Блудные братья - Евгений Филенко

* * *

— Уфф, — пропыхтел Торрент, отодвигаясь от стола и покойно складывая руки на животе. — А теперь, доктор Кратов, давайте обсудим ваши замечательные сны.

— Самое время, — буркнул тот рассеянно.

— У меня такое чувство, что сегодня вам не выпадет более спокойной минутки, — ядовито (но, с поправкой на сытость, не слишком — на уровне осы или даже овода, а не гремучей змеи, как обычно) заметил Торрент.

— Зачем вам обсуждать мои сны?

— Я намерен истолковать их с материалистических позиций, — благодушно пояснил юнец.

— Бог в помощь, — усмехнулся Кратов. — Впервые это приключилось со мной на Псамме. Причем несколько раз кряду…

— Если быть точным, то дважды, — строго поправил Торрент. — Или вы о чем-то умолчали в мемуарах?

— Умолчал. И о многом. Но только не об этом… Впоследствии сны повторялись гораздо реже. И, как правило, в экстремальных ситуациях. Последний раз совсем недавно. На Земле это случилось впервые.

— Чудно, — хихикнул Спирин. — Мир горит и рушится, все вопят, хватаются за головы и друг за дружку, как на картине Карла Брюллова «Последний день Помпеи», а посреди этого содома спит сном праведника ражий детина…

— А после просыпается и затыкает Везувию глотку, — закончил Торрент. — Что меня более всего поражает в этих снах — так это их отчетливая императивность. В этих снах к вам является некто…

— Из потустороннего, за редким исключением, мира, — ввернул Кратов. — На Уэркаф ко мне приходил вполне живой ксенолог, хотя и физически находившийся в тот момент за многие миллионы километров, да еще и в глубокой коме. И мама ко мне тоже приходила.

— …в самых туманных выражениях дает толкование ситуации, после чего не менее расплывчато, хотя и недвусмысленно, указывает путь к разрешению конфликта.

— Чему ж тут поражаться, — пожал плечами Спирин. — Обыкновенная работа аналитических программ подсознания! Они же и генерируют приемлемую тактику поведения для выхода из неприятности с минимальным ущербом. Просто у Кости… ничего, что я вас так называю?.. означенные программы характеризуются огромной интенсивностью и отбирают прорву энергии. Поэтому срабатывают биологические предохранители, и сознание на время отключается, чтобы не обременять рецепторы шумовой, и для решения проблемы, излишней информацией.

— Вы рассуждаете о мозге, как о какой-то паршивой машине из своей Тауматеки! — отметил Торрент с неудовольствием. — Об этом, как его… о «Титанийской Модели»!

— Мозг и есть машина, — согласился Спирин. — И не скажу, чтобы очень сложная! Спросите у любого ментолога, хотя бы у того же вашего Да… Джа… э-э…

— Дананджайя, — поморщился Торрент. — Неужели трудно запомнить?

— А где же наша очаровательная хозяюшка? — вдруг спохватился Спирин.

— Сидите уж, — сказал Торрент. — Дамский угодник… — Кратов поднял голову и с подозрением посмотрел на облизывающегося, будто кот над плошкой молока, Спирина, но беседа уже катилась дальше. — Так вот, к вопросу о подсознании. Конечно, все это сильно смахивает на те механизмы, которые заняты информационной утилизацией в обычном сне. Переваривают, иными словами, употребленные внутрь за прошедший отрезок времени впечатления… Но есть существенные отличия, которыми вы скоропалительно пренебрегли, потому что сейчас думаете не о предмете дискуссии, а о своих первобытных инстинктах.

— О каких инстинктах? — взвился Спирин. — Что вы несете, злокозненный юноша?!

— Отличие первое: ясная и отчетливая визуализация. Запоминающиеся детали. Известно, что если содержание только что увиденного сна каким-либо образом немедленно не зафиксировать, то через считанные мгновения он необратимо забудется. У вас, доктор Кратов, под рукой обычно не оказывалось ни мемографа, ни даже какого ни то первобытного стила. Между тем, вы, доктор Кратов, спокойно и в подробностях пересказываете свои замечательные сны спустя десятилетия, как если бы это были не сны, а сценическая постановка на Бродвее…

— …или художественный вымысел, — подхватил Спирин. — Сознайтесь, Костя: ведь вы все это выдумали для вящего интереса! Нужно же было вам подыскать какие-то материалистические объяснения своей нечеловеческой интуиции!

— Что-что, а это я не выдумач, — сказал тот. — Фантазия у меня скудная.

— Фантазия у вас богатая, — запротестовал Торрент. — Это вы мессиру Мануэлю можете шарики вкручивать насчет ограниченности своего воображения, а я читал вашу «Версию X», так что перестаньте..

— Что такое «Версия X»? — встрепенулся Спирин.

— А… э… один апокриф, — пояснил Кратов.

— Неофициальная, имеющая ограниченное хождение среди любителей оккультной ксенологии, предыстория культурологического кризиса на планете Уэркаф, — прибавил бессердечный недоросль.

— Смешно сказать, но и это я не выдумал. — заметил Кратов.

— Это вам сами аафемт поведали, — саркастически усмехнулся Торрент.

— В определенном смысле…

— Так-так-так, — вскинулся Торрент. — Ну-ка, вот с этого самого места поподробнее.

— Подите к черту, — сказал Кратов. — Это не моя тайна.

— А чья же?! — взвыл молокосос.

— Ну хорошо, — нетерпеливо вмешался Спирин. — В чем же второе отличие?

— Ладно, мы еще вернемся к вопросу о чужих тайнах, — пообещал Торрент. — А насчет второго отличия… так я уже его приводил. Остается лишь напомнить — для особо длинношеих. Обычные сны в искаженном виде отражают пережитые накануне впечатления, поскольку являются визуальным и во многом отраженным эхом работы все тех же механизмов утилизации и архивирования информации, что непрерывно работают в подсознании…

— Что называется, пошел вразнос, — скривился Спирин.

— …а сны доктора Кратова, напротив, относятся к категории «вещих». Они анализируют происходящее, зачастую добавляя к картине скрытые или новые, до того неизвестные детали. А затем указывают верный выход.

— Не всегда указывают, — возразил Кратов. — И не всегда верный.

— Могу поспорить, — сказал Торрент, — что в этих сомнительных примерах либо вы неправильно интерпретировали данные вам указания, либо во сне вам был наглядно и умышленно продемонстрирован неверный путь, коим вам ни при каких обстоятельствах двигаться не следовало. В любом случае, виртуалы из ваших снов располагали более обширной и глубокой информацией о происходящем, нежели вы, даже если бы старались приложить к тому все свои усилия.

— Что такое «виртуалы»? — с мученическим вздохом справился Спирин.

— Это я тоже подцепил у знакомых ментологов, — небрежно ответил Торрент. — Сей архаичный термин обозначает воображаемые объекты, в процессе своего взаимодействия с человеческими органами восприятия наделенные всей совокупностью признаков, обычно присущих объектам реального мира.

— Я убивал бы всех, кто любит говорить красиво и невнятно, — проговорил в сторону Спирин.