Живой проект - Дарья Еремина

И ты знаешь это. Так или иначе, даже если ты работаешь в корпорации второй день, ты уже в курсе, что в этой компании тебе придется трудиться на грани своих возможностей, проявлять все свои способности ежедневно, потому что только так ты сможешь рассчитывать получить в ответ те блага, за которыми пришел. А именно: являть собой будущее; быть частью самой щедрой к своим сотрудникам корпорации; подчиненным самых мудрых руководителей; создателем людей, молодости, здоровья и пропитания — полубогом — среди серой массы в забвении надеющихся на удачу людей! И соответствие самым высоким требованиям, какие мы можем ставить перед собой ежедневно — лишь одно из условий, выполнение которых делает тебя и меня значимой частью корпорации.

Я надеюсь, ты хорошо понимаешь, где работаешь, потому что я подошел к вопросу, ради которого отвлек тебя от дел.

Михаил с полминуты молчал. Когда он заговорил, голос его стал свободен от внутреннего напряжения, чист и спокоен как голос человека, полностью отдающего себе отчет и готового отвечать за каждый вымолвленный слог.

— Станция Океан-3 была затоплена, по предварительным данным, посредством трех направленных взрывов. Я знаю имя, голос и лицо человека, стоящего за этим. Он считает, что живет в цивилизованном мире, а потому отрезание конечностей заменил уничтожением собственности корпорации. Он не хочет жертв, а потому начал с имущества. Он требует подготовки и поставки еще не выпускающихся в корпорации живых проектов: солдат — для страны, которая добивается коммерческих соглашений таким вот способом.

Я хочу, чтобы ты осознал важную вещь. Эти люди никогда не шутили, и я не знаю, какую часть тела мне отрежут завтра.

Я уважаю тебя, твою жизнь и твое решение. Я не веду переговоров с террористами, но имею возможность предупредить тебя об опасности. Я не собираюсь давить на тебя, напоминая о принципах. Это мои принципы, а жизнь, которая подвергается опасности — принадлежит тебе. И если ты сегодня или завтра покинешь корпорацию, я пойму.

Я хочу, чтобы ты знал: я намерен переоборудовать для обеспечения максимальной защиты наши оставшиеся научные станции. И я намерен принять все возможные и невозможные меры по защите офисов корпорации и работающих в них людей. Но я не буду тебя обманывать — этого может оказаться недостаточно. Хотя в полученном мной сообщении говорилось об угрозе мне лично, я не вижу причин доверять террористам и предпочитаю опасаться за каждого сотрудника корпорации.

Я не имею права ни просить, ни заставлять тебя участвовать в возникшем конфликте. Корпорация — это моя жизнь, не твоя. Ее благосостояние — мое будущее. Ее имущество — мое тело. И если ты решишь остаться сотрудником Live Project Incorporated и после этого сообщения, я сделаю все что в моих силах, чтобы защитить тебя, но это будет твоим решением. И я хочу, чтобы оно было обдумано и взвешено.

Это все, что я хотел сказать тебе сегодня.

До встречи.

Михаил отключил вещание. На его губах играла улыбка. Гил не поверил своим глазам:

— Ты улыбаешься?

— Гил, ты знаешь, — поднял Михаил взгляд, — нет ничего хуже неизвестности.

— И ты не боишься остаться без специалистов, без научного персонала?

— Нет. Мы дали им возможность творить. Мы позволили им почувствовать себя богами. От этого слишком трудно отказаться, Гил. Даже мой отец не смог. Неужели смогут они? До выбора, что я им предоставил, в них жил лишь страх и непонимание. Я переключил их разум на возможность осознанного выбора и значительно уменьшил шанс ухода.

— А если ты ошибаешься?

— Это не будет иметь никакого значения. Разве нет?

— В нынешнем положении вещей, пожалуй, — Гил встал, чтобы налить себе воды. — Значит, Ольга окончательно от тебя сбежала?

— Она пытается, но ей придется действительно это сделать, чтобы отделаться от меня.

— Если ты сам это понимаешь…

— Это нужно не мне, а ей. Я переживу.

— Кто эта девочка, Аня?

— Она занимается аукционом, на котором будет распродано мое имущество.

— В смысле?

— Я сделал глупую ошибку, не хочу даже вспоминать. Она могла стоить мне президентского кресла. В течение двух месяцев мне нужно вернуть «Живому проекту» долг в несколько десятков миллионов.

Инженер молча смотрел на мужчину, которого шесть лет назад мог послать искать течь в канализационной системе и тот не вымолвил бы и слова против.

— Будешь жить на зарплату?

— Мне мало надо.

— О да…  всего лишь мировое господство, — Гил сел на свое место, украдкой поглядывая на смеющегося президента.

Они несколько минут молчали.

— Если этот Барис пойдет дальше? Взорвет еще одну станцию или офис? Ты сказал, что он угрожал расправой тебе лично.

— Ходит байка, что протоколы безопасности LSS LPI замкнуты на мою мозговую активность и LLS уничтожит LPI в течение суток после моей смерти. Судя по всему, хозяева Бариса верят в это.

— Даже Гото не додумался бы до подобного безумия.

— У байки есть основания, но они далеки от этой версии, Гил. «Живой проект» действительно недолго просуществует после моей смерти, но не потому что на это запрограммирована LSS.

— Ты хочешь сказать мне что-то, чего раньше мне не полагалось знать по статусу?

— А ты сам хочешь это знать?

— Чертовски соблазнительно…  но если ты планируешь подвергнуть меня большей опасности, чем я нахожусь теперь, лучше не стоит.

— Гил, ты в курсе значительно более серьезных вещей. Основа байки — ДНК отца. И эта информация прописана во всех рабочих документах «Живого проекта». Это вовсе не тайна, но именно поэтому эта информация не обращает на себя должного внимания.

— Если ты о том, что все клоны корпорации спроектированы на основе ДНК Юрия Николаевича, то да, это действительно не секрет. В чем же тогда суть угрозы? Погибнешь ты, найдут новую основу.

— Не найдут. В том-то и дело. Нет, такие люди есть. Бесспорно, где-то есть. Но нужно будет провести годы за опытами, чтобы найти такую же способную к принятию моделирования и успешному внедрению сегментов, как ДНК отца. Или вырастить с нуля. В обоих направлениях и работают наши конкуренты, а запрограммированных на уровне ДНК специалистов можем делать только мы.

— Да, действительно на поверхности. И, видимо, поэтому так и неочевидно. Ну а если найдут? Дай догадаюсь. Тебе даже не понадобится вникать в суть угрозы, потому что LSS все сделает за тебя?

Михаил почесал небритую щеку и отвернулся к иллюминатору.

— Иногда мне кажется, что отец в деталях и на годы вперед знал, что будет происходить с корпорацией после его смерти. Иногда, разговаривая с Викой, я понимаю, что он заложил в LSS реакции на происшествия, которые я еще не в состоянии предусмотреть. Это бывает унизительно, Гил. Понимать, сколь ты недалек, в сравнении с родителем. Хотел бы я обладать подобной прозорливостью, но, увы.