Попаданец 2.0 - Александр Шапочкин

Словно не веря в происходящее, девушка приблизилась к Марсию. Точнее, её довели два наших бойца, которым кивнул Сокол. Посмотрев в лицо девушки, командир «волкоголовых» издал тихий рык.

– Как советник Оранжевого герцога, могу лишь сказать, что явился сюда засвидетельствовать брак, согласно завещанию безвременно почившего барона де’Жеро, – толстяк обильно потел, вытирая лысину огромным платком. – Меня пригласил сэр «Нефритовый Взывающий», продемонстрировав подписанные бароном бумаги. Девушка находилась в своих покоях и от замужества не отказывалась. Возможно, моего господина и меня ввели в заблуждение, но тогда вина целиком лежит на Жако Каликсие.

– Да как вы смеете! – рыцарю не понравилось, что на него пытаются повесить всех собак. – Я, сэр «Нефритовый Взывающий», заявляю, что договор о браке был заключён мной с бароном де’Жеро. О чём есть бумаги и завещание. И я же прибыл сюда получить мне причитающееся! Любого, кто скажет, что это не так, я назову лжецом и вызову на поединок!

– Мари, вам известно что-нибудь об этом?

Девушка словно очнулась. Вообще весь её вид был довольно странным, заторможенным и намекал на возможное использование психотропных препаратов.

– Я не знаю. Раньше я никогда не видела этого человека у нас в замке… А где Игорь? Где мой суженый Игорь? Я его не вижу… я опять одна. Почему он не здесь?

– Мы заключили договор в Видеке, столице Оранжевого Герцогства! А вскоре мне стало известно, что возвращаясь оттуда, барон погиб, – Каликсий говорил с полной уверенностью в своей правоте. – Дела не позволили мне сразу же отправиться к своей невесте, и представьте мое удивление, когда прибыв в Коттай Дунсон, я обнаружил его захваченным, а суженую в плену! Естественно, я отбил крепость и, чтобы не допустить подобного впредь, решил поторопиться со свадьбой. И когда мне доложили о вооружённых людях под стенами – принял их за пособников тех бандитов.

– Могу я увидеть бумаги? – командир «волкоголовых», как представитель верховной власти, достаточно разбирался в подобных вещах и понимал, что доказать то, что бумаги поддельные, будет невероятно трудно. – Баронесса, вы можете подтвердить, что это подпись вашего отца?

– Не знаю… Похоже. А где Игорь? Вы его не видели? – ещё не пришедшая в себя девушка не совсем адекватно воспринимала ситуацию.

– Баронесса, прошу вашего внимания. Сосредоточьтесь!

– Но отец мне ничего не говорил… Но он не Игорь…

– У нас проблемы, – повернулся ко мне Олег. – Скорее всего, документы подложные, подписывал не барон, а специалист фиолетовых, а эта продажная шкура из свиты Оранжевого его зарегистрировала как положено, но вот доказать это будет невероятно сложно. Равно как и вмешательство Великого Канцлера тут не поможет. Вассалитет свят, и уже сам герцог закусит удила, к тому же наверняка он имеет с этого долю малую.

– И чего делать? – мне хотелось подойти к мечущейся и зовущей меня Мари, но я был всего лишь солдатом, а приказа не было. Оставить же Мари в руках этого мудака, явно связанного с преступным миром, я не мог!

– Ты же понимаешь, что проживёт она ровно до рождения наследника, – прошипел я Яковлеву. – А потом – «организм, ослабленный длительным проживанием в тёмном месте, не выдержал родов». Тут даже выдумывать ничего не надо.

– Ну, есть, конечно, выход. Право на поединок не менее священно, да и сам рыцарь это заявил. Но сложность в том, что ни нам, ни «волкоголовым» бросить ему вызов сейчас нельзя – мы на службе, а прямых оскорблений не было. И в этом случае всё должно решаться через наше начальство, иначе эта оранжевая гнида первый устроит истерику по этому поводу.

– А я?

– Ты? Хм…

– Я в «Особом корпусе», – и, вспомнив точную формулировку, процитировал проект устава: – «Бойцы корпуса имеют права, превышающие соответствующие имеющиеся у военнослужащих группы колониальных армий. В зависимости от ситуации, служащие “Особого корпуса” могут быть временно выведены приказом командиром действующего подразделения из рядов действующих вооружённых сил Российской Федерации…» Ну и так далее.

– Хм… – Яковлев задумчиво оглядел меня. – А ты времени не терял…

– Устав наше всё!

– Знаешь, с одной стороны, да, в таком случае отказать он тебе не сможет, с другой – этот мужик всю свою сознательную жизнь учился убивать себе подобных заточенной железякой. Ты это понимаешь? А если с твоей головы упадёт хоть волосок, меня Татьяна Даниловна каст… хм. Короче, плохо мне будет.

– Её я беру на себя. Да и чем удивить этого бронированного кабана у меня найдётся, – чем дальше, тем больше я проникался идеей поединка. – Мари я ему не отдам. После всего, что она пережила, я себе просто не прощу, если ничего не сделаю. Как мужик, ты меня поймёшь, и дело тут совсем не в чувствах.

– Ладно! Но смотри, если тебя убьют – домой не приходи.

– Ладно… Боец! Слушай приказ! – рявкнул Яковлев. – Особыми полномочиями, данными мне Президентом Российской Федерации, я временно аннулирую твой статус военнослужащего Российской Федерации. Штурвал, заберите у гражданского не полагающееся ему табельное оружие.

Произнеся это, Сокол подошёл к Гаю Секстусу, внимательно изучавшему бумаги, и начал ему что-то втолковывать. Тот выслушал диверсанта и, коротко кивнув, объявил:

– Все обстоятельства дела слишком запутаны для быстрого разрешения. Но как заявил Жако Каликсий, сэр «Нефритовый Взывающий», любой рыцарь, имеющий сомнения в правдивости его слов, может бросить ему вызов на поединок, – и, осаживая взвившегося толстяка, уже собравшегося начать протестовать, продолжил: – Как представители Трона, мы не можем участвовать в этом, равно как и бойцы Торгового представительства. Но среди нас есть человек, чьё право незыблемо. Игорь Нечаев, законный сын Чёрного Герцога, заявляет, что вы, сэр Жако, лжец, насильник и проходимец. Он готов отстоять своё слово в поединке.

Услышав мою фамилию, прихлебатель оранжевого лендлорда мгновенно сдулся, а на девушку это, наоборот, произвело оживляющий эффект. Она задёргалась, оглядываясь, то и дело скользя по мне бессмысленным взглядом.

– Игорь! Игорь! Где он! Игорь, я здесь!

Стоило мне шагнуть вперёд, снимая каску, откидывая маску с лица и стягивая балаклаву, как она кинулась ко мне. Ну, попыталась. Поскольку была перехвачена Марсием за талию, но ещё некоторое время упорно перебирала в воздухе ногами.

– А вы, баронесса, останетесь пока со мной.

– Но… Игорь, вот же он!

– Никаких но! Предоставьте мужчинам решать проблемы. Не зря же он мчался сюда.

– Чёрный наплодил множество ублюдков. И я не позволю, чтоб в моих словах сомневался сын очередной трактирной шлюхи, понёсшей от него, – надменность и презрение так и сквозили в словах рыцаря. – Для такого у меня есть плеть, чтобы вбить в его дурную голову почтение к моему титулу.

– Эта тупорылая овца что-то вякнула? – спросил я у ближайшего «волкоголовго», и тот кивнул. – А я думал, мне послышалось. Было плевать, оскорби он меня, я просто вбил бы ему его поганые зубы в глотку так глубоко, что лечить их было бы проще через задницу. Но за мать… А ничего, если я его убью?