой, сдерживая смех.

— Ну что вы на меня так смотрите? — Педру забрал табличку со своим именем. — Ты живешь у дона Дуарте или обретаешься в укрытии, комната пустует, вот я и отправил особо настырных девиц царапаться в закрытую дверь. Но, видимо, сегодня ты им все-таки открыл. И полагаю, не в этом виде, — он указал рукой на Диогу.

— Естественно. Я сплю в звероформе и пришел из сада в ней же, через окно, и не видел таблички. Открыл дверь и повис на паутине перед входом. Я был уверен, что тот, кто пришел среди ночи, знает, кого будит. Понаделают талисманов, потом угадывай, кто за дверью, — сказал он, подняв с пола потерянный какой-то студенткой кулон. — Ну да ладно. А что происходит у вас? — Он вопросительно посмотрел на девушку, которой посреди ночи полагалось быть где угодно, но не в менторском доме.

— Исследовательская работа, — ответил Педру.

— А-а… ну да, как всегда. Однако, думаю, тебе пора отпустить сеньору спать, главный ментор. У нее уже глаза слипаются.

— Что верно то верно, — показательно зевнула Вера и вынырнула в коридор. — Я, пожалуй, пойду, да?

— Да, действительно, вам стоит отдохнуть, — согласился Педру, и в руке его появилась роза. — Ваш урок — моя куртка. — Он легонько стукнул девушку цветком по плечу, и та окончательно смутилась.

Диогу, не мигая, следил за тем, как цветок перекочевывает в ладонь Веры, а куртка возвращается хозяину. Забирая свою вещь, Педру на миг коснулся пальцами руки колдуньи, и движение это не было случайным.

— Доброй ночи, — попрощалась Вера и поспешила уйти.

Они подождали, пока за ней закроется дверь.

— Главный ментор, может стоит отослать Аверину обратно в Россию?

— Зачем? — Педру резко повернулся и посмотрел удивленно и возмущенно. — У нее прекрасные оценки, и с дополнительным занятиями она тоже справилась на отлично, и…

— И к ней у меня нет никаких претензий. Ты забываешься.

— Ничего подобного, и вообще следи за словами, аджунту.

— Я застал вас в твоей комнате посреди ночи.

— Мы работали.

— Ты хоть понимаешь, как это выглядит?

— Визжащие девушки только что выбежали из твоей спальни. Диогу, ты серьезно сомневаешься в моих намерениях? Девочка умная и сильная, и я уже вложил в нее много… я просто хочу вырастить достойную…

— Протеже.

— Да.

— Еще раз, главный ментор, я помню, где заканчивали все твои протеже.

— И в чем ты винишь меня? Я никого в свою постель не затаскивал, там скорее было наоборот…

— Это не меняет сути.

— Не вини меня в людском идиотизме. И не суди, пока сам не попробуешь, — попытался поддеть Педру. — Ну серьезно, Диогу, праведные монашки распутнее тебя.

— Отношения между бештаферами и людьми невозможны.

— Ага. Повторяй это себе почаще, пока единственный человек, которого не выворачивает наизнанку при виде твоей истинной формы, не овладел в совершенстве контролем. А потом очень советую пересмотреть некоторые устои, уверяю, откроешь для себя много нового, — уязвленный Педру не собирался оставлять выпад без отмщения.

Диогу улыбнулся:

— Сеньора Вера твоими усилиями тоже не боится моей истинной формы и считает милым.

Главный ментор, уже собиравшийся уйти в свою комнату, когтями вцепился в дверной косяк. От сгустившейся силы проснулся весь дом, в ментале послышались взволнованные вопросы бештафер. Диогу не пытался бежать исключительно потому, что Педру все равно был быстрее. И просто продолжил холодно смотреть на взбешенного шефа.

Педру выдохнул, убрал когти и непринужденно улыбнулся.

— Ты хорошо обучил ее, Диогу. Спасибо. Свободен, — дружелюбно сказал он, закинул на плечо куртку, тряхнул волосами и ласково добавил:

— Подойдешь — откушу голову. — И захлопнул дверь.

— Что и требовалось доказать, протеже он воспитывает… — вздохнул Диогу. — Пижон.

На брошенное в закрытую дверь слово Педру решил не реагировать. Не было в голосе Диогу ничего вызывающего, да и трусливый паук сразу поспешил ретироваться и спрятать силу. Ну и пусть бежит. Не до него сейчас.

Педру немного постоял у открытого окна, наблюдая за идущей по улице фигуркой и кружащей над ней птицей. Покрутил в пальцах маленький розовый бантик, предусмотрительно спрятанный от глаз любопытной девочки. Потом достал из шкафа гитару, блаженно упал на кровать и ударил по струнам. Ему наконец-то хотелось петь.

Глава 4. Демоны. Часть 1

Старый полигон был окружен древним каменным забором. Не слишком высоким, но насквозь пропитанным заклятиями, часть из которых, вероятно, была наложена еще королем-основателем. Сейчас у Академии имелся современный полигон, большой, с дополнительным освещением по периметру и всеми новейшими технологиями, которые можно было использовать для обучения колдунов. Этот же слыл заброшенным, но иногда на него приходили отстающие студенты, чтобы в тишине и одиночестве потренировать удары под тенью вековых деревьев.

Вера сидела на заборе, рассматривая привычные декорации. Расставленные вдоль ограды чучела и манекены, полосу