Властитель Вселенной - Шервуд Смит

– Так или иначе, – продолжал Нукиэль, – вы, Омиловы, эйя и рифтеры – кота она не упоминала, тем более, что тот хорошо прижился у младших офицеров, – отсылаетесь вниз, на планету, в «Колумбиаде».

Ванн увидел, как едва заметно напряглось лицо Эренарха – только у глаз. Трудно сказать, заметили ли это капитан со старпомом, а если заметили, то поняли ли. Это на мгновение усилило сходство Брендона с Галеном.

«Ему это не нравится, совсем не нравится».

Ванн не мог винить его в этом. Никто из членов правящей семьи не ступал на Дезриен уже почти полтора столетия – со времен Бёрджесса III на закате его долгого правления. Он отрекся от престола в пользу дочери, надел монашескую рясу и навсегда сгинул в святилищах Дезриена. Вряд ли кто из Аркадов ощущал себя уютно рядом с силой, которая не уступала той власти, что установил Джаспар тысячу лет назад.

– Вы поставили в известность рифтеров? – спросил Эренарх, подумав немного.

– Нет еще, – ответил Нукиэль. – Мой разговор с Элоатри – новым Верховным Фанистом – состоялся совсем незадолго до этой нашей встречи. – Он снова покосился на Эфрика, который ответил ему невеселой улыбкой. – Похоже, Ваше Высочество, вы более преуспели в общении с ними, нежели мы. Не хотите ли вы лично сказать им об этом?

– Скажу, – медленно произнес Эренарх. – Мне все равно хотелось проведать Иварда. Или он размещен в другом месте?

– Он со всем остальным экипажем. Он отчаянно настаивал на этом, и медики решили, что так будет лучше. – Нукиэль оглянулся на Эфрика. – Боюсь, что не в их силах помочь ему по-настоящему. Возможно, на Аресе... – Конец фразы повис в воздухе.

Эренарх кивнул.

– Во сколько нам вылетать?

– Восемь ноль ноль стандартного.

«И я тоже буду с ними», – подумал Ванн без особого удовольствия. Все, что он слышал до сих пор про Дезриен, ему никак не нравилось.

– Спасибо. – Эренарх поднялся из-за стола. – Пожалуй, это лучше сделать прямо сейчас. Чтобы мы успели соснуть перед исполнением приказания. – Он произнес «исполнение» шутливым тоном, и это несколько отвлекло внимание от того факта, что именно он, а не капитан, закрыл эту беседу.

Капитан с коммандером тоже поднялись. Попрощавшись, Эренарх вышел из капитанской каюты, и Ванн последовал за ним.

Умению превращаться в почти невидимую тень Ванн научился за время напряженной подготовки на Нарбоне. Он знал, как с точностью до сантиметра определить радиус дыхания человека. Идти незамеченным считалось у лиц, состоявших на личной службе у Семиона, высшим достоинством; если он заговаривал с тобой, можно было считать себя уволенным. Гален – тот был прямой противоположностью брату: тот обезоруживающий интерес, который он проявлял к любому из своего окружения вне зависимости от ранга, поначалу даже нервировал Ванна.

Подходя к лифту, Ванн думал, уподобится ли Брендон Семиону, стоя от него в метре и полностью игнорируя, или же будет расспрашивать о семье, симпатиях и антипатиях, как делал это Гален?

Эренарх подошел к лифту первым и, не дожидаясь, пока Ванн услужливо вызовет его, сам нажал кнопку. Галочка в колонку «Гален».

Они вошли в кабину, и Эренарх повернулся к нему так, будто они знакомы много лет.

– Эфрик сказал мне, ты был на Талгарте.

– Да, Ваше Высочество.

«Значит, он похож на Галена», – подумал Ванн и приготовился к расспросам на личные темы. Но их не последовало.

– Значит, прежде ты состоял в личной армии Семиона, – заметил Эренарх с легкой улыбкой.

Это не было вопросом, так что Ванн не обязан был отвечать. Тем не менее сердце его подпрыгнуло в груди и забилось чаще.

Он только раз рискнул заглянуть в эти прозрачные голубые глаза, а потом Эренарх сказал:

– Надеюсь, ты знаешь дорогу на гауптвахту. Во время двух моих единственных официальных посещений линкора она почему-то не была включена в программу.

Ванн поперхнулся.

– Да, Ваше Высочество.

Двери лифта открылись, и Брендон жестом предложил Ванну показывать дорогу.

Пока они ждали разрешения на вход в закрытую зону, Ванн лихорадочно размышлял.

«Никто в моем присутствии не называл это личной армией, но ведь так оно и было».

Ванна выбрали из ряда новобранцев за рост, физическую крепость и быстроту реакции, что дополнялось интересом к холодному оружию. Да и обучение на Нарбоне не давало расслабиться – если он хотел повышения по службе. Такая атмосфера пришлась по душе молодому, способному и амбициозному воину, и довольно долгое время Ванн просто наслаждался сленгом и тайными паролями, известными только узкому кругу спецподразделений морской пехоты на Нарбоне.

Все у них было почти как у обычных морпехов – и знаки различия, и оружие, но со временем Ванн начал видеть и особенности: это подразделение учили преданности лично Эренарху, а не его месту в сложной системе Панархии... и еще: все мужчины – а здесь служили исключительно мужчины – были родом с планет Центральной Тетрады. Ни одного высокожителя, никого с окраин.

Однако шок от того, что личную армию назвали «личной армией», не шел ни в какое сравнение с констатацией того факта, что сперва он служил на Нарбоне. Того, что Семион контролировал все назначения на Талгарт, размещая там своих людей.

На осознание этой истины у Ванна ушло довольно много времени – и знание это стоило ему многообещающей карьеры, вернув его в основной поток. И ни разу за все это время он не произносил – и не слышал, чтобы произносил кто-то другой, – этой истины вслух.

До этого дня.

Мгновение он испытывал жгучий соблазн открыться, объяснить Эренарху, как он оказался здесь, – вот только на службе не принято говорить, пока тебя об этом не попросят.

«И потом, если он столько знает, неужели он не догадается об остальном? С Нарбона не уходят по чистой случайности».

В общем, разговор этот – неужели он состоял всего из пары фраз? – несколько выбил Ванна из колеи, и только безупречное знание формальностей помогло ему избежать досадных ошибок в процедуре получения допуска.

«Он раскусил меня, но мне неизвестно, как он к этому относится или что он собирается с этим делать».

– Третий ярус, блок пять, – сказал им дежурный офицер.

Ванн выбросил из головы посторонние мысли и пошел вперед, показывая дорогу. Он заметил, что Эренарх успел глянуть на контрольный монитор.

– Похоже, здесь не много пустых мест, – заметил он. – Нукиэль не сидит сложа руки.

И снова это был не вопрос, так что ответа не требовалось. Все же Ванн вздохнул с облегчением, когда они нашли нужный блок. Часовой у двери отдал честь и набрал на замке код, отпирая дверь.

Эренарх помедлил, оглядываясь по сторонам. Ванн попробовал увидеть это его глазами: основное помещение, напоминающее обычную кают-компанию, только немного меньше; обычный набор столов, кресел, библиотечных и игровых пультов, два больших видеомонитора. С обоих сторон в нее открывалось по комнате.